Диагноз: Раздевайся, Даша! - Харли Напьер

Сама я тоже чувствовала себя невероятно счастливой. Моя карьера тренера по фигурному катанию продолжала успешно развиваться, и я работала с талантливыми ребятами, получая огромное удовольствие от своего дела. Успехи моих учеников вдохновляли меня на новые свершения, заряжая неиссякаемой энергией. Побуждали ставить новые цели и задачи.

Особенно я гордилась своей подопечной Машей. Мы усиленно готовились к предстоящей Олимпиаде, ни на минуту не теряя темпа тренировок.

Но в последнее время девушка была крайне рассеянна и несобрана, и это сильно тревожило меня. Я прекрасно понимала, что личная жизнь может стать опасным отвлекающим фактором, способным поставить под угрозу все наши старания и многолетнюю работу.

Ведь на Олимпиаде будут представлены сильнейшие спортсмены со всего мира, и Маше потребуется максимальная концентрация и самоотдача, чтобы завоевать заветную медаль.

Ни раз пыталась деликатно поговорить с ней, убедить сосредоточиться на тренировках и не отвлекаться на личные переживания. Но Маша была явно не расположена к откровенному разговору, а ее взгляд все чаще затуманивался мечтательностью.

Мне невероятно хотелось помочь ей, уберечь от возможных ошибок, но я понимала, что слишком сильное давление может лишь ухудшить ситуацию. Приходилось аккуратно балансировать, пытаясь найти правильный подход к своей подопечной.

За всеми этими мыслями не заметила, как мы приехали. Возле дома нас встречали радушные улыбки и распростертые объятия.

Отец Назара тепло поприветствовал нас, искренне обрадованный нашему приезду. Я видела, как на лице любимого заиграла тень улыбки. Он явно волновался, но в то же время был очень рад этому семейному празднику.

Мы прошли в просторную, уютную гостиную, где уже как всегда был накрыт праздничный стол.

Мама Назара хлопотала, расставляя угощения, ее лучистые глаза сияли от счастья. Мы расположились за столом, приступив к ужину.

– Родные, – слово взял виновник торжества, а мы замолчали приготовившись слушать. – Я хотел поделиться с вами одной важной новостью. После долгих обращений и настойчивых ходатайств, наконец, федерация провела расследование инцидента с падением Даши на тренировке. И они признали Артема виновным в произошедшем.

Застыв от неожиданности, я растерянно посмотрела на свекра, не в силах сразу подобрать слова.

Услышав новость о справедливом наказании Артема, я почувствовала огромное облегчение и благодарность к Андрею. Столько времени я ждала этого момента, стараясь не терять надежды. И вот, наконец, справедливость восторжествовала.

– Вы... вы правда этого добились? – тихо переспросила я, все еще пытаясь осознать услышанное. – Но как вам это удалось? Я даже и не подозревала...

Андрей ободряюще улыбнулся, видя мое искреннее удивление.

– Да, я приложил для этого немало усилий, – степенно произнес он. – Поднял все свои связи и возможности. И в итоге мне удалось добиться, чтобы федерация провела тщательное расследование. Он был дисквалифицирован и лишен всех наград и званий, его карьера на этом закончилась. Даже тренером работать теперь не сможет. Дело на него тоже завели, уголовное, за умышленное причинение вреда здоровью...

– Спасибо вам! – с чувством произнесла я, не в силах сдержать эмоций. – Я даже не знаю, как вас отблагодарить...

– Да что ты, – отмахнулся Андрей. – Это я уже не знаю, как загладить свою вину. Да и разве я позволю кому-то обижать свою дочь? Любой поплатится, так и знайте...

– Растрогали меня, – всхлипнула мама Назара, промакивая салфеткой глаза. – Андрюша переживал очень, и там головы летели. Артем этот скользкий тип, но для моего мужа нет ничего невозможного, особенно если это касается детей.

В моей душе разлилось тепло. Я была на настолько счастлива, что готова была обнять весь мир. Поэтому новость, которую собиралась сказать любимомк наедине, решила озвучить при всех. Ведь мы семья, и сегодня мне четко дали понять, что крепкая и дружная.

Собравшись с мыслями, я утерла бегущие по щекам слезы и поднявшись с места, произнесла:

– Я не хотела, то есть хотела, но не так. Не сейчас в общем, – красноречие меня покинуло, зато волнение накатило с лихвой. – В общем, с днем рождения, Андрей. Точнее, дедушка Андрей! – произнесла я взволнованно стараясь не смотреть на Назара.

Гостиная погрузилась в оглушительную тишину, вгоняя меня в еще большую панику. Поэтому решила пояснить, вдруг кто-то не понял:

– Я... я беременна!

В воздухе повисла напряженная пауза, и все присутствующие уставились на меня в немом изумлении.

Мама Назара первой нарушила молчание, бросившись ко мне и крепко обняв:

– Дашенька! Как же я счастлива! – она всхлипывала, не скрывая эмоций. – Теперь у нас будет еще один любимый человечек!

– Вот это да! Дети, поздравили, так поздравили! Лучший подарок подарили! – воскликнул Андрей, тепло улыбаясь. – Это просто замечательно! Поздравляю вас, дорогие!

Но главной реакцией был, конечно, Назар. Он сидел, широко раскрыв глаза, словно не веря своим ушам. Затем его лицо озарилось такой радостью и восторгом, какого я еще никогда не видела.

– Я стану отцом? – прошептал он, с благоговением глядя на меня. – Серьезно?

Кивнула, чувствуя, как на глазах вновь выступили слезы.

– Да, представляешь? – я взяла его руку и прижала к своему животу. – Мы скоро станем родителями.

Назар порывисто притянул меня к себе, крепко обнимая.

– Я так счастлив! – шептал он, осыпая мое лицо поцелуями. – Я люблю тебя! Ты подарила мне самый главный подарок в жизни!

Шесть лет спустя

Я стояла возле бортика и с волнением наблюдала за тем, как моя дочь Катюшка тренировалась на льду. Ее движения были такими грациозными и уверенными, каждый шаг и прыжок выполнялись с невероятной легкостью. Я не могла сдержать улыбку, глядя на то, как она порхает словно маленький лебедь.

Как сейчас помнила тот день, когда впервые взяла ее на каток. Тогда она была совсем крошечной, а я так боялась, что она упадет и ушибется, но Катюша с первых минут покорила лед своей смелостью и уверенностью.

Сердце мое наполнялось теплом и гордостью, ведь эта маленькая хрупкая девочка, которую я с таким трудом выносила и родила, шла по моим стопам, решив стать профессиональной фигуристкой.

Поначалу я пыталась отговорить её от этого нелегкого пути, ведь фигурное катание - это такой тяжелый и травмоопасный вид спорта. Но Катюшин характер весь в меня, такая же упрямая и решительная. Сколько раз она падала, но вставала снова и продолжала тренироваться с ещё большим рвением.