Лекарка поневоле и 25 плохих примет - Ульяна Муратова

Быстро одевшись, босиком вышла в медкабинет и открыла дверь.

На крыльце стоял пожилой крепкий мужик с кустистыми седыми бровями и залихватской кудрявой прядью, которая, судя по задумке, должна была прикрывать лысину, но не очень хорошо справлялась с возложенной на неё ответственной миссией, романтично трепеща на утреннем ветру.

— Ну, будем знакомы. Я сосед твой, Амезе́г. Как говорится, друзей выбираешь ты, супругу выбирает тебе отец, а сосед даётся тебе богами.

Я сразу поняла, что боги не пожадничали — одарили так одарили. Мистер Божий Дар времени не терял и сразу перешёл к делу:

— Тебе чего надо? Сын мой, вон, дров натаскал, в поленницу заложил, чтоб на первое время хватило. Жёнка моя пирог тебе испекла. Луня, поднеси, — властно скомандовал он, и из-за его спины показалась круглолицая девушка лет шестнадцати, торжественно вручила мне блюдо с ароматным пирогом, поклонилась моему дому и спряталась обратно за отцовскую спину. — Ежели кто хоть одно плохое слово об тебе скажет — сразу ко мне иди, поняла?

— Доброго утра, — я попыталась выковырять немного дружелюбия из сонного организма. — Спасибо за пирог. И за дрова…

— Не за что. Надо тебе чего? — вдруг сурово спросил он, и я не сразу поняла, что это он так душевно предлагает помощь.

— Стены побелить, — растерянно заморгала я.

— Сейчас всё будет, — важно кивнул он. — Ты иди пока пирог ешь. И энту свою живность заодно покажи. Правда, штоль, леопард лесной?

Воинственная живность сама выглянула из-под подола и была оттуда бесцеремонно вынута и, несмотря на бурное сопротивление, осмотрена и потрогана за все части тела. В этот момент к нам подошёл дядька Мелест.

Те же лица и староста, акт второй.

— Амезег… Ясного утра. Вижу, ты уже новой лекарке покоя не даёшь.

— Хах, покоя! Девчонка осталась одна, без еды, без посуды, без дров, среди обшарпанных стен. Слава Солару, нашёлся человек неравнодушный. Но ничего, Таська, мы сейчас всё устроим.

— Не Таська, а Таисия, — строго поправила я.

В этот момент откуда ни возьмись у крыльца нарисовался парень с ведром побелки и здоровенной кистью в руках. Я действительно так и не поняла, откуда он вылез. Может, щель какая в заборе есть? Секунду назад никого не было, и вот он уже прокладывает путь в дом прямо мимо нас с Шельмой. С невозмутимой улыбкой во всё холёное креольское лицо!

Я даже моргнуть не успела, как он поклонился порогу и начал красить стену в медкабинете. Секунду спустя к нему присоединился второй парень. Братья были похожи, как два яйца от одной курицы.

Занятая этим зрелищем, я пропустила пару реплик диалога между соседом и старостой, а обстановка тем временем успела накалиться.

— Ужно без твоей помощи обойдёмся, — рявкнул дядька Мелест. — Что у меня, ведра побелки не найдётся? Как-то я без тебя справился и нашёл для села лекарку, пока ты на печи пролежни налёживал!

— Это я-то пролежни налёживал?! — взвился Амезег. — Да пока тебя не было, мы дальнюю заимку расчистили, взборонили, да под орешник подготовили. А всё потому, что никто не лез под руку с советами да наставленьями!

— Дак ежели б не мои советы, с твоей тощей задницы штаны давно спадать бы начали! — зычно гаркнул староста, а я поняла, что влипла.

Ни с Мистером Божьим Даром, ни со старостой, к которому я испытывала искреннюю благодарность, ссориться было нельзя, а значит, нужно изображать Швейцарию.

— Господа, ну что вы с утра пораньше… — попыталась урезонить их.

— Погоди, Таська, не до тебя теперича, — отмахнулся сосед.

— Таисия, — снова поправила я, но этим двоим дела до меня не было никакого.

— Кто придумал в золу с навозом птичий помёт добавлять? Ты ли? — недобро сощурился староста.

— Хах! Ужно сам придумал-то! Стибрил чужую мыслишку из книжки! — насмешливо отбрил сосед.

— Дак ты б хоть одну книжку прочитал, мож, хоть какой толк от тебя для села и вышел бы!

— Некогда мне читать и на мобиле разъезжать, у меня дела поважнее есть! Если б не я, плодожорка все поля поела бы. Кто три дня и три ночи вот энтими руками её на дальнем поле давил, пока ты в городе прохлаждался? — Амезег затряс у старосты перед носом тёмными, мозолистыми ладонями.

Тот зло огрызнулся:

— Я новый участок в собственность оформлял, чтоб бюрокранты к нам потом претензиев не имели! Ежели оно так просто, то чего ж ты сам не поехал?! А! Неграмотный ты, вот и остаётся только, что гусениц по полям ловить.

Видимо, удар пришёлся ниже пояса, да ещё и нанесённый при свидетелях… Мистер Божий Дар пружинисто выкинул тяжёлый кулак вперёд, но староста на удивление прытко отскочил в сторону.

— А НУ ХВАТИТ! — рявкнула я так, что аж в ушах зазвенело. — Иначе оба отсюда уйдёте с кровавым поносом!

От неожиданности, драчуны замерли и уставились на меня.

— Я Таисия, а не Таська, это во-первых. Дом ещё и снаружи в побелке нуждается, это во-вторых. Чтобы никому не было обидно, я за одолжениями буду обращаться к вам по очереди, это в-третьих. Где-то по-соседски, — кивнула я Амезегу, — где-то по-дружески, — кивнула старосте. — Вы оба для меня очень важны, и я благодарна, что дядька Мелест меня в село привёз. Теперь к делу. Господа, у вас медицинские жалобы есть? — сурово спросила я.

Оба замешкались и переглянулись.

— Ну… колено того… ноет… к дождю, — поделился сосед.

— Прекрасно! — обрадовалась я. — Вот как заноет, так и приходите, благо тут совсем рядышком. Спасибо за помощь! — от всей души поблагодарила я, намекая, что божьей милости на сегодня хватит. — А я пойду зелья варить и вещи разбирать. Ещё раз спасибо за пирог и за помощников. Дядька Мелест, можно вас на две минутки?

Я утянула старосту за собой и увела в сарай, подальше от чужих ушей.

— Мы с вами обговорили, что медкабинет откроется через два дня, первого юлеля, и будет работать с полудня и до вечера. Вы объявление уже сделали?

— Как не сделать? Сделал. И справку о том, что у тебя доку́менты сгорели, сделал. Всё честь по чести, как договаривались.

— Спасибо. Если в селе