Свадебный огонь - Элизабет Чедвик

— Неужели ты собираешься продавать своих работников этому негодяю?

Когда Элоиза опять ничего не ответила, Алекс вдруг спросил:

— Никто до сих пор не сказал мне, что же случилось с Джином Филиппом. Он что, тоже вскрыл себе вены?

— Миссис Элоиза не хотела бы говорить…

— Каттер, я — совладелец этой плантации, — оборвал его Алекс. — И в мое отсутствие здесь распоряжались моими деньгами, причем без моего согласия. И я имею право знать, что здесь произошло.

— Он был убит на дуэли.

— Из-за женщины или из-за долгов?

Кассандре стало немного жаль Элоизу. Это был уж очень жесткий вопрос. Наверное, поэтому все молчали.

— Кто же убил его?

— Джефферсон Поллард, — пробормотала Элоиза.

— Этот человек убил твоего мужа, а ты согласилась продать ему Сару?

— Я не собиралась от нее избавляться, но Джин Филипп проиграл ее в карты и отказался платить.

— Значит, дуэль была связана с Сарой? Поллард, очевидно, был вне себя, что не получил ее?

Элоиза пожала плечами.

— Он и сам умер через короткое время.

— Неплохое завершение истории, — тихо отреагировал Алекс.

— Знаете, два последних года Домьер вообще отошел от дел, — вмешался опять Каттер.

— Зато вы здесь хорошо распорядились, отгрохав эту махину. Меня интересует, тратили ли вы мои деньги? За моими интересами здесь должен был следить Колби Робинсон.

— По соглашению, Алекс, твоя половина доходов должна быть вложена снова в Дьявольский Лес, — сестра отложила в сторону вилку. — А этот дом является частью нашего имения.

Алекс буквально вскипел от такого заявления.

— Ты знала, Элоиза, что я всегда был против расточительства. Я вижу, ты недалеко ушла от поступков твоего мужа.

— В конце концов, я имею право на достойную жизнь! — закричала Элоиза. — Где ты был, когда я здесь одна мучилась, а дети умирали?

— Никто не утверждает, что тебе было легко, но ведь ты знала, что выходишь замуж за негодяя.

Напряжение в комнате нарастало.

— Каттер, почему никто не убирает хлопок?

Каттер покраснел и отложил вилку.

— Рабочие сейчас заняты другим, — отрезала Элоиза.

— Что может быть важнее сбора урожая? — удивился Алекс. — А если пойдут дожди и хлопок останется на полях?

— Площадь вокруг дома нуждается в планировке. И делать это нужно немедленно, — громко ответила Элоиза.

— Завтра мы начнем сбор хлопка! — объявил Алекс.

— Не посмеешь.

— Если ты будешь мне мешать, Элоиза, я подам на тебя в суд за растрату совместных средств. После такого процесса вход в высшее общество для тебя будет закрыт навсегда.

Элоиза побледнела.

— Мне предстоит принять важного гостя.

— Интересно, какой дурак наносит визиты во время сбора урожая?

— Хорейс Вейверли, — объявила Элоиза, словно это был сам президент Соединенных Штатов.

— Это английский писатель, — пояснила тихо Кассандра, увидев недоумение на лице Алекса.

— Даже если это будет сам Сэм Хьюстон, — отрезал Алекс, — завтра мы начинаем сбор хлопка. Нам еще предстоит упаковать урожай и переправить его по реке. О чем ты только думал, Каттер?

— Решения принимаю я, — вмешалась Элоиза, — а не мистер Каттер. У меня будет сад лучше, чем у Эмили Перри.

— Ты зря стараешься, перечисляя здесь всяких местных знаменитостей, Элоиза.

— Но она сестра Стефена Остина. Ты что, не знаешь Стефена Остина? — обратилась она к Кассандре. А откуда ты сама?

— Кембридж, Массачусетс, — ответила Кассандра.

— Ее отец был профессором в Гарвардском колледже.

— Профессором? — на лице у Элоизы было написано, что она ни в грош не ставит такое занятие. — А что, ты тоже был на севере, Алекс? Неужели там была война, о которой я не слышала?

Алекс вкратце описал ей, как попала сюда Кассандра.

— Какой ужас!

Элоиза уставилась на Кассандру, словно увидела перед собой экспонат в медицинском музее.

Через несколько минут, взяв Кассандру за руку, Алекс повел ее в их роскошную спальню. Первое знакомство с новой родственницей завершилось.

Огромная кровать с балдахином стояла на таких высоких ножках, что туда нужно было забираться по лесенке из трех ступенек.

— Алекс, может, не надо с сестрой так жестоко. Ведь у нее действительно была тяжелая жизнь. И она потеряла мужа, детей.

Алекс вздохнул.

— У тебя слишком доброе сердце, Кассандра. Отец не раз предупреждал ее, что она выходит замуж за мерзавца. Но Элоиза никого не хотела слушать. И всегда то, что она делала и делает — это безумство. Сейчас необходимо расширять площади, а не строить дворцы. В Техасе ты или расширяешься, или теряешь то, что имеешь. Только женщина могла придумать что-то другое.

Кассандра разозлилась и отвернулась в сторону. Вместо того чтобы запротестовать, Алекс проворчал что-то себе под нос и вскоре заснул, чем разозлил ее еще больше.

Она долго лежала на спине и рассматривала драпировку. Бенджамин теперь находился в детской, под присмотром няни. Без него ей тоже было как-то неуютно.

Ей показалось, что здесь какое-то дурное место, из которого всем троим надо побыстрее выбраться. Но пока это было нереально. Алекс вынужден был сейчас здесь оставаться, и прежде всего ради нее и сына.