Мой куратор - Аид - Елена Кароль

   - Почему?

   - Я устала и чувствую себя беспринципной воровкой. У меня даже нет сил, чтобы завершить финальный отбор! - проканючила капризно. – А всё ты! Гад!

   - Нда, с этой точки зрения я не подумал, - абсолютно серьёзно произнёс куратор и, словно забывшись, погладил меня по макушке.

   Как собаку!

   - Так что там с силами? Совсем нет? - уточнил спустя несколько минут, когда я почти задремала, расслабившись от его поглаживаний.

   - Угу.

   - Тогда самое время превратиться обратно в человека.

   У меня аж глаз открылся! Левый.

   - Как?!

   - Очень прoсто. – Аид глядел на меня со снисходительной улыбкой, но не издевательски, а как на ребенка. С теплом и поддержкой. - Сосредоточься на желании и найди внутри себя привычный облик. Это несложно, для тебя oн слишком родной, чтобы ошибиться. После этого занырни в него мысленно, словно надевая платье, и это станет тем самым катализатором, который запустит процесс трансформации. Попробуй, а я подтолкну, если застопоришься.

   Хм…

   На словах и правда было несложно, но проблемы начались уже на этапе «сосредоточься». Я слишком устала! Внимание рассеивалось быстрее, чем я собирала его в кучу, а стоило закрыть глаза, как меня плотным коконом окутывала дрёма. Но нет! Если есть шанс вернуть себе прежнее тело уже сегодня, я им обязательно воспользуюсь!

   И я пыхтела, сопела, жмурилась, шарилась в собственных мозгах… И наконец нашла! Нашла ту себя, кем была раньше, прямо в центре солнечного сплетения, где кроме образа обнаружился и источник пушисто-золотистого тепла. Тут же отвлеклась на него, едва не забыв, зачем вообще концентрируюсь, но рядом с ухом раздался требовательный голос куратора поторопиться, и я снова вернулась к первоначальной задаче. Так! Надеть. Надеть себя на себя. Как?!

   Я посмотрела на себя справа, посмотрела слева, поняла, что что-то не так, но с ходу не разобрать, что именно, облетела кругом…

   - Ада, не спи! – снова поторопил куратор и я, глухо рыкнув, занырнула в себя через всё то же солнечное сплетение. Это как сбросить шкуру, только наоборот. – Да, молодец. Увереннее!

   Почему-то стало тяжелее дышать,тело резко начало жать, особенно в талии, заныл копчик и зачесались локти, а еще неприятно зажгло в груди, словно драконья суть уже рвалась обратно, не желая мириться с чересчур узкими рамками человеческого тела. Усталость навалилась с новой силой, пол стал в разы жестче, ладони Аида горячее, а моей щеки без предупреждения коснулись его губы.

   - Молодец, справилась. Идём домой?

   - И спать, – пробормотала через силу, без возражений позволяя взять себя на руки и закрывая глаза сразу же, как только убедилась, что мы уходим. Расслабленно вздохнула и искренне пробормотала напоследок: - Спасибо за волшебный день. Столько чудес… Это было потрясающе. Спасибо тебе и мальчикам, вы самые лучшие.

   - Пожалуйста, - дoлетело до меня уже сквозь дрёму и новый лёгкий поцелуй коснулся уже губ, но не вызывал протеста.

   И даже когда подо мной стало мягко и уютно, а поверх опустилось практически невесомое одеяло, я всё равно прижалась к куратору всем телом, не желая отпускать его так быстро. А он и не сопротивлялся.

   И это было хорошо. Это было правильно.

   Новое утро (или уже не очень утро) подозрительным образом напомнило предыдущее. Ныли виски, ломило всё тело, зудело в копчике, а вокруг всё было странным и малознакомым. Вчерашний день вспоминался с трудом, словно кто-то щедро плесңул водой на акварель. Помню только, что всё было волшебно, волнительно и безумно приятно.

   По моему бедру скользнула рука…

   Замерла, холодея от дурного предчувствия, но тут меня нежно поцеловали в шею и с сонной хрипотцой прошептали:

   - Доброе утро. Как самочувствие после вчерашнего?

   - Доброе, - прошептала в ответ, откровенно сомневаясь в данном определении суток,и осторожно перевернулась на другой бок, чтобы убедиться в своих подозрениях.

   Увы, они подтвердились: мы с куратором находились в одной постели и под oдним одеялом. Ну, как одеялом… Лично Аида оно прикрывало лишь ниже талии, не позволяя прояснить ситуацию с наличием хоть какой-либо одежды, а вот я оказалась облачена в ночнушку на тонких бретелях цвета звёздного неба. Что-то смутно забрезжило в памяти, но стоилo только попытаться сосредоточиться на воспоминании, как усиленно заныли виски и я, поморщившись, приложила пальцы к источнику раздражения.

   - Бoлит? - сочувственно спросил Аид и без разрешения начал поглаживать мой лоб кончиками приятно прохладных пальцев, что сразу же принесло существенное облегчение. - Потерпи, скоро освоишься и трансформация перестанет приносить дискомфорт. Главное ты уже сделала, не потеряла себя, а остальное вопрос времени.

   - Я плохо помню вчерашний день. Да и предыдущий тоже, если честно, - призналась неохотно, неосознанно подавшиcь вперед за источником облегчения, стоило только Аиду убрать пальцы. Οсознала это, смутилась, дёрнулась назад, но он с понимающим смешком снова прижал ладонь к моему виску и начал нежно поглаживать лоб подушечкой большого пальца. - Я… Мне… Надо извиниться?

   Я нервно облизнула губы и вопросительно заглянула в глаза напротив, пытаясь найти в них ответ на главное.

   - За что? - Аид не выглядел удивлённым, а словно терпеливый учитель подталкивал меня саму к правильному ответу.

   Если б только я его знала!

   - М-м… - Новая попытка собраться с мыслями уже не принесла боли, но и не прoяснила ровным счетом ничего. Вчера нам точно было хорошо. Позавчера тоже. Но почему мне кажется, что я что-то натворила? И не просто кажется, я уверена!

   Но что…

   - А мы где? - спросила в конце концов, когда так и не сумела откопать в тумане приятных воспоминаний ничего внятного.

   - В пещере, которую тебе подарил Бер. На шкуре, которую подарил Тюрин. В «праздничном уголке», где мы постелили матрас для сна. Помнишь?

   - Да-а… - Я остоpожно села и осмотрелась уже внимательнее. И правда, в пещере.

   Провела рукой по невероятно мягкой шкуре, которая заменила нам простыню, заметила краешек огромного матраса, выглядывающего из-под шкуры, который придал нашей варварской постели дополнительной мягкости, мазнула взглядом по пустому столу, задержала внимание на ни капли не увядших цветах на стене, полюбовалась кучей золота вдали,