Отражение в мутной воде - Елена Арсеньева

Она кивнула.

– Убиться веником! – пробормотал он. – Бывают же имена… Зачто тебя так?

Какое совпадение: этот же самый вопрос она всю жизньзадавала маме.

Черноволосый окинул ее странным взглядом, но ничего несказал. Может быть, он знал о «Витязе в тигровой шкуре» и о царевне Тинатин?Нет, вряд ли. Кто в наше время читает Руставели!

Они вошли в магазин, и у Тины в руках оказалась немалаяпачка сотенных.

– «Все для дам» – вон там, слева, – сказал черноволосый. –Пожалуйста, оденься сверху донизу как можно презентабельнее. На цену не смотри.И возьми кое-что про запас: джинсы, плащ, свитер, кроссовки. Понимаешь? Длябыстрой ходьбы. Ну и халат, и все такое ночное. Косметичку, туалетныепринадлежности.

Тина, ничему не удивляясь, покорно кивнула и отправилась вдамский отдел.

Забавно… А если сейчас шмыгнуть с этой пачечкой – в нейтысяч пять, не меньше! – еще более налево?

Нет, никуда Тина не шмыгнет. И не только потому, что уединственной двери со скучающим видом приклеился красавчик Олег.Просто-напросто деваться ей некуда! Не к маме же под крылышко. Там-то ее черезчас и начнут искать в первую очередь.

Нет, свободное плавание исключается. Не лучше ли поступитьтак, как советуют усталым пловцам: дрейфовать по воле волн, пока невосстановятся силы. Однако насчет воли волн… не попала ли она в сущийводоворот, судя по стремительности разворота событий?

Но что поделаешь, придется покориться воле водоворота.

Сначала, при взгляде на цены, Тину слегка замутило. Да этоже бутик для «новых русских»! Хотя вещи действительно великолепные… И деньги неее, в конце концов! И велено же не стесняться.

Отбросив комплексы, она принялась истово выполнять приказ, икогда с горой пакетов остановилась у кассы, то всерьез испугалась, что пачечкиможет не хватить.

– Добавить? – послышался знакомый голос, и Тина увиделавеселую улыбку разжалованного «капитана».

Рядом с ним стоял какой-то денди в светло-сером льняномкостюме и зеленоватой майке под пиджаком. Черные волосы были гладко зачесаны солба и связаны в хвост. В левом ухе поблескивала серьга.

Тина растерянно уставилась в холодные серо-голубые глаза.Что-то знакомое было в этом лице…

Усы, эта тонкая полоска усов!

Да ведь это тот черноволосый парень с «Метеора»!

«Капитан» с явным удовольствием хохотнул:

– Гоша, тебя не узнали, как я понял?

«Гоша. Игорь? Георгий?..»

– Девочки, можно, барышня у вас переоденется? – сослепительной улыбкой спросил Олег. – А то у нас времени в обрез, набрезентацию опаздываем.

Продавщица в этой жизни всего навидалась. Не удивилась,когда ее назвали «девочками», не испугалась неведомой «брезентации». Пригласилапройти в примерочную.

Тина задернула за собой шторку и посмотрелась в зеркало. Итут в нее вселился бесенок, губы прыгали в усмешке, пока она натягивалароскошное белье, топик, костюм, босоножки, пока распихивала все остальное вкрасивую кожаную сумку и наполняла косметикой вышитый ридикюль на цепочке.

Причесалась, чуть подкрасилась и – вышла.

– Да, – сказал с запинкой «капитан». – Это называется – двасапога пара.

На Тине был светло-серый льняной костюм и бледно-зеленыйтопик.

Черноволосый Гоша молча подал Тине коробочку.

Серьги, бог ты мой!.. Оправленные в тяжелое золото халцедонысмутного зеленовато-серого оттенка безупречно подходят к ее костюму. Как он могугадать?..

– Пошли, что ли? – уныло буркнул Олег, пытаясь разгладитьладонями свою измятую футболку. – Надо поскорее вас сплавить, а то рядом стакой парой я чувствую себя чужим на празднике жизни!

Выйдя на крыльцо, Тина удивилась: побитого «Патрола» и впомине не было. На обочине маялся ожиданием хозяев «Ауди» цвета переспелойсливы. Странно, но «капитан» уверенно сел за руль этого шикарного авто, Тина ичерноволосый разместились на заднем сиденье.

– Меня зовут Георгий Кайсаров, – вдруг сказал он,покосившись на Тину. – Твоя фамилия Донцова, да? Тина Николаевна? Олег, тызапомнил?

– Вовек не забуду, – буркнул тот, не оборачиваясь. – Темболее что у вас отчества одинаковые. А кстати, как это называется? Еслисовпадают имена – тезки, если фамилии – однофамильцы. А отчества?..

Тина и Георгий быстро переглянулись, пожали плечами, сказалихором:

– Не знаю…

– Отчества совпадают, костюмы – тоже, говорите хором… –задумчиво проронил Олег с неприкрытым ехидством. – Да, кстати! Паспорт на имяСветланы Болотовой считаю неразумным хранить и дальше. Вас будут искать преждевсего по этим данным. Не против, если я его ликвидирую?

– Это мой единственный документ, – пролепетала Тина.

– Скоро другой будет, какие проблемы? – пожал плечами«капитан». – А пока поживете вот под этим! – Он через плечо передал Георгиюпачку, в которой были причудливо перемешаны доллары и рубли: – Держи. Местныйшик! У нас все так делают.

Георгий сунул пачку в карман.

Тина посмотрела в окно. Мимо пролетала улица Серышева.Только что миновали поворот на Запарина – там пятьдесят седьмая школа, вкоторой училась Тина. Чуть ниже, на Амурском бульваре, – ее родной дом…

Куда она едет? Нет, точнее – куда ее везут? Не в смысле –сейчас: судя по чемоданам, на вокзал или в аэропорт, – а вообще? И кто везет? Изачем?

А не все ли равно?

Главное, что она избавилась от тех …

Прежнее отозвалось такой сердечной мукой, что Тина едвасдержала стон. Георгий, очевидно, что-то почувствовав, покосился на спутницу,но ничего не сказал, только чуть наклонился вперед и положил руку на плечоОлега:

– Не гони так. Совсем ни к чему, чтобы нас тормознули из-затвоего лихачества.

Тот послушно сбавил скорость и свернул на Дикопольцева, апотом к вокзалу.

Вот площадь, вот памятник Ерофею Хабарову, вот плоско-сераякоробка здания вокзала. А какая пряничная красота была здесь когда-то! Зачембыло сносить?