Разведенка для дракона, или Личный лекарь генерала - Лана Ларсон

Думала, что Дивона заметит мой пристальный интерес, свернёт разговор или уйдёт от темы, но, к моему удивлению, она продолжила.

— Когда я прибыла в столицу, мне сказали, что моя магия уникальна и идеально подходит для лечения драконов на фронте, — она говорила тихо, но с фанатичным блеском в глазах. — Я знала, что меня ждёт великая миссия.

Магия, уникальная для лечения драконов? Интересно, чем? Да, лечить девушка умела и довольно неплохо, хоть и возилась с пациентами втрое дольше, чем я. Но ранение Тьмой она так и не смогла вылечить. Даже застарелое.

Но может, это сработает на Кассиане? Или на любом другом драконе, ведь мы практиковались на простых солдатах…

Девушка вдруг стала рассказывать о том, чему её учили в Храмовом округе. Что в один из дней к ним приехали люди и проверяли всех целителей с помощью уникальных артефактов, что она стала одной из немногих счастливиц, кого отобрали для дальнейшей работы. Правда, не сказала, какой именно.

В этот момент, пока она говорила, её карие глаза, обычно такие тёплые, на секунду потеряли свой свет. Зрачки расширились так, что казались абсолютно чёрными, и вся её миловидная хрупкость исчезла, сменившись мгновенной, холодной пустотой.

Она выглядела как красивая, но бездушная кукла.

Я невольно вздрогнула. Что это было?

Дивона тут же моргнула, и тепло вернулось в её взгляд.

— Ой! Я, что-то я заболталась. Извините, леди Торлак, я болтаю глупости. Просто очень волнуюсь за генерала.

— Да, возможно, это усталость, — медленно ответила я, но настороженность вновь засела в моём сознании.

«Её магия странная. Её поведение… ещё страннее. Этот блеск фанатика, эта пустота… Главная героиня в книге не была сумасшедшей. Или я чего-то не знаю?»

Видимо, рано я расслабилась. Слишком рано. С ней определённо что-то не так. Вот только, как проверить это наверняка?

С «проверкой» Дивоны проблемы начались сразу же. Почему? Да потому, что вокруг этой девушки постоянно кто-то крутился! Даже Хартор не отходил от нее ни на шаг.

Доходило даже до абсурда.

Однажды Дивона где-то поранила палец, и вместо того, чтобы залечить его самой или обратиться ко мне или Мари, она… пошла к Хартору! Даже не к генералу, а именно к его младшему сыну. Ну или он её где-то перехватил, тут уж подробностей не знаю.

Ранним утром я подходила к лазарету и увидела вот эту интересную сцену: Дивона сидела на скамейке возле шатра, а мрачный, словно грозовая туча, Хартор накладывал ей мазь на пораненный палец.

Я даже с шага сбилась от открывшегося зрелища.

— Вы должны быть аккуратнее, Дивона, — сказал Хартор почти нежно и задержал её ладошку в своих руках чуть дольше положенного.

— Я постараюсь, — улыбнулась она и опустила взгляд. Удивительно, но парень буквально растаял от её кокетства!

Нет, конечно, я не была против, чтобы молодой дракон ухаживал за ней. В теории это было даже более… правильно, что ли, чем потенциальный союз между этой молодкой и генералом, который старше её минимум в три раза. Особенно, если учесть продолжительность жизни драконов.

Кстати, как бы узнать, сколько ему лет?

Но всё же поведение девушки настораживало, а поведение драконов и солдат вокруг неё настораживало ещё сильнее. И прежде, чем закрывать глаза на ухаживания по отношению к Дивоне, нужно узнать, что в ней не так.

Вот только как это сделать?

Было странным ещё и то, что Ивар тоже тянулся к этой девушке, но в отличие от остальных подходить не спешил. Всегда держался на расстоянии. Любовался, злился, если рядом с ней кто-то крутился, но сам не делал попыток сблизиться.

Почему? Что-то знал или просто боялся быть отвергнутым?

Этого я не знала, к сожалению. И спросить было не у кого.

На меня он показательно не смотрел, но радовало то, что распускать грязные слухи перестал. Однако до сближения матери и сына было так же далеко, как до конца сюжета книги, в которую я попала.

Несколько дней я думала, что делать и как проверить главную героиню на вшивость. В итоге решила начать с проверки… генерала. Если он действительно очарован (или околдован) Дивоной, то, по идее, преспокойно сможет отпустить меня на все четыре стороны. У него ведь уже есть моя замена.

Поэтому в один из вечеров, когда Дивона, сияющая после дня, полного комплиментов, ушла в свой шатёр, я решилась на задуманную проверку. Я нашла Кассиана в его штабном шатре; он сидел над картами, освещёнными одной тусклой лампой. В гордом одиночестве.

К моему удивлению, никакой охраны рядом не было, и я смогла спокойно проникнуть внутрь и даже понаблюдать за ним некоторое время, приоткрыв полог. Я даже засмотрелась.

Кассиан сидел хмурый и сосредоточенный. Между чёрными бровями залегла глубокая складка, которую так и хотелось разгладить. С пальцев слетала магия, впечатываясь в контуры карт, а следом он что-то вычёркивал на одной из карт черным пером.

Какое-то время генерал действительно не замечал меня, был полностью погружён в работу, пока…

— Вы ещё долго будете топтаться возле входа, леди Торлак? — спросил он, не поднимая глаз. Затем отложил карту, облокотился о спинку своего кресла и поднял на меня глаза.

От неожиданности я вздрогнула, выругалась про себя и всё же вошла.

Никак не ожидала, что меня застукают за подглядыванием как какую-нибудь нимфетку.

— Генерал, уделите мне минуту, пожалуйста, — спросила я спокойно, хотя внутри всё трепетало от нервов и волнения. И не только из-за того, что меня обнаружили раньше времени.

Я ведь не продумала варианты, в какую сторону может свернуть разговор. А вдруг… Кассиан действительно даст мне вольную? Куда я тогда поеду? Что буду делать без лицензии? Я ведь так и не написала Эдуарду, не узнала, как у него дела, не спросила о лицензии, которую он мне обещал.

Да и как оставлю его одного, фактически наедине с этой… Дивоной?

— Я вас внимательно слушаю.

Ну что ж, была не была.

— Я бы хотела поговорить с вами о прибывших лекарях, — проговорила я, гордо подняв голову. — Как вы и просили, я подготовила Дивону, обучила её всему, что знала сама. Её магия чиста и эффективна для поддержания сил всего отряда. Она справится с рядовыми ранениями. Насчёт Тьмы… думаю, тоже проблем не возникнет. И, в связи с этим, я прошу у вас разрешения уехать. Моя