Дерзкая. Тайный поцелуй - Екатерина Васина

Я только приподнимаюсь на цыпочки, чтобы поцеловаться, как боковым взглядом что-то привлекает внимание. Что-то явно тут лишнее.

— Баблс! Баблс! — в наш уютный личный мирок врывается громкий женский голос. Впрочем, на него сложно не обратить внимание.

— Ого… — вдруг присвистывает Дейв. — Ничего так себе Баблс.

Я тоже вижу, кто затеял переполох. Прямо на нас бежит бело-рыжий Кот. Именно с большой буквы. Ибо он огромен и брутален. Такие коты обычно герои среди своего племени. Не толстый, а именно мощный. Кошачий качок.

Этот Баблс бежит не слишком быстро из-за ноши. В зубах у него болтается пестрый котенок. Индифферентно так болтается, точно привык к подобным перемещениям. Я машинально прикидываю, что ему месяца два, не больше.

А за этой парочкой бежит женщина. Такая стройная блондинка средних лет, явно следящая за собой.

— Баблс стой! Верни его на место!

Мы с Дейвом переглядываемся и точно понимаем друг друга без слов. Пара шагов, и точно заключаем кота в небольшой круг. Он пытается проскользнуть, но Дейв быстрее. Еще бы, он хорьков в кабинете на лету перехватывает, а тут кот. Пусть и крупный. А я нажимаю внизу челюсти Баблса и перехватываю котенка.

— Спасибо! — выдыхает блондинка, добегая до нас. — Баблс, все, это была последняя капля моего терпения! Тебе нужен психотерапевт!

Я от неожиданности фыркаю, в то время как Дейв с самым серьезным видом кивает. А потом спрашивает:

— Нападает на котят?

— Хуже! — стонет блондинка. Она перехватывает Баблса, прижимает к себе. Кот сидит у нее на руках с видом, точно не он сейчас бодро рысил вдоль кромки океана.

— Хуже? — удивляется Дейв. — Что может быть хуже?

— Он — клептоман.

— Простите? — вопрос вырывается сам собой.

Нет, я понимаю обвинения в котикоедстве, увы, но коты порой могут сожрать котят. Но клептоман.

А у блондинки, видимо, и правда лопнуло терпение, раз она делится переживаниями с первым встречным.

— Он все тащит! — жалуется она. — Ох, впрочем, извините…

— Я ветеринар. — перебивает ее Дейв. — И моя девушка тоже. Вот визитка, позвоните в этот госпиталь, у нас отличный психотерапевт для животных.

Он протягивает женщине визитку из плотной бледно-коричневой бумаги. И та вертит ее, потом вдруг облегченно вздыхает.

— Ой, а я как раз к вам хотела отправиться, очень хорошие отзывы. Я — Анни.

Вот так и знакомимся.

— А это, я так понимаю, клептоман Баблс? — шучу я.

Кот на руках Анни щурится, в то время как котенок у меня пищит.

— Он в соседнем доме живет. — спохватывается Анни. — Вообще, там проживает моя подруга с семьей. У них кошка окотилась, пятеро котят. Но Баблс почему-то уже третий раз утаскивает именно этого.

— К океану? — удивляется Дейв.

Да, странно как-то. Впрочем, кот-клептоман тоже не каждый день встречается.

— Ну первые два дня он их таскал домой, а тут решил спрятать похоже. Как хорошо, что я как раз на пробежку вышла. Как он из дома убегает, не пойму.

— Кот больших талантов. — вмешиваюсь я опять. — Думаю вам точно стоит побывать в нашем госпитале и пообщаться со специалистами.

В итоге, под рассказы о том как Баблс таскает все, начиная от губок и заканчивая котятами, передаем кошачьих Анни и удаляемся дальше. Слышно только за спиной: "Баблс, не вертись".

— Адри, — говорит Дейв так задумчиво. — Ты — удивительная женщина.

— Правда?

— Я больше ни с кем не встречал кота-клептомана.

— А такое правда бывает?

— Ну… я не специалист. Но допускаю подобные вещи. Шизофрения у котов и собак есть, уже ставили в нашей клинике.

Я могу только головой качать. Даже боюсь представить как шизу у животных определяют. Я в те дебри не лезла и не лезу.

Это забавное происшествие заставляет и нас вспоминать смешные случаи из практики. У Дейва она побогаче будет. Я то работала в крохотной частной клинике, в основном по простым случаям. А он в крупном госпитале, туда кого только не приносят.

— Серьезно? — я понимаю, что у меня глаза круглые. — Ты оперировал удава?

— Он полотенце сожрал. — кивает Дейв. — Вместе с кроликом. К хозяйке тогда был один вопрос: какого хера она держит удава и кролика в одном доме? Террариум и клетка это не объяснение и не оправдание. В итоге операция длилась час, земноводное восстанавливалось две недели.

— А…

— А кроликов она вроде больше не держит.

— Мама. — только и могу ответить на это.

Вокруг уже сумерки, океан почти не видно. Но его отлично слышно. Я уже привыкла в мерному шуму, он успокаивает, точно настраивает внутри невидимые струны. Мы просто бродим по песчаной полосе, иногда сидим на бревнах. И говорим. Точно никак не можем наговориться. Пока в один момент, когда я сижу на коленях Дейва, мне не заявляют.

— Поехали?

Мне тут тепло и хорошо, несмотря на свежий ветерок со стороны океана. На плечах куртка Дейва, под попой его колени, а вокруг талии — сильные мужские руки. Безопасно и безумно приятно.

— Куда? — ною, а сама чуть ерзаю и чувствую как Дейв чуть напрягается.

— Издеваешься?

— Я просто усаживаюсь поудобнее.

От моих коварных манипуляция взгляд Дейва точно становится еще темнее. И в нем загорается опасная искра.

— Секс на пляже не лучшая идея. — выдыхает он мне в губы.

— Думаешь, будут советы давать?

— Скорее арестуют.

— На такое я не готова пойти. — сообщаю Дейву.

Мы продолжаем сидеть, обнявшись. Океан дышит, точно гигантское животное. Где-то в одном из домой спит клептоман Баблс. Которого ждет поход к психотерапевту.

— Поехали? — шепчет Дейв.

Я киваю. Но все равно мы еще минут пятнадцать сидим и не можем двинуться с места. Так хорошо. Точно мы нашли свое особенное место.

Уходим уже когда совсем темнеет. И дорога до дома Дейва кажется бесконечно долгой. В машине я держу себя в руках, хотя мне хочется касаться моего мужчины. Хочется постоянно ощущать его рядом с собой.

В лифте целоваться не удается. С нами вместе заходит благообразная пожилая пара, с которыми Дейв весело здоровается, а я следую его примеру. Пара фраз про погоду, вопросы про внуков. И пожелание хорошей ночи.

И, наконец, квартира! Я буквально повисаю на Дейве, целую его в шею, губы, лезу руками под футболку.

— Вот это напор! — шепчет Дейв.

Мы раздеваемся как в каком-то фильме для взрослых. В спальне на мне остаются лишь джинсы, как и на нем. Но и мои скоро отлетают в сторону, когда я падаю на постель.