Ведьма для императора - Дарья Ву

— А вы хотите этого? — наконец, решилась уточнить я.

— Не буду врать, — хмуро начал господин, — пока печать не снимется, или не закрепится, я не знаю, что движет мною. Чувства, или её особенности. Почти пришли.

Господин пошёл дальше, чуть быстрее, чем до того. Я смотрела в спину Коэну и надеялась, он остановится и скажет, что пошутил, что хочет быть со мною, а в голове засел нехороший, скрипучий такой голосок, который всё повторял: «Должно быть, это неведомая Райя разорвала помолвку с ним. Должно быть, господин всё ещё любит свою прошлую пассию».

Он дошëл до двери, из-за которой доносились девичьи голоса. Трижды постучал и вошëл в светлое помещение. Лëгкий кивок головой в знак приветствия собравшимся внутри. Левая рука в сторону, приглашая меня войти следом.

— Сагамия Летта, — представил мужчина меня и указал на черноволосую красавицу с тонкой талией, окрашенными золотом рожками и обсидиановыми глазами. — Хасели Дзюн, воспитанница семьи Рюгамине.

— А остальные? — пискнула я, в испуге насчитав в комнате ещë шесть красивых как на подбор девушек.

— Лишь свита. Они не так важны, — уверенно заявил господин, покидая комнату и подталкивая меня внутрь.

Дверь за мной закрылась. Я сглотнула. Опустила взгляд в пол и подождала, пока мужские шаги за спиной стихнут.

Слишком много всего за одно утро! Слишком. Не решаясь двинуться, я разглядывала каменный пол под ногами, украшенный рисунками цветов и ягод. Девушки, на миг заинтересованные нашим появлением, вернулись к своим разговорам о тканях. Только три из них продолжали рассматривать меня. Дзюн наблюдала с интересом, в её глазах так и проглядывало множество вопросов, которые ей не терпелось мне задать. Ещё две девы, одна из которых куталась в расшитую жемчугом шаль, а вторая, с небольшой горбинкой на носу, с кудрявыми волосами, в которых проглядывали короткие серебристые рожки и с вытянутым лицом, смотрели с пренебрежением, но и в их строгих взглядах проскальзывал интерес.

Дзюн поднялась и, шурша одеждами, величаво подошла ко мне. Она слегка присела и склонила голову в приветствии. Я повторила её движения.

— Вы воспитанница семьи Сагамия? — голос её звучал мягко.

— Всё так, — отозвалась я, сжимая в пальцах края рукавов.

— Присоединитесь к нам? — она указала на скамью, где совсем недавно сидела.

Поблагодарив, я, как могла уверенно, прошла следом и села возле госпожи Хасели. С улыбкой она пододвинула к себе подставку со вставленной шёлковой тканью и принялась за вышивку золотыми нитями.

Я не вступала в разговор первой, резко позабыв, о чём вообще можно разговаривать с девами, выросшими в высокопоставленных семьях. Мне очень хотелось сбежать обратно к господину, но я подозревала, что он по неведомой причине не хотел находиться возле меня. Не сейчас. Должно быть, он так же запутался, как и я. Вот только в отличие от меня у него ещё и полно работы.

— Она ещё и вздыхает, — фыркнула на меня кудрявая красавица с небольшой горбинкой на носу. — Шлюха.

А вот и Райя, решила я, и огонь внутри меня затрещал в желании выйти наружу. С трудом подавив невесть откуда взявшийся гнев, я лишь усилием воли делала вид, что не услышала её оценки.

— Все мы идём наверх через мужчин, — опасливо произнесла Дзюн, притворяясь, что ни к кому не обращалась. — Одни этого не стесняются, а другие прикрываются желанием своих семей, как я.

Кто-то посмеялся, но большинство заверило юную госпожу в том, что уж её упрекнуть не в чем. Наоборот, девы дивились её стойкости и нежеланию развивать магические силы с помощью вей. Да, заключила и я, глядя на деву Хасели, она не выглядела как тенери, которые питались кровью или путём соития. Её чёрные как сама тьма глаза рассказывали о воздержании лучше всяких слов.

В чём бы господин ни подозревал Дзюн, она мне уже нравилась.

Глава 65

— Вы хоть раз видели своего жениха? — спросила я, удерживая рукав в попытке спрятать печать, о которой скоро все узнают.

— Матушка говорит, это не важно, — не отрываясь от вышивки, вздохнула Дзюн. — Его Высочество я видела издалека. Он показал себя как сильный мужчина, которому можно довериться. Матушка же отца впервые увидела лишь в день их свадьбы. Мне повезло, мы успеем познакомиться до свадьбы. Ведь сложно так и не пообщаться с тем, с кем живёшь под одной крышей?

Её лицо озарила такая честная улыбка, что я не поняла, надо ли отвечать на заданный вопрос. Лишь улыбнулась в ответ. Криво, должно быть, ведь сложно радоваться за девушку, которой предстояло жестоко ошибиться в своих представлениях о муже.

— Какая глупость, — вновь встряла Райя. — Конечно, важно. Что, если муж запретит учиться и работать? Или притащит в дом с десяток вей и станет всё свободное время проводить в постели с ними, позабыв о жене?

«И господин так хотел?» — чуть не спросила я, про учёбу с работой, разумеется.

Мы почти весь день просидели в выделенных Дзюн комнатах. К вечеру оказалось, что из всех сопровождающих её дев, во дворце с госпожой оставаться собирались лишь три. Одна из них — Райя. Остальные пожелали Дзюн благополучия в новом доме и уехали. Я видела, это заставило Дзюн понервничать. Она держалась поближе к низенькой и полноватой деве, оставшейся с ней, словно та оказалась единственной, с кем она познакомилась до отъезда из отчего дома.

Похоже, из оставшихся дев, включая меня, уверенно, как, находясь на положенном месте себя, ощущала лишь Райя. Дзюн, пошептавшись с полненькой знакомой, поправила пышную причёску и взглянула на высокую, кудрявую красавицу.

— Могу я обратиться к вам как к старшей? — с доброжелательной улыбкой начала она. — Вы знакомы с императорской семьёй и уже бывали здесь раньше, а мне бы понадобился ваш совет.

— Не её? — вздохнула Райя в мою сторону, под смешок своей спутницы. — Конечно, Дзюн, я о вас позабочусь, как того просила ваша матушка. Запоминайте: если кого-то под свою опеку взял мужчина, приближённый к императору, это ещё не значит, что она достойна вашей дружбы.

Не справившись, я выпустила огонь. Короткий всполох окутал мои руки до локтей. Борясь со злостью, я с трудом старалась затушить красные всполохи.

Дзюн встрепенулась. Райя лишь хмыкнула, не придав вспышке значения.

— Вот видите. Она даже не способна себя сдержать. Сразу видно простолюдинку.

— Прошу простить, — сквозь сжатые зубы процедила я. — Людям сон необходим