Собери себя, полюби меня - Кэт Круг

На прощание мама ребят меня обняла, и прошептала на ухо:

— Только не разбей его сердце, он и так настрадался.

“Опять эти непонятные намёки” — подумала я, но всё же кивнула.

Мы с Димой стояли на пороге дома и следили за уезжающей машиной. Наконец нам удалось остаться вдвоём.

— Считаешь, я понравилась твоей маме? — взволнованно поинтересовалась я.

Мне по-настоящему хотелось полюбиться не только Диме, но и его семье.

— Думаю, уже завтра она возьмет у меня твой номер телефона и позвонит, чтобы начать обсуждать всё на свете. — со смехом произнес, за талию притягивая к себе.

Я прижалась к нему, а он нежно коснулся губами моего виска.

Так и замерли на долгие минуты. Всё вокруг сплелось воедино. Максимально наполненное, нужное и важное для меня. Он, я, треск камина и аромат деревянного дома. Кажется, это только начало, но я уже чувствовала, как по уши влюбилась в этого блондина.

— Как Настя? — спросила я.

Всё-таки напрямую узнавать у девушки о том, в каком она сейчас состоянии было чересчур лишним. Но и просто забыть о обо всём не могла.

— Она сильная. — с ноткой гордости ответил Дима, — Справится. Со следующей недели у неё начнутся сессии с психологом. Думаю, это точно поможет ей лучше всё пережить.

Я мысленно согласилась. Подобное без вмешательства специалиста решить сложно, и я рада, что Дима, или сама Настя, это понимают.

— Знаешь, я бы с удовольствием занял сегодняшнюю ночь нам двоим.

Повернувшись к нему, я озорно глянула. Чувствовался подвох.

— Но? — ухмыльнулась в вопросе, приподнимая бровь.

— День выдался сложным и эмоциональным.

— Мне будет достаточно, если ты будешь спать рядом, а утром никуда не уйдешь.

— А если я всю ночь буду храпеть? — наигранной серьезностью произнес Дима.

Я рассмеялась.

— Если бы ты храпел, мы бы после первой совместной ночи точно не спали б вместе…

— Ты так категорична? — улыбнулся мужчина.

— Скорее, практична.

— А если ты захрапишь? — продолжал шутить Дима.

— Слишком много “если”. - я слегка ударила его по плечу, — И я не храплю!

— Откуда ты можешь это знать?

— Я до тебя тоже с людьми спала вообще-то.

Слова вылетели необдуманно. Мне никак не хотелось затрагивать тему своих прошлых отношений с нынешним парнем. Мужчина тоже всё понял.

Он долго разглядывал меня, после закрыл глаза, и протяжно выдохнул.

— Арина, прости, я должен был всё рассказать раньше.

Я молчала, хоть и понимала, о чём он говорит. Я ждала именно его инициативу.

— Пойдем.

Дима направился к лестнице на второй этаж, я двинулась за ним. Мы быстро преодолели ступеньки и подошли к тому самому рабочему кабинету.

В его глазах на секунду возникла тревога, которую он моментально скрыл. Дима решительно припал к двери и открыл её. Я вошла следом.

Кабинет ничуть не изменился с моего последнего и единственного визита. Пока я осматривалась, мужчина подошёл к столу, и взял одну из фотографий в рамке.

“Очевидно, какую”.

— Я не рассказывал, потому что долгое время не мог это принять… И, кажется, не хотел, чтобы кто-то ещё знал о произошедшем.

Дима протянул мне рамку, где он стоял в обнимку с девушкой.

— Это Василина. Мы познакомились ещё в начальной школе, но влюбился я в неё ближе к выпуску. — замолчал, словно подбирая дальнейшую речь, — Точнее, тогда я бы назвал это любовью, сейчас… Возможно страсть, увлечение, гормоны?

Я поддерживающе улыбнулась.

— Я впустил её в свою семью. Мама с отцом и сестрой приняли её добродушно. С Настей Вася нашла общий язык сразу.

Дима впервые заговорил о своём отце.

— Всё было настолько идеально, что в конце концов я не заметил главного.

Мужчина снова подошёл к столу, и взял ещё одну фотография. Сердце замерло. Появилось плохое предчувствие. На следующей картинке была запечатлена вся их семья.

— Я не заметил, как мой отец тоже увлёкся ей.

Кажется, в моих ушах зазвенело. Я никак не могла и предположить подобное. Всё вставало на свои места. И опасение Насти в сторону отношений брата, и её слова, и в целом молчание о бывшей и папе.

— Боже мой… — прошептала я, сглатывая подступивший комок.

— Мне кажется, мир тогда разбился вдребезги. — Дима глубоко вдохнул, — А самое херовое, что Василина отвечала на жесты моего отца. Это было взаимно.

Дима сжал пальцы в кулак, и отвел глаза. Отложив фотографии, я сделала к нему шаг и обняла.

— Ты не виноват.

Мужчина напрягся в моих объятьях, но обхватил большими руками в ответ. Я слышала его прерывистое дыхание над головой. Тайна, которую он скрывал, боялся озвучивать, наконец открылась.

— Они уехали вдвоем. Бросили нас с мамой и Настей. Предали нас.

Я крепче прижалась к его груди. Вспомнила слова, произнесённые им, когда он встретил Никиту и меня около подъезда: “Где-то я уже такое слышал”. Они обрели истинный смысл.

Мы оторвались друг от друга, но я не отпускала его.

— Как только я понял, что хочу построить что-то серьёзное между нами, поставил эту фотографию с Василиной на стол. Чтобы она каждый раз напоминала мне стать честным перед тобой.

Дима выглядел очень взволнованным. Я верила в искренность его признания.

— Удивительно, это фото сделал мой отец. — зло усмехнулся он.

— Может, пора от неё наконец избавиться?

Мужчина задумался. Я понимала, что фотография затрагивает важный период в его жизни, но она также является и тем грузом, который постоянно тянет его в пучину ужасных событий.

— Да. — согласился он.

Дима вытащил картинку из рамки, и пошёл на выход, я же засеменила следом. Мы вновь спустились на первый этаж. Остановившись у камина, он произнес:

— Пусть прошлое останется в прошлом.

Разорвав фото на две части, он бросил его в огонь.

Вот и всё. Мы молча наблюдали за её горением. Мой мужчина взял меня за руку.

“Не отпустив прошлое, мы не сможем построить будущее” — так в детстве мне говорила мама.

Фраза как никогда обрела особое значение. Я отпустила то, что уже было, теперь же настала очередь Димы. Мы вдвоём смогли собрать себя после всего пережитого, и с новыми чувствами готовились строить совместную историю.

Эпилог

Расстаться со своей квартирой я не решилась.

Дима настаивал на моём переезде к нему, а я не противилась этому. Мне безумно хотелось проводить как можно больше времени со своим любимым мужчиной. Но моё обретенное личное место по-прежнему грело душу. И как бы Дима не убеждал, я настаивала на своём.

Мы договорились, что часть вещей я