(Не) родной - Эрато Нуар

– Но как же... документы? Тут нет принца, который о тебе позаботится. И денег на первое время совсем мало.

– Не переживай об этом, – отозвался Рэд. – Если мир её примет, он позаботится и обо всём остальном.

– А если не примет? – похолодела я, уже зная ответ.

– Тогда будем искать другой способ, – стиснул зубы Рэд.

– А родители... меня забудут?

Мы общались не слишком часто. Они вообще не понимали моего развода с таким чудесным, а главное, состоятельным мужчиной. Но всё же – они мои родители.

– Сложно сказать, – пожал плечами мой принц. – Возможно, забудут.

– Или она станет их дочкой?

– Ну, дочерью она не станет. Разве что приёмной. Может, в их воспоминаниях останется, что у них была дочь. Они её потеряли, потому удочерили другую девочку. Или Брунгильда так и будет для них твоей подругой. А может, и не забудут. В них есть сила некромантии. Возможно, когда-нибудь ты сможешь увидеться с ними, всё им объяснить.

– Тогда они наверняка захотят в твой мир. Поднимать мертвецов – это для нашей семейки, – нервно хмыкнула я.

– Ну, я возражать не буду, – засмеялся Рэдиссон.

– Давайте не терять время, – внесла конструктивное предложение Брунгильда. – Его высочество потом тебе всё объяснит.

– Что же... Сначала вы должны заключить магический договор.

Рэд перешёл к делу, и его голос изменился. Сделался серьёзным, сосредоточенным.

– Прости, Дина, что не предупредили, не дали тебе проститься. Но я не представляю, когда в следующий раз появится возможность.

– Не страшно! – качнула я головой.

Я и сама не была готова прощаться с родителями. И тем более друзьями. А желание обхватить, прижать к себе Артика, вдохнуть его запах, казалось во много раз сильнее.

– Пусть Брунгильда передаст... что я их люблю.

– Придумаю что-нибудь, – улыбнулась девушка.

– Тогда начнём, – отозвался Рэд. – Времени в обрез.

Мы тут же замолчали, глядя на него. Ожидая подсказок.

– Встаньте друг напротив друга, – он поднял руки, показывая нам, куда разойтись.

Мы молча переместились.

У Рэда с пальцев одной руки вылетели тёмные нити. В другой появился красный камень, и нити, проходя сквозь него, вырывались с противоположной стороны огненными рунами.

– Подтверждаю договор между Брунгильдой Бусон и Диной Гроб. Осознаёте ли вы, что ваш обмен окончательный и отмене не подлежит?

– Осознаём, – отозвались мы хором.

Руна разрасталась, покрывалась всё большим количеством огненных завитков. В какой-то момент мне показалось, что я смогла её понять. То, что невозможно было описать словами, но Рэд сумел описать магически, сделать такой узор, из которого было ясно, кто, куда и зачем переходит. Кто какое место занимает. Кто какому миру будет теперь принадлежать.

И наша магия текла, вплеталась в этот узор, проходила его весь, соединяясь между собой. Тёмное и светлое. И здесь и сейчас я видела её всю – и свою, и Брунгильды. И Рэдову.

Принц ещё что-то говорил, но я больше не понимала слов – похоже, он использовал незнакомый язык заклинаний. Или всё происходящее просто выбило меня из колеи, из сознания. Я видела только руну, слышала и понимала только магию.

И тем неожиданнее прозвучало:

– Скрепите ваш договор кровью!

Я вздрогнула, но сразу же вспомнилось, как безбоязненно малыш дал уколоть себя одушевлённой тумбе. И одновременно с Брунгильдой протянула руку к руне.

Укол – не сильный, как когда кровь из пальца берут.

Несколько капель веером полетели в руну, впитались в неё, смешиваясь с нашей магией – и с моей стороны, и от Брунгильды.

Руна вспыхнула, на миг мне показалось, будто я слышу чей-то не то голос, не то крик. Будто сам мир, само пространство разворачивались, перекраивались.

Но я так и не поняла, сопротивлялись ли они, или наоборот, содействовали.

Вокруг всё закрутилось – или это мы закрутились внутри руны.

Сильнее, ярче, быстрее...

Миг!

И руна погасла.

Я оказалась в полной темноте. Уши аж заложило упавшей тишиной. Ноги задрожали от тревоги и потери сил.

Получилось? Не получилось?

Подняв руку перед собой, я сделала шаг на ощупь.

И вдруг ощутила горячее прикосновение.

– Рэд?

– Дина!

Он притянул меня к себе, сжал в объятиях. И я опустила голову на сильную, надёжную грудь.

– Идём, – он увлёк меня вперёд.

Шаг. Другой.

Темнота рассеялась, и мы оказались в том же кабинете!

Кабинете Рэдиссона Айвера в его собственном мире!

– Всё? – пробормотала я. Подняла на него взгляд, ощущая, как слёзы затуманивают зрение. – Мы больше не обменяемся обратно?

– Миры приняли ваш контракт, – глаза Рэдиссона тоже подозрительно блестели. – Больше не обменяетесь.

– О, Рэд! – я бросилась к нему на шею.

Только сейчас обнаружила, что он будто похудел. Во всяком случае, осунулся. И в глазах нет той пронзительной зелени, которая пленила меня, кажется, с самой первой встречи.

Уж не знаю, какую из наших встреч считать первой.

– Мама! – раздалось отчаянное из-за двери, и я вздрогнула. Поспешила отворить.

– Артони! – подхватила малыша, покрывая поцелуями щёчки.

– Мамочка! Ты вернулась!

– Вернулась, мой хороший.

– Рэд, что с тобой? – не спуская с рук Артика, я обернулась к принцу.

– Идёмте готовиться к коронации, – тот попытался улыбнуться, но мне на миг показалось, что его губы свела судорога.

– Рэд! Это из-за Фёля? Да?

– Маг Смерти не может держать свой Фёль, как и мак Жизни – свой. Только противоположный – так они настроены. Но я справлюсь.

– А... не держать нельзя? Запереть где-нибудь в сейфе? – уточнила я.

– Ты хоть представляешь, сколькие сейчас мечтают его заполучить и помешать мне? Нет, до коронации я с него глаз не спущу. Будет у меня.

– Представляю, – пробормотала я

– Да и... сейф всё равно не поможет.

Вздохнув, я спустила Артика на пол:

– Ох, малыш, ты уже такой большой, тяжело тебя держать. Идём, покажешь, чем занимался, пока меня не было.

– А знаешь, что? – радостно отозвался тот, ухватив меня за руку.

Словно отвечая на его призыв, дверь распахнулась, и в неё заглянул череп, разрисованный цветочками. Потом появились цветные косточки руки. Пальцы, стукнув, ухватились за створку и принялись открывать.

– Смотри, Арти! Это