Девочка Грешника - Даша Коэн

POV Соня

— Д…Даня?

Я не знаю, к чему я спрашиваю это. Может надеюсь, что брат всего лишь плод моей фантазии — галлюцинация. Или я просто сплю и вижу свой самый страшный и жуткий кошмар. Но нет…

— Ну че ты шарежки на меня свои выпучила? Рассказывай, давай. Как дела твои? Что нового? Как поживаешь?

— Н-нормально, — переминаюсь с ноги на ногу и почти скатываюсь во внутреннюю истерику.

— Нормально?

— Да.

— Ну что же ты прибедняешься, сестрица? Я думал у тебя все заебись, а тут оказывается всего лишь нормально? — его саркастический тон больно ранит, но я стараюсь держаться изо всех сил.

— Дань…

— С кем ты сейчас была?

— Ни с кем.

— С кем, Соня?

— Я была одна.

— Хватит мне пиздеть! — буквально взрывается брат и я нечеловеческим усилием заставляю себя не срываться в слезы.

— Не ори на меня! — все-таки смахиваю я предательскую влагу с глаз.

— Ах, не орать? Может мне молиться на тебя, Сонь?

— Нет, но…

— Я последний раз спрашиваю, сестра! С кем ты была у Исаакия?

Сердце на вылет. Мозги в кашу. Кровь свернулась. Легкие горят. Схватилась за косяк, потому что колени подогнулись и все мои надежды развеялись как дым.

Он видел…

— С парнем, — выдыхаю я отчаянно.

— Так, с этим разобрались. С парнем, значит. И че ты этому парню позволила, дорогая моя сестра, м-м?

— Даня, пожалуйста, — сложила я руки в умоляющем жесте и сделала шаг ему навстречу, а он стремительно и резко ко мне.

И навис надо мной, высверливая дырку у меня во лбу и презрительно поджимая губы.

— Что. Ты. Ему. Позволила?

— Дань…

— Он трахал тебя? Отвечай мне, Соня?

— Боже…

— Давай-ка я напомню тебе, сестра, раз твоя память тебе изменяет. Ты продана. И девственность твоя тоже продана. За охулиард бабла, блядь. Смекаешь? Ты на хер не нужна Ильясовым, если тебя уже кто-то поимел. Это тебе понятно, гребаная ты дура?

— Я его люблю.

— Ах, любишь. Ну, тогда не проблема. Только вот маленький вопрос, Соня — что ты знаешь о том, перед кем ты раздвигала ноги? Ради кого, черт возьми, все веселье?

— Его зовут Рома, — словно послушная овца пробормотала я.

— Рома. Как мило. А дальше?

— Красавин.

И на этом самом месте мой брат рассмеялся так, будто бы я рассказала ему самый забавный анекдот в мире.

— Красавин?

— Да.

— Ебаный стыд, Сонь, — впечатался он лицом в раскрытую ладонь, сотрясаясь от злого смеха всем телом.

— Почему ты смеешься? — стиснула я руки на животе, почти загибаясь от ужаса.

— Потому что ты, пиздец, смешная, сестренка!

— Дань, — умоляюще протянула я ему руку.

— Значит Рома Красавин? Ага, замечательно. Что еще, м-м? Или этой информации было достаточно для твоего мозга, чтобы ты растеклась лужицей и влюбилась?

А я впала в какой-то ступор, потому что брат был прав. Кроме имени и фамилии я не знала про Рому ничего. Ну, день его рождения не в счет. А по факту? Кто он? Чем занимается? Кто его родители?

Я не знала о Роме ничего, кроме того, что он единственный ребенок в семье, что он почти не ест сладкое, а еще, что его любимый цвет черный. Но разве я могла рассказать такое брату? Он же меня просто еще раз пустит на смех.

Поэтому я только молчала, качала головой и плакала, не зная, что еще сказать в свое оправдание.

Даня же развернулся, прошел в глубину комнаты и опустился в кресло у окна, отворачиваясь от меня и недовольно поджимая губы. А я так и осталась стоять на своем месте, ожидая для себя приговора.

— Дура ты, Соня. Маленькая, глупенькая и совсем не знаешь того, перед кем ноги раздвинула. Да, его зовут Рома, вот только фамилия у него не Красавин, а Ветров.