Графиня на арене - Минерва Спенсер

Впервые с тех пор, как узнала, что Джон Таунсенд ее отец, Джо испытала к нему некоторый интерес.

— Ваш дед также прислал мне полный ящик вещей вашей матери. У Симмса не было других детей, и он рассчитывал, что если вы выжили, то вернее всего будет передать вам то, что принадлежало вашим родителям, через лондонскую родню. Хотите, чтобы вещи доставили к вам домой?

— Они у вас? — удивилась Джо.

Бледная, похожая на бумагу кожа Грея покрылась румянцем.

— Э-э, ваш двоюродный дядя Ричард, получив имущество вашей матери, сразу же доставил его в министерство внутренних дел.

— Чтобы их проверили на предмет связи с тем, что делал мой отец?

— Да. Ничего интересного не обнаружили, но, боюсь, вещи с тех пор так и хранятся на складе — разумеется, сугубо по нашей вине. Хотите, чтобы эти коробки передали вам?

Джо почувствовала странную неловкость, почти тошноту при мысли, что придется рыться в личных вещах незнакомцев, но излишняя щепетильность была ни к чему.

— Да, пожалуйста, пусть мне их пришлют, — сказала она с подобием улыбки. — Мой адрес вы уже знаете.

Грей покраснел еще гуще.

— Да, гм, разумеется, я немедленно их вышлю. Кое-какие семейные драгоценности вашей матери, должно быть, стоят немало.

Джо почти не думала о женщине, которая произвела ее на свет, и понимала, что это, наверное, противоестественно, но теперь предположила, что жемчуга, в которых она была на балу, достались ей от настоящей матери. Ей никогда не приходило в голову показать их оценщику, но наивно было полагать, что Мунго может позволить себе приобрести такие украшения на жалованье сержанта.

В детстве она несколько раз спрашивала Мунго о матери, но у него каждый раз слезы наворачивались на глаза, он давился словами и говорил непонятно, так что постепенно она просто перестала спрашивать, а вот теперь гадала, не происходила ли его печаль из необходимости лгать ей. Или он думал о своей возлюбленной — той, на которой так и не женился и у которой не было от него детей?

Что ж, теперь-то уж какая разница?

Когда Джо не ответила, Грей продолжил:

— Приходит ли вам на ум какая-нибудь деталь, сколь угодно мелкая и незначительная, которая могла быть как-то связана с доказательствами, которые Браун собирался передать Уордлоу, когда согласился с ним встретиться? Не можете ли вы предположить, где он мог бы хранить такие… доказательства? Например, у него был друг, которому Браун мог бы отдать их на хранение? Или определенное место, где он мог их спрятать? Словами не передать, как я обрадовался, узнав, что есть какой-то способ вернуть Джону доброе имя. Очень досадно знать об этих доказательствах, но не иметь возможности их получить.

В глазах Грея Джо увидела искренний интерес и сочувствие и внезапно испытала чувство вины за свою несговорчивость. В том, что она всю жизнь провела в бегах, нет его вины.

— Боюсь, сейчас у меня ничего для вас нет, — сказала она куда мягче, чем говорила с ним весь этот вечер. — Но я очень постараюсь припомнить что-нибудь.

Губы Грея растянулись в улыбке. И тут он собственными руками уничтожил всю ту доброжелательность, которую Джо к нему испытала.

— Умница. Не сомневаюсь, будет гораздо проще расслабиться и покопаться в памяти, когда вам больше не придется жить в нищете и зарабатывать себе на хлеб.

Джо скривилась и уже собралась было поставить его на место, но Эллиот ее опередил, незаметно опустив ладонь на ее руку под столом с зажатым в ней ножом.

— Благодарю, сэр Стэнли. Мы очень ценим, что вы уделили нам время и дали себе труд прийти сюда, чтобы встретиться с мисс Браун.

Грею явно были приятны слова Эллиота, и Джо поняла, что ей, пожалуй, есть чему поучиться по части тактики общения с людьми у своего любовника.

К сожалению, ей все еще оставалось сказать кое-что сэру Стэнли, и выразиться помягче тут было невозможно.

— Я была бы очень благодарна, если бы вы отозвали тех двоих, что наблюдают за моей квартирой.

Грей моргнул и вытаращил глаза от удивления, прежде чем метнуться взглядом к Эллиоту.

— Он мне ничего не говорил, — соврала Джо без запинки. — Я их уже давно заметила, а когда узнала, что вы хотите со мной поговорить, то просто сложила два и два.

— Мои люди не следят за вами, а заботятся о вашей безопасности, ми… мисс Браун.

Джо невольно улыбнулась ему, и Грей оторопел, словно не веря, что она на это способна.

Эллиот вновь встрял между ними, прежде чем Джо успела сказать что-нибудь обидное или возмутительное.

— Я позабочусь о безопасности мисс Браун, сэр, но мы благодарны вам за заботу.

Грей тихо фыркнул.

— Хорошо, я отзову агентов, которые обеспечивали вашу безопасность, но только если вы пообещаете переехать в ваш настоящий дом и покончить с этим фарсом не более чем за неделю.

Джо мельком взглянула Эллиоту в глаза. Он не хотел давить на нее с переездом, но понимал, что откладывать до бесконечности не получится. Она уже сама решила разобраться с этим за неделю — к чему откладывать неизбежное? Да только в ней проснулось чувство противоречия, которое обычно дремало, но становилось неукротимым, пробудившись.

— Две недели! — парировала она.

— Десять дней, — сказал Грей.

Джо посмотрела на Эллиота и кивнула.

— По рукам.

Глава 20

В первую очередь Джо отметила весьма преклонный возраст и внешнюю хрупкость своего двоюродного дяди и его жены. Она почему-то ожидала, что ее родственникам лет по пятьдесят-шестьдесят, но они явно были старше, под восемьдесят.

Миссис Эдит Таунсенд поднесла руку ко рту, глаза ее блестели от едва сдерживаемых слез.

— О, милая девочка! Вы просто копия отца. Правда же, Ричард?

Ричард, двоюродный дядя Джо, взволнованный не меньше жены, кивнул и сквозь слезы подтвердил:

— Поистине так, милая. Поистине так.

— Рада знакомству, — выдавила Джо.

Ее сердце так колотилось, что все тело взмокло от пота, дыхание сбилось, и единственным желанием было развернуться и бежать со всех ног, но тут ей на локоть легла ладонь Эллиота и он пробормотал, нарушив мгновенно повисшую неловкую тишину:

— Рад снова видеть вас обоих в добром здравии. Мы так давно не виделись: со свадьбы моего брата Найджела.

Было видно, что Ричарду Таунсенду стоит большого труда оторвать взгляд от Джо и улыбнуться Эллиоту, причем выражение его лица стало заметно прохладнее.

— Ах да, Уингейт, младший сын Норритона. Конечно, я вас помню. Так и есть: в последний раз мы виделись