Верность Джиннии - Шахразада

— Похоже, ночка будет веселой, — ухмыльнулся Ферра.

— Неужели в этот раз драка пройдет без меня? — пожаловался Кром.

«Стражи», хорошо знающие цену словам Крома, дружно рассмеялись. Даже Влад коротко усмехнулся, но тут же стал серьезным.

— А вот тебе, Кром, нужно будет мгновенно свернуть лагерь и ждать у ворот с полудюжиной людей и лошадью для Аякса. К этому времени Мейт и Марджана уже успеют пробраться к Кариме. Кроме того, тебе придется прикрывать их отход и при необходимости вести ответный огонь.

— С большим удовольствием! — Кром ухмыльнулся, предчувствуя хорошую драку.

— Не рискуй понапрасну, — предостерегающе повторил Влад. — Мэтр Гуайомэр не желает, чтобы мы убили Кемала или кого-то из его людей. Поэтому стрелять будем, только если не останется иного выхода.

— Разумеется.

— Вы направитесь к полуночному перевалу, — продолжал Влад. — Я буду ждать на другой стороне со свежими лошадьми. Если вас будут преследовать, я взорву пороховой заряд, достаточно большой, чтобы вызвать оползень и закрыть проход через горы.

Аякс, теперь удовлетворенный, медленно кивнул.

— Вопросы? — осведомился Мехмет. — Мы чего-то не учли? Забыли?

Воцарилось молчание: вероятно, «стражи» взвешивали преимущества и недостатки плана. Почувствовав взгляд, Марджана подняла глаза от карты. Мехмет был сосредоточен и хмур. Девушка пыталась понять, чем он недоволен, но синие глаза казались темными бездонными озерами. И все же она чувствовала, нет, отлично знала, что его что-то беспокоит.

…Гром взрыва… конский вопль… нестерпимая боль… нет сил подняться…

Скачущая впереди Марджана разворачивает коня… возвращается к нему…

Протягивает руку… оглушительный треск выстрела… ее лицо… кровь…

Марджана опускается на колени…

Аллах великий, нет… пожалуйста… только не это…

Мехмет, задыхаясь, вскочил и открыл глаза. Сердце, казалось, вот-вот выскочит из груди. Он ошеломленно огляделся, до сих пор не оправившись от ножевого удара паники.

В темном шатре было тихо, если не считать спокойного дыхания спящих «стражей». И никаких следов Марджаны… Да, она спит в женском шатре.

Он лег на спину, все еще дрожа от пережитого ужаса. На этот раз видение было другим: не Анвар, а Марджана вернулась, чтобы спасти его. Вернулась и была убита у него на глазах.

Он видел, как она умирает. Что она пожертвовала жизнью ради него. Только не это…

Они свернули лагерь на рассвете следующего дня, чтобы хоть часть пути одолеть в прохладе, но всего через несколько часов беспощадное солнце обрушилось на них. К полудню перед ними распростерлось бесконечное море желтовато-серого песка, накалившегося под жарким выцветшим небом.

Марджана знала, что это всего лишь преддверие Черных Песков и лето давно кончилось, но палящая жара была почти невыносимой. Бесплодная местность, кое-где поросшая горькими солянками, казалась безжалостной и безжизненной. Марджана вновь дремала в седле. Но тут лошадь под ней едва не наступила на полузарывшуюся в песок змею. Напутанная кобыла с пронзительным ржанием взвилась на дыбы и в панике дернулась в сторону, сбросив всадницу. Девушка с размаху упала на спину и на мгновение лишилась чувств.

Змея была небольшой, но свернулась совсем рядом с лицом девушки, глядя на нее блестящими черными пуговицами глаз и явно готовясь напасть. Марджана от страха потеряла способность двигаться. Даже топот копыт доносился словно с другого края мира. Земля под ней вздрогнула, рядом с головой мелькнули копыта, сильные руки схватили ее, оторвали от земли и бросили поперек седла. Ошеломленная ударом, она во второй раз едва не задохнулась.

Тяжело дыша, она попыталась высвободиться, но узнала спасителя по стальным объятиям. Мехмет. Изнемогая от облегчения и благодарности, она прислонилась к его груди. Он держал ее крепко, молча унося от опасности. Змея, извиваясь, заструилась прочь.

Подъехавшие «стражи» ждали объяснений.

— Все хорошо, — заверила Марджана, не привыкшая к подобному вниманию и потому изнемогавшая от смущения. — Просто лошадь испугалась змеи.

Кром, несколько успокоившись, обернулся к Мехмету:

— Так вот каким маневрам учат в кавалерии!

— Это мастерство, — заметил Аякс с восхищением.

Влад кивнул:

— Даже чистокровный бербер не смог бы сделать лучше.

Мехмет, не говоря ни слова, усадил девушку на ее пугливую кобылку, а сам, продолжая мрачно хмуриться, отъехал прочь. Остальные удивленно смотрели ему вслед. Только к вечеру у Марджаны появилась возможность поговорить с ним.

Караван уже в сумерках добрался до Мерез — желанного приюта для усталых путников. Прохладная зеленая роща из перистых финиковых пальм возвышалась над зарослями олеандров и тамариндов, отбрасывая благословенную тень и давая прохладу и покой.

Проводники раскинули лагерь на краю оазиса, а «стражи» тем временем пополнили драгоценный запас воды. Сегодня ужин был более изысканным — к кускусу прибавилась жареная баранина. Как и в прошлую ночь, «стражи» ужинали все вместе, в том же шатре. Только на этот раз люди в основном молчали, мысленно готовясь к завтрашнему утру. Ждали, когда начнется то, ради чего они и ступили на африканскую землю.

После ужина все разошлись по своим палаткам. Марджана подошла к Мехмету и попросила уделить ей несколько минут для разговора наедине.

Он кивнул и показал глазами на группу пальм чуть в стороне. Несколькими минутами позже девушка последовала за ним. Методично размахиваясь, он все метал и метал нож в ни в чем не повинный ствол пальмы.

Должно быть, он услышал ее шаги — резко, даже суетливо опустил руку и спрятал нож в карман. Когда она встала рядом, он уже пристально смотрел на призрачно-белые пески пустыни. Ночь была ясной, лунной и очень холодной.

Мехмет первым прервал молчание:

— Что ты хотела мне сказать?

Марджана встревоженно взглянула на него — меньше всего она готова была к подобному тону.

— Просто хотела поблагодарить за то, что спас меня сегодня.

— Прекрасно. Я принимаю твою благодарность.

— Мехмет, в чем дело?

Она положила руку ему на плечо, но он дернулся, как от удара, и, отступив, повернулся к ней спиной.

— Я чем-то оскорбила тебя? — растерялась Марджана.

— Н-нет, — едва слышно выдавил он, и это короткое слово прозвучало хуже самого крепкого ругательства.

— Но что случилось?

— Я пытаюсь смириться с твоим участием… С величайшим трудом…

— Но почему?

Мехмет судорожно сжал кулаки.

— Прошлой ночью у меня снова был кошмар… но на этот раз… вместо Анвара погибла ты.