Жестокие игры в академии драконов. Часть 3 - Анна Алексеева

правда постаралась расслабиться и просто отдаться своим инстинктам. И своим драконам. И когда язык Рика начал выводить узоры между моих ног, я протяжно застонала. Это будто стало сигналом, и парни перешли к решительным действиям. Мне показалось, что они нашли какой-то общий язык и начали общаться мысленно. Ни одного слова не было произнесено, но Вейлор стал мне опорой, когда Рик закинул мои ноги себе на талию и вошел в меня одним сильным движением. Я полностью потерялась в своем наслаждении. Мое тело извивалось, насаженное на твердый член. Каждый сантиметр моей пылающей кожи был покрыт ласками, которые доводили меня до исступления. Саргон играл с моими сосками, в то время как Стелларий, придерживая меня за ягодицы, решительными толчками направлял меня в бездну оргазма.

Когда я забилась в их руках, сотрясаемая сильнейшей в жизни разрядкой, они прижались ко мне и некоторое время удерживали, позволяя прийти в себя. А после этого мы переместились в комнату, где мне, как и было обещано, до самого утра, то по очереди, то одновременно доказывали всю глубину своих чувств два самых лучших в мире дракона.

Глава 18

Линаэль

Я едва поспевала за широким шагом Райнера. Он сказал, что нам надо что-то обсудить, и теперь все мои мысли были заняты лихорадочным перебором тем, которые он мог поднять. Об истинности? О моём путешествии? Может, он почувствовал, что со мной произошло то, о чём я не стала бы ему рассказывать? Я шагала торопливо, то и дело срываясь на перебежки, чтобы не отставать от него, и украдкой ловила взглядом его острый профиль в те моменты, когда равнялась в ним.

Неужели судьба действительно сделала его моей истинной парой? Как такое вообще возможно? Удача встретить истинного сама по себе случается не со всеми. Но моё сердце трепетало рядом с ним. Замирало, когда он строго хмурился, расцветало, когда он улыбался, и таяло, когда он читал лекции, словно даже не замечая меня.

Когда он стал так важен для меня?

Наконец, мы поднялись на этаж, где располагались комнаты профессоров и по уже привычному маршруту прошли к его комнате. Мой взгляд невольно привлекли следы копоти на стенах в противоположном конце коридора и звуки молотка, забивающего гвозди.

– Ты ведь говорил, что пострадали только нижние этажи, – тихо сказала я, оглядываясь.

– Не только, но по большей части они. Огонь перекинулся на строительные леса, которые стоят на той стороне, где шёл ремонт окон. Поэтому некоторые из комнат зацепило, хоть и не настолько сильно, как внизу.

– Но ведь замок ледяной, – заметила я. – И он был набит драконами, среди которых были и те, кто управляет огнём и водой.

– Пламя было не простое, – жёстко ответил Райнер. – Его зачаровали так, что оно едва поддавалось. Конечно, чар этих было недостаточно, чтобы сжечь весь замок, особенно учитывая, что в нём находились несколько Древних драконов. Но неприятностей он принёс немало.

– Значит, кто-то поджёг Айсхолл? – я вошла в комнату, с которой Райнер снял защиту.

– Я абсолютно уверен, что так и есть.

– Но кто?

– Этого мы пока не выяснили. Но, кто бы это ни был, ему недолго осталось ходить на воле.

– Значит, – я растерянно смотрела на полку с обувью, но не разувалась, – это может произойти снова… в любой момент?

– Мару снабдили Айсхолл серьёзными артефактами, которые отлавливают даже мысли находящихся в замке существ. Если кому-то придёт в голову принести вред ему или кому-то из его жителей, они мгновенно оповестят службу безопасности.

– Отлавливают мысли?.. – растерянно повторила я, представив, что теперь всё, что происходит в моей голове, станет известно окружающим.

– Только общий смысл, – ответил Райнер, который уже прошёл в комнату и повесил пальто на специальную вешалку. Потом усмехнулся: – Если продолжишь обучение на факультете безопасности, познакомишься с такими игрушками настолько близко, насколько это вообще возможно.

– Правда? – почему-то обрадовалась я. – И с помощью этих штук смогу читать мысли других?

Райнер рассмеялся.

– Не то чтобы прямо читать мысли, но кое-чему тебя точно научат. Например, отличать правду от лжи. Это специфика Лоранов, но при определённой тренировке и использовании артефактов…

Он замолчал, потому что вещатель, который лежал у него в большом внутреннем кармане издал трель. Достав его, Райнер быстро пробежал глазами по металлической пластине, нахмурился и сказал:

– Я тебя оставлю ненадолго, меня срочно вызывает Саймон.

– Мистер Саймон? – выдохнула я имя, которое для многих в этом мире звучало, как что-то очень далёкое. – В чём дело?

– Это… по поводу оборотней. Всё хорошо, не переживай. Можешь пока принять ванну и отдохнуть.

Он подошёл, взял меня за подбородок и приподняв его, коротко поцеловал мои губы, прежде чем покинуть комнату.

Я осталась одна и, не раздеваясь, упала на кровать. Зажмурилась от удовольствия. Это было то место, где было даже уютнее, чем дома, счастливее, чем в детстве, нежнее, чем… Да мне даже и сравнить-то было не с чем!

Некоторое время я лежала и вдыхала знакомые, почти родные уже запахи, а потом решила всё-таки последовать совету Райнера. Приняла душ, переоделась в одну из его белых рубашек, замерла на несколько секунд перед открытым шкафом, глядя на стопки книг, скрытые одеждой, и достала ту, что лежала выше всех.

Вероника Веритас. “Ваша единственная”. На обложке были изображены трое: двое мужчин и женщина. Причём в такой позе, будто мужчины вот-вот сожрут женщину в порыве страсти.

Всё-таки странный у Райнера вкус в литературе.

Хмыкнув, я закрыла шкаф, потом вскипятила чайник, отыскала вазочку с печеньем и, оставив только свет бра над столом, залезла с ногами на стул.

Печенье, чай и книга. Давненько не было в моей жизни такого спокойного вечера. То сладостное одиночество, которое приносит удовольствие не меньше, чем хорошая компания.

Открыв где-то в середине и пролистав несколько страниц и почитав их наискосок, я наткнулась, наконец, на отрывок, который чуть не вогнал меня в краску. Такие книги мне не попадали в руки, пока мы с отцом жили в Ледяном Доле, и теперь я с жадностью глотала