Не было бы счастья - Елена Лагутина

— Ну что, девочки, готовы? — спросил он, потирая руки. — Поехали?

— В мою «девятку» все не влезут. — Слегка побледневшая Наталья быстро пересчитала заполнившую комнату компанию и добавила упавшим голосом: — Десять человек. И еще вещи…

— У нас «Газель», — успокоил ее представитель охранного агентства, кажется, тот, что назвался Сашей, — поместимся.

— Тогда что ж… — Наташа пожала плечами и встала — Тогда поехали.

На даче, разгрузив «Газель» и побросав все мешки и сумки посреди комнаты, все отправились знакомиться с территорией.

— На рекогонсцировку — важно заявил Володька.

— Рекогносцировку, — тихо поправила Наталья.

— Это не принципиально, — отмахнулся он.

Вообще-то показать окрестности попросили профессионалы — Одиноков с Андреем Васильевичем (Саша с Витей молчаливо при этом присутствовали). Но Ярослав с Володей и Герман Александрович, разумеется, увязались за ними. Лариса, начавшая было разбирать сумки, немедленно решила, что глупо заниматься этим одной, пока остальные гуляют на свежем воздухе, и присоединилась к компании Впрочем, ненадолго. Она восторженно замерла у одного из немногих действительно ухоженных на этом участке мест — у грядки с темно-синими, необыкновенно рано распустившимися в этом году ирисами.

— Наташка, какая прелесть! Можно, срежу несколько цветочков?

— Да ради Бога, — откликнулась хозяйка, — садовые ножницы в коридоре, на гвоздике висят.

— А во что поставить есть?

— Там на полке банки пустые стоят, а воду в пластиковом баке на кухне возьми. — И пояснила уже для всех: — В нем мы воду для всяких хозяйственных нужд держим. А за питьевой надо к скважине идти, это дальше по улице. Мы в этом случае обычно через заднюю калитку выходим, сейчас я покажу.

Она повела мужчин между довольно беспорядочно стоящими кустами крыжовника к зарослям низкорослой вишни.

— М-да, калиточка… — вздохнул Андрей Васильевич, разглядывая хилую рамочку с несколькими поперечными дощечками.

— Мы ее на палочку запираем, — извиняющимся тоном сказала Наташа. — Все равно вишня так разрослась, что с улицы, если не знаешь, калитку не найдешь. А потом, если кто захочет на участок попасть, так его и забор не остановит, так ведь?

— М-да, заборчик… — снова вздохнул Андрей Васильевич.

Сетка рабица, по которой сантиметров на десять от земли уже поднялось какое-то вьющееся растение — не то фасоль, не то просто вьюнок, — не могла явиться серьезным препятствием для человека, желающего понаблюдать за тем, что происходит на участке. Тем более не остановила бы она и вооруженного Карманова, вздумай он сюда заявиться.

— А я, между прочим, и не говорила, что у меня тут неприступная крепость, — немного обиженно сказала Наталья. — Я так поняла, что главное сейчас — им всем из города убраться?

— Разумеется. — Одиноков широко улыбнулся и, сделав шаг, загородил от нее кислую физиономию хозяина «Грифона». — Наталья… э-э… простите?

— Да просто Наташа, — махнула рукой она.

— Так вот, Наташа, вы совершенно правы, преступникам никакой забор не помеха…

— Просто хотелось бы иметь перед глазами что-нибудь поубедительнее, — вынырнул из-за его спины Андрей Васильевич.

— Ага, бетонную стену высотой в три метра и с колючей проволокой поверху, — съязвила Наташа.

— А по проволоке ток, — подсказал Ярослав.

— Битое стекло еще хорошо в бетон вмазать, — внес свою лепту Герман Александрович.

— И вышки с часовыми по периметру, — мечтательно закатил глаза Андрей Васильевич, ничем не показывая, что заметил хоть каплю сарказма в высказанных предложениях. — А что, нормальный дачный домик, мечта садовода, можно сказать.

— Про овчарок забыли, — добавил Одиноков. — Ладно, поскольку ничего этого нет в наличии, будем рассчитывать, что Карманов, так сказать, потеряет след. Он будет искать Ярослава Германовича в городе, а мы тем временем тоже будем работать. Надеюсь, что сумеем произвести арест в самые ближайшие дни.

Вернулась довольная Лариса, сообщила радостно:

— Ирисы просто обалденные, прямо махровые! Наташка, где ты такой сорт нашла, по пять — семь бутонов на одном стебле! А банки у тебя стоят только майонезные и семисотграммовые, в жизни я так коротко цветы не обрезала! Слушай, а что они так воняют? Пришлось окно открыть, иначе с ними невозможно в одной комнате находиться.

— А, я забыла тебе сказать, запах у них действительно… Открытое окно не поможет. Ладно, потом разберешься, а сейчас пошли дальше. — Она демонстративно строго посмотрела на Андрея Васильевича и улыбнулась Одинокову: — Какие у вас еще есть вопросы?

Вся компания еще некоторое время бродила, слушая объяснения Наташи, на каком участке соседи живут постоянно, а куда наезжают только по выходным, где есть собаки, часто ли по поселку бродят посторонние и тому подобное.

Когда уже почти стемнело, Одиноков и Андрей Васильевич согласно решили, что место в целом хорошее, Саша с Витей вполне справятся, и, проверив, что сотовые телефоны у остающихся в полном порядке, наконец позволили Наташе увезти их в город. Витя загнал оставшуюся «Газель» на участок, и они с Сашей умудрились накрыть ее чехлом таким образом, что машина напоминала теперь большую навозную кучу, прикрытую брезентом. Ярослав с Ларисой, от помощи которых охранники отказались, с большим интересом наблюдали за их действиями.

Герман Александрович, ворча что-то про легкий ужин, зашел в дом. Через минуту он появился в дверях и странным голосом позвал:

— Славик! Иди сюда, я думаю тебе будет интересно.

— Что такое? — Ярослав заторопился к отцу.

Заходил он в комнату, когда только приехали, — заносил вещи — и ничего особенно интересного не заметил. Мыши, что ли, из щелей повылезали? Ярослав взглянул на Ларису, которая шла рядом, держа его за руку. Интересно, она мышей боится? Вот сейчас и узнаем.

Он прошел вслед за отцом через небольшой коридорчик и остановился на пороге комнаты.

— А?! — с заметной гордостью спросил Герман Александрович.

— Да, круто! Я бы так не сумел, пожалуй…

Единственная комната, большая и довольно скудно обставленная, показалась Ярославу просторной, когда он был здесь в прошлый раз. Овальный, когда-то полированный, а теперь облезлый стол у окна, три односпальные кровати, небрежно убранные, разложенная раскладушка, на которой горкой лежало несколько сложенных одеял без пододеяльников, мягкий, с грязным сиденьем, стул, две деревянные, крашенные темно-синей краской табуретки и фантастических размеров сундук — вот и вся меблировка. Естественно, свободного места при этом оставалось более чем достаточно. Такой эта комната Ярославу запомнилась, но сейчас…

Лариса успела разобрать одну из сумок с продуктами, завалив стол пакетами с макаронами, рисом, гречкой и горохом. Геометрический центр комнаты отмечали на полу рюкзаки Саши и Вити, рядом лежала их большая сумка. Свою одежду Лариса вытряхнула на одну из кроватей, причем какие-то кофточки успели переползти и занять еще и стул. На второй кровати лежал большой пластиковый пакет, из которого торчали длинные спицы