Небеса подождут - Тейлор Келли

— Брайан, тс-с-с, — прошипела я, сердито зыркнув на своего спутника. — Я думаю.

Как я могла избавиться от дружка и подружки Троя? Ну, допустим, девчонку я могла бы на какое-то время заманить в женский туалет по какому-нибудь интимному дамскому делу — попросить гигиенический тампон, скажем, да? Но остается приятель Троя. Как быть с ним? Непонятно. Завопить «пожар»? Тогда из ресторана убегут все, включая Троя. Не годится.

Я посматривала на соседний столик, в отчаянии подыскивая идею. Все трое подростков взяли себе по стакану кока-колы, а еды у них не было. Что еще? Все они вертели в руках мобильники. У друзей Троя телефоны были одной модели, а у Троя — другой. Тут меня озарило. Идея была, пожалуй, глупая, но сработать могла.

— Брайан, — проговорила я громко, но не то чтобы прокричала, — сколько людей ты уже подписал на акцию «Бесплатный бигмак от „Сони-Эрикссон“»?

Брайан озадаченно уставился на меня, а вот трое подростков за соседним столиком явно заинтересовались. Они примолкли и навострили ушки, при этом пытаясь сделать вид, что им совсем неинтересно.

— У меня уже сто, — поспешно сообщила я, пока Брайан не успел сказать ни слова. — А у тебя только девяносто восемь, да? Если еще двоих не впишешь, потеряешь работу. Как пить дать, потеряешь. Думаешь, все детишки прямо-таки готовы кинуться на халявный бигмак? Ты пальчиками щелкнешь, и они сбегутся, ты так думаешь, да?

Брайан по-прежнему непонимающе глазел на меня, раскрыв рот. Приятель Троя легонько пнул под столом девочку. Я приклеила к губам самую обаятельную улыбку, на какую только была способна, и повернула к ним голову.

— У вас-то небось ни у кого нет мобильника «Сони-Эрикссон»? Мой друг завтра лишится работы, если не раздаст еще два бесплатных бигмака.

— У меня «Сонька», — объявил приятель Троя, подсунув мне под нос свой мобильник. — И чего надо сделать? Как мне получить бесплатный бигмак?

— И у меня, и у меня! — защебетала девочка, подвинув ко мне свой розовый телефон.

— Делать ничего не надо, — улыбаясь от уха до уха, сказала я. — Просто у нас тут, на Тутинг-Бродвее акция, и вы только что спасли Брайана. Правда, Брайан?

Брайан стиснул зубы и улыбнулся — если это можно было назвать улыбкой.

— Ну да, да, Люси, — пробормотал он, когда я хорошенько пнула его под столиком. — Еще как спасли.

— Ну, тогда вынимай бумажник и купи этим ребяткам по бигмаку.

— А можно мне фишбургер? — спросила девочка, похлопав себя по несуществующему животику. — А то еще растолстею, прально?

— Выбирайте что хотите, — сказала я. — Это позволяется условиями акции. Идите с Брайаном и выбирайте.

— Люси… — пролепетал Брайан.

Не переставая улыбаться, я сказала ему:

— Купи этим молодым людям, которые так тебе помогли, то, что они скажут.

— Хорошо, — вздохнул Брайан, отклеился от стула и поднялся. — Купить им еду. Хорошо.

Как только Брайан и его новые лучшие друзья поспешили к стойке, я перевела взгляд на Троя. Он с видом отверженного вертел в руках свой мобильник.

— Мне ужасно жалко, — сказала я, взяв со стола журнал Railway Enthusiast. — У тебя грандиозная мобила, но не нашей фирмы.

— Да ладно, — пожал плечами Трой. — Все равно мне никогда ничего на халяву не достается.

Я перевернула страницу и восторженно охнула, увидев фотографию локомотива.

— Че там такого-то? — спросил Трой, всеми силами стараясь делать вид, что ему совсем неинтересно.

— А? — проговорила я, не глядя на него. — Да нет, ничего такого. Это просто японский поезд «Синкансен». Его еще «пулей» называют.

— Предельная скорость — сто восемьдесят шесть миль в час.

Я пробежалась глазами по странице, чтобы проверить, прав ли Трой. Оказалось, прав.

— А ты увлекаешься железными дорогами и поездами, да? — небрежно спросила я.

— Не-а. — Трой натянул на голову капюшон и поставил локти на стол. — Ни фига не увлекаюсь. Хренотень это все.

Проклятье. Чтобы выполнить задание, Брайану было нужно добиться, чтобы Трой признался в своей страсти к поездам. Пока все выглядело погано.

— Почему хренотень? — Я, старательно разыгрывая равнодушие, перевернула еще одну страничку.

— Это для уродов. Вроде вашего дружка.

Брайан подергивал усы и смотрел в одну точку, пока друзья Троя указывали на висевшее над стойкой меню и перешептывались.

— Точно подмечено, — кивнула я. — Но знаешь, может, Брайан немного странный, но это вовсе не значит, что мы все такие.

Трой вздернул брови.

— А вам, че, тоже поезда, что ли, нравятся?

— Ты что, еще как! — Я взяла стакан с диетической колой и задумчиво глотнула. — Брайан мне столько всякого рассказал про железные дороги. В поездах он просто гений.

Трой перевел взгляд с меня на Брайана и обратно.

— Так это… это… ваш муж?

Диетическая кола вспенилась у меня в носу и забрызгала драгоценный журнал Брайана.

— Сосед, — выговорила я, протирая намокшую страницу не самой чистой салфеткой. — Мы друзья.

Брайан открыл бумажник. Времени у меня осталось немного.

— А твои друзья поездами увлекаются? — спросила я у Троя.

— Не-а. — Он опустил глаза и принялся перебрасывать мобильник из руки в руку. — Они над этим ржут, врубаетесь?

Какие бы правильные слова сейчас сказать? Я не знала.

— Врубаюсь, — осторожно проговорила я и мудро кивнула.

— Чего? — пробормотал Трой, глядя на меня из-под капюшона, как на ненормальную.

Я покраснела и, обернувшись, посмотрела в сторону стойки. Брайан и его новые друзья должны были через несколько секунд вернуться. Надо было спешить.

— Слушай, — сказала я, наклонившись к Трою, — мы с Брайаном зависаем на Паддингтонском вокзале, на мосту. Знаешь, где это?

Трой кивнул.

— Мы там часто зависаем, так что, если хочешь прийти и позависать с нами, или просто поболтать про поезда, или послушать, что Брайан рассказывает, приходи, короче.

— Даже не знаю, честно. Ваще-то я жуть как занят.

— А есть день, когда ты не так уж занят? — спросила я, скрестив пальцы под столиком.

Трой пожал плечами.

— Ну, может, в понедельник вечерком.

— Ладно, приглашение в силе, — сказала я, одарив Троя самой дружеской улыбкой. — Приходи, будет клево.

— Ладно, только вот…

— Это че за дела? — вмешался друг Троя, обойдя вокруг столика и сев. — Наводишь шпалы к старушке?

Что? Какая грубость. С каких это пор я стала…