Не целуй незнакомца - Хизер Гротхаус

— Когда? — спросил Пирс, не обращая внимания на угрозу.

— Что — когда? Когда я тебя убью?

— Когда она умерла?

Челюсти Айры задвигались, как будто его рот старался воспрепятствовать словам вырваться наружу. Но все же, преодолев себя, он ответил, сколько лет назад это произошло.

Пирс похолодел и закрыл глаза.

— Кстати, мой единственный внук умер вместе с ней. А ты тянешь время, стараясь придумать, каким обманом отобрать у меня память о дочурке?

Айра шипел, как разозленная гадюка. Неожиданно его слова зазвучали громче — вероятно, он склонился над постелью Пирса.

— У меня тогда украли жизнь! Я надеялся провести остаток лет в покое в этих лесах. И надо же! Именно здесь мне попадается единственная вещь, оставшаяся от моей девочки, которую я так любил! Которую я предал и впоследствии так и не смог ничего изменить.

Пирс открыл глаза. Айра тяжело, с присвистом дышал, а стальной блеск выцветших глаз старика говорил об охватившей его ярости.

— Расскажи мне о ней.

Айра еще больше нахмурился и опустил взгляд, уставившись в пол.

— Кольцо у тебя, — сказал Пирс, пытаясь не выдать никаких чувств. В конце концов, он еще ни в чем не был уверен. — Ты сам сказал, что в таком состоянии я не смогу отобрать его силой. Расскажи мне о дочери. Можешь не упоминать ни имен, ни названий мест. Я должен знать историю кольца, которое считал по праву своим еще месяц назад, когда мне его дали.

— Ах так, значит, теперь тебе уже кто-то дал это кольцо, — ехидно осклабился Айра. — Раньше ты говорил, что оно твое.

— Да, мне его дали, — подтвердил Пирс.

— Кто? — завопил старик.

— Сначала расскажи, а уж потом я отвечу на твои вопросы.

— Ты просто хочешь как-то оправдать свое воровство!

— Послушай, мы же решили — никаких имен, — устало поморщился Пирс. — Даже имени дочери. Но я обещаю назвать всех.

Айра так долго обдумывал предложение Пирса, что тот, не выдержав, поинтересовался:

— Кто-нибудь еще знает твою историю?

— Не всю, — ответил старик.

— Ну так расскажи ее.

Айра еще некоторое время молчал, но потом все же неуверенно начал:

— Я приехал с… моей девочкой в… — он сделал паузу, подыскивая подходящее слово, — в новое поместье вместе с нашей госпожой. Леди должна была выйти замуж за тамошнего лорда, и я был частью ее свиты. Я был отличным работником и очень скоро стал лучшим. Мое умение стоило намного больше, чем это.

Старик похлопал себя рукой по груди, и Пирс понял, что заветный перстень лежит в кармане, рядом с усталым изношенным сердцем Айры.

Тот сжал руки в кулаки и положил их на колени. Потом вздохнул и продолжил:

— Семейная жизнь хозяев не задалась. Леди была резкой, требовательной, всегда всем недовольной. Лорд начал сожалеть о своей договоренности с ее отцом раньше, чем луна успела округлиться над их супружеской постелью.

Я очень хорошо помню, как он впервые увидел мою дочку. Мы были в амбаре. Она — в то время ей еще не было семнадцати — помогала мне с заболевшей коровой. Мы решили, что корову придется забить, потому что болезнь скорее всего была заразной, и хозяин сам явился посмотреть. Моя детка была очень красивой!

Айра немного помолчал, собираясь с мыслями.

— Лорд, конечно, сразу обратил на нее внимание. Добился, чтобы она поговорила с ним — малышка была очень застенчивой. Он произвел на нее сильное впечатление своим титулом, деньгами, вниманием к ней, дочери бедняка. Он дал ей работу в доме — помогать его жене, которая только что родила ребенка. Я уже тогда должен был все понять. Я был обязан! Возможно, на самом деле я все понимал, но не признавался в этом даже самому себе. Когда же стало очевидно, что происходит прямо перед моим носом — и перед носом леди тоже, — было уже поздно. Дочь уже ждала ребенка.

— Что было дальше? — спросил Пирс.

— Она пришла ко мне в слезах, потому что леди обо всем узнала и выгнала ее из дома. Дочь рассказала мне, что пошла на такой позор по двум причинам: во-первых, хозяйка еще не оправилась после родов и ее муж очень страдал без женщины, а во-вторых, девочка была уверена, что ребенок, рожденный хозяйкой, был не от мужа.

— Откуда она могла это знать?

— Ухаживая за женщиной и младенцем, дочь заметила у него родимое пятно на груди, — сказал Айра. — Ничего похожего не было ни у хозяйки, ни у хозяина. А леди как-то раз хвастливо заявила, что отцу малыша даже не было необходимости сомневаться, его ли это дитя, — и так ясно, что это его чадо.

— А сам лорд знал, что ему наставили рога?

— Об этом дочь не говорила. И не делилась с ним своими подозрениями, поскольку знала свое место и опасалась зайти слишком далеко.

Пирс поморщился. История оказалась куда более неприятной, чем он ожидал.

— Продолжай.

— Я едва не сошел с ума от ярости. Моя девочка, такая чистая, невинная, была обесчещена этим высокородным негодяем. Он никогда не заботился о ней, ему было наплевать, что теперь никто не возьмет ее в жены. — Айра сделал паузу и перевел дыхание. — И я попытался его убить. Думаю, у меня получилось бы, не будь я сильно пьян.

— Ну и что лорд сделал с тобой?

— Он проявил милосердие, — спокойно признал Айра. — Он мог уничтожить меня, но вместо этого только изгнал меня из поместья. Ко мне-то он не был жесток, но не к дочери. Она очень расстроилась из-за моей попытки убить человека, которого любила, отца ее еще не родившегося ребенка. Я умолял ее уйти вместе со мной, но она наотрез отказалась.

— И осталась?

Айра удрученно кивнул:

— Ее не заботило такое положение. Этой маленькой дурочке хотелось быть рядом с любимым. Он выделил ей домик, прислал повитуху, когда подошло время рожать. Родился мальчик. Мой внук.

— Откуда ты знаешь? — спросил Пирс. — Тебя же там не было!

— У меня остались друзья, — хмыкнул Айра. — Они присматривали за ней и сообщали новости. Дочь все еще злилась на меня из-за моей попытки убить ее любовника. Возможно, она считала, что если бы я не дал волю своему гневу… Собственно говоря, я не знаю, что она думала. Лорд заказал для нее это кольцо, когда родился мальчик. — Старик снова похлопал себя ладонью по груди. — Насколько я знаю, она не снимала его до самой смерти.

— Почему она умерла?

Айра вздохнул и пожал плечами:

— От болезни. Мне сказали, что мальчик заразился тоже. С ними обоими было кончено. И мне пришлось поставить крест на мечтах о том, что однажды они вернутся ко мне. Зато ведьма, которая правила в поместье, должно быть, очень радовалась.

— Уверен, что так и было.

Айра с некоторым удивлением взглянул на Пирса, словно только теперь понял, что разговаривает с человеком, которого подозревает в воровстве. Его лицо, ставшее мягким и грустным во время повествования, снова стало гневным.