Гнев - Кора Кармак

Любопытно. Если она была водяной ведьмой, как он подозревал, то почувствует себя более комфортно у моря. Его отец называл врождённую магию злом. Когда Круз попросил книгу на эту тему, он получил быстрый удар по щеке и приказ никогда больше не говорить об этой магии.

Но он сомневался, что отец одобрит голоса, которые он слышал, и видения, которые он видел. Сделают ли они его дьяволом в глазах отца? Проведя столько времени в джунглях в одиночестве, Круз решил, что его не волнует мнение отца. У него были свои соображения на этот счёт.

— На побережье мы будем уязвимой мишенью для следующего циклона. Это не тот мир, в котором можно найти помощь, — сказал он.

— Так что же ты предлагаешь?

Круз не знал, что делать с девушкой с меткой, он слышал, как другие называли её Джаэль. Она посмотрела на него с выжидающим взглядом и спросила:

— Ну? У тебя есть предложение или ты здесь только для того, чтобы отвергать все наши?

Круз выпрямился во весь рост и сказал:

— Я предлагаю тебе продолжать выживать.

* * *

Аврора не узнала здание, к которому привёл их Киран. Оно находилось всего в одной улице от дворцовых стен и, судя по всему, хорошо сохранилось. Замысловато раскрашенная вывеска над дверью гласила, что это таверна «Русалка». У Авроры был небольшой опыт посещения таверн, но эта казалась лучше, чем большинство других. Здание было хорошо покрашено и довольно большое — два, может быть, даже три этажа. Внутри было темно, но Киран прошёл мимо парадной двери и повёл их через боковую аллею и огибая здание сзади. Он кивнул Рансу, и тот подошёл к задней двери и несколько раз сильно постучал.

Ответа не последовало, и Аврора нервно огляделась, прикидывая, сколько у них времени до того, как солдаты Локи расползутся по улицам в их поисках. Бури, несомненно, помогли им выиграть время, но чем дольше они оставались на открытом месте, тем более уязвимыми становились.

И это была её вина. Она была виновата в столь многом, что если она позволит себе думать об этом, позволит своему разуму блуждать в этом направлении, она боялась, что может потерять сознание. Поэтому она обращалась с этими мыслями, как с назойливой душой, и блокировала их.

Рансу снова подошёл к двери, на этот раз он постучал несколько раз, и чуть позже они услышали движение с другой стороны. Щёлкнул замок, и дверь распахнулась, показав беспорядочно одетую Зефир. Она сменила свою одежду для восстания на длинное, драпированное и струящееся платье, которое подчёркивало её фигуру, но выглядела так, будто она натянула его в спешке.

— Кровавые небеса, — пробормотала женщина. — Быстро внутрь, пока вас никто не увидел.

Рансу вошёл первым, с трудом протиснув своё мощное тело мимо Зефир. Слай пошла следом, и когда Аврора запнулась в нерешительности, Киран резко дёрнул головой, потребовав, чтобы она шла впереди него. Она так и сделала, но задержалась у двери, ожидая, когда он пройдёт вместе с её матерью. К тому времени, как он это сделал, Рансу уже освободил соседний стол от стульев, сложенных сверху, и Киран прошёл вперёд, осторожно положив на него её мать.

Аврора бросилась к нему, услышав, как хлопнула дверь и повернулись многочисленные замки.

— Что ты наделала? — прорычала Зефир, проталкиваясь сквозь толпу, пока не встала напротив Авроры через стол. — Я уже знаю, что ты ослушалась моего приказа.

— Я не подчиняюсь твоим приказам, — парировала Аврора.

— А должна, если хочешь участвовать в этом восстании. На карту поставлены жизни. Любое недоразумение, любое изменение в плане может погубить нас всех.

Аврора не ответила. Потому что, как бы ей не хотелось это признавать, Зефир была права. Джинкс вошла во дворец вместе с ней, потому что доверяла ей, потому что они были друзьями, а теперь она лишилась свободы, а возможно, и жизни, потому что Аврора потерпела неудачу. Авроре оставалось только надеяться, что записка спасёт её. Что риск разоблачения себя окупится. Если бы только она не держала свой план в секрете, если бы она заручилась большей помощью, если бы они провели разведку, а не ворвались без плана… Аврора не была ни генералом в армии, ни лидером восстания. Она была принцессой — наивной и неполноценной к тому же. Как она вообще могла подумать, что сможет что-то изменить? Сможет сделать что-нибудь сама?

— Ну… — наконец произнесла Зефир, скрестив руки на груди. — Кто-нибудь скажет мне, что у вас здесь? Или принцесса просто соскучилась по своим нарядным простыням и решила взять их с собой?

Аврора стиснула зубы и не поддалась на эту провокацию. Вместо этого она склонилась над столом и начала разворачивать простыни. Сначала показались волосы её матери — не такие небесно-белые, как её собственные, а скорее бледно-белокурые и пепельные, мерцающие в слабом свете фонаря. Они скрывали её лицо, и Аврора осторожно откинула пряди, заправляя их за уши матери, пока оно не открылось.

В комнате воцарилась мёртвая тишина — сродни зловещей тишине в глазу бури. Затем разразился шум. Благоговейное проклятие слетело с губ Бейт, в то же время другое, гораздо менее благоговейное и более грубое, исходило от Рансу.

— Вы похитили королеву и принесли её сюда? — сказала Зефир, её голос был нечто средним между криком и шёпотом. — Вы хоть представляете, сколько солдат будет здесь сегодня вечером, пить эль и отряхиваться от дневной битвы? И вы решили рискнуть всем, что я построила, придя ко мне на работу? Вы хоть понимаете, что натворили?

— Нам нужно было убраться с улиц, — ответил Киран. — Это было самое безопасное место, какое я только смог придумать.

— Безопасное, — усмехнулась Зефир. — Безопасное? Ты сошёл с ума. Вся ваша компания сошла с ума. Это место — логово льва. Мы специально обслуживаем солдат, сановников и дворянство в надежде, что они позволят некоторым вещам проскользнуть мимо них, пока они утопают в своих чашах. Если появится хоть малейшее предположение или шёпот, что мы здесь что-то скрываем, всё это исчезнет.

— Мне очень жаль, Зефир. Я знаю, что это не идеальный вариант, — сказал Киран. — Но в противном случае мы рисковали быть замеченными вместе с ней, пока пересекали город, или, что ещё хуже были бы схвачены в плен. Я сделал разумный выбор.

Зефир пристально посмотрела на Кирана, затем перевела взгляд на Аврору.

— А по мне так, разумность твоего выбора стоит под вопросом.

Аврора не знала,