Тренер - Девни Перри

Джоуи была со мной, сидя на заднем сиденье. Каждое утро, от дома до школы, она была в моем полном распоряжении в течение тридцати минут.

— Чем сегодня будем ужинать? — спросил я.

— Корн-догами? Куриными наггетсами? Макаронами с сыром?

Мне нужно было научиться готовить более полезные блюда.

— Корн-догами.

В холодильнике лежал упакованный набор для салата. Его мы тоже съедим и назовем это балансом.

— Ты не забыла свои кроссовки? — спросил я.

— Нет. — Она похлопала по своему рюкзаку.

— А домашнюю работу? — Мы провели воскресный день, выполняя задание на три рабочих листа, которые ее учительница отправила домой в пятницу.

— Взяла.

— Стефани заедет за тобой сегодня днем. Я буду дома около пяти.

— Можем ли мы сегодня вечером заняться чем-нибудь веселым? — спросила она.

— Конечно. — Я улыбнулся ей в зеркало заднего вида. — Чем, например?

Она повела плечом, изучая свои ногти.

— Может быть, мы могли бы попросить Милли прийти еще раз и испечь еще печенья.

Мое сердце забилось чаще.

Это звучало как идеальная идея, но я не был уверен, где была голова Милли после субботы. Вчера я сотню раз боролся с желанием позвонить ей. Вместо этого я ограничился одним сообщением.

Привет.

Она ответила тем же.

Это был хороший знак, верно? По крайней мере, она ответила.

В субботу я старался изо всех сил. Я сожалел только о том, что мы были слишком безрассудны в кампусе. Что нас могли поймать и пострадала бы наша работа.

Но эта женщина была неотразима.

Моим инстинктом было притянуть ее в свою жизнь. Усложнить все к чертовой матери и броситься к этому со всех ног.

Милли была такой хорошей. Я хотел, чтобы ее доброта окутала Джоуи, как медвежьи объятия. Вот только то, чего я хотел, могло оказаться не тем, что нужно Джоуи.

Ей, несомненно, нравилась Милли. Но Джоуи знала ее как мою старую подругу по колледжу. Как бы Джоуи отнеслась к тому, что у меня есть девушка?

Я бы не придал этому значения, если бы Джоуи не было тяжело, когда Сиенна начала встречаться с Джорданом. Еще тяжелее, когда они съехались и обручились.

Джоуи не говорила мне точно, что она чувствовала, но я думаю, что было много смешанных эмоций. Грусть, когда стало ясно, что развод неизбежен. Отвержение, когда Сиенна поселилась в новом доме, где у Джоуи даже не было выделенной спальни.

Джоуи пережила достаточно перемен за последние несколько месяцев. Новый город. Новая школа. Новые друзья.

Может, добавить сюда мою девушку — это уже перебор.

— Как насчет того, чтобы попробовать испечь печенье вместе? Ты и я? — спросил я. — Я вроде как хочу попробовать, чтобы посмотреть, сможем ли мы это сделать.

— Хорошо. — Ее голос ничего не выдал.

Была ли она разочарована из-за того, что я не приглашу Милли? Она хотела, чтобы Милли пришла потому, что хотела печенья?

Всем ли папам было так трудно читать своих дочерей?

«Минивэн» впереди нас подъехал к бордюру, и раздвижная дверь распахнулась, двое детей вылезли наружу и помахали, прежде чем направиться на игровую площадку.

Этим утром мое время с Джоуи истекло. Когда фургон уехал, я занял его место и повернулся, чтобы улыбнуться дочери.

— Люблю тебя, принцесса.

— Я тоже люблю тебя, папочка. — Она отстегнулась, схватила свой рюкзак и потянулась вперед, чтобы поцеловать меня в щеку. Затем она исчезла, поспешив присоединиться к группе девочек на тротуаре.

— Хорошего дня, — пробормотал я, затем отъехал от школы и поехал на работу.

К тому времени, как я заехал на стоянку и направился к полевому дому, парковка была уже переполнена. Я ухмыльнулся, проезжая мимо «Киа» Милли, припаркованной всего в одном ряду от того места, где она была субботним вечером.

Воспоминание о ней на заднем сиденье моего грузовика заставило мой член дернуться под молнией.

Мы были взрывоопасны вместе. Я жаждал ее каждой клеточкой своего тела.

Может быть, я не был готов рассказать Джоуи, но это не означало, что я отпускал Милли.

Только не снова. Нам нужно было кое-что уладить. Мы будем держать нас в секрете на работе. Какое-то время мы будем держать нас в секрете дома. Но это будет временно. Мы во всем разберемся. Как-то.

Знакомый запах цемента и отбеливателя встретил меня, когда я вошел внутрь. Направляясь в свой офис с чашкой кофе в руке, я вдохнул начало новой недели.

Около половины моих сотрудников пришли в офис раньше меня. У пары других тренеров тоже были дети, так что они, вероятно, тоже стояли в очереди к школе. У нас была напряженная неделя, мы пересматривали игру и корректировали ее ход. Сегодня утром состоится большое совещание департамента с участием каждого из главных тренеров, чтобы начать обсуждение бюджета на следующий учебный год, поскольку планировать его начинали за двенадцать месяцев.

Я включил свет в своем кабинете, и еще одна улыбка появилась на моих губах, когда я сел за стол.

Не будет и дня, чтобы я не думал о Милли, распростертой на его поверхности. Чтобы не представлял ее совершенное тело, обнаженное и дрожащее, под моими прикосновениями. Чтобы не увидел, как моя сперма стекает по ее бедрам.

Она просила меня держаться на расстоянии на работе, но к черту это. Я взял свой настольный телефон и набрал ее внутренний номер.

Прозвучало два гудка, прежде чем она ответила.

— Алло.

— Привет. — Да, определенно надо было позвонить ей вчера. Я скучал по этому голосу. — Ты в порядке?

— Я, эм… да.

— Все еще волнуешься?

— Немного, — призналась она.

— Мы разберемся с этим. Обещаю.

Она глубоко вздохнула.

— Хорошо.

В мою дверь постучали.

Курт вошел, натянуто улыбаясь, и закрыл за собой дверь, явно не заботясь о том, что я разговариваю по чертову телефону. Какого черта? Он был таким со всеми?

— Я тебя отпущу, — сказал я Милли.

— Пока.

Положив трубку обратно на рычаг, я откинулся на спинку стула.

— Доброе утро.

— Форд. — Он сел напротив моего стола.

— Что случилось?

— Я, э-э… — Он ущипнул себя за переносицу. — Мне только что поступил странный звонок. О том, что случилось в субботу.

О. Черт. Нет.

Я больше никого не заметил на парковке. Или, может быть, кто-то подслушал нас здесь? Дерьмо. Дерьмо. Дерьмо.

Она ничего не сказала по телефону. Она не казалась расстроенной. Или Курт только собирался зайти к ней в кабинет? Милли взбеситься.

— А что случилось в субботу? — Возможно, я мог бы это отрицать. Возможно, если и Милли тоже будет это отрицать, у нас все