Отзвуки эха - Даниэла Стил

Ей очень не хотелось, чтобы их встреча закончилась. Поэтому она старалась задавать побольше вопросов.

— В Дордони. Страна лошадей. Между Перигором и Бордо, если эти названия о чем-то вам говорят.

— Никогда там не была, но, должно быть, прекрасная местность, если вы так ее любите.

— Прекрасная, — заверил Антуан. — А вы где живете?

— В Кельне.

— Я там был, — с довольным видом объявил он. — Очень люблю Баварию и прекрасно проводил время в Берлине.

— Именно там мечтает жить мой брат Хорст. В Берлине. После войны ему придется работать с отцом, в семейном банке. Бедняга ненавидит все, что связано с финансами, но выхода у него нет. Мой дед, отец, все дяди и мой брат Ульм работают в банке. Конечно, веселого тут мало, но им, похоже, такая работа по душе. Возможно, это и интересно, — оживленно тараторила Беата, и Антуан невольно улыбнулся. Эта пичужка так и бурлит новыми необычными идеями и интересом к окружающему миру. Глядя на нее, Антуан был уверен, что, поступи она в университет или на работу в банк, ей удавалось бы все на свете. Подумать только, так молода, а уже успела прочитать всю Библию!

— А чем вам нравится заниматься? — продолжал допытываться он.

— Люблю читать и учиться. Узнавать новости об открытиях в науке. Я бы хотела стать писателем, но разумеется, и этого мне не позволят.

Вряд ли мужчина, за которого она выйдет замуж, допустит такое в своем доме. Наверняка потребует, чтобы она заботилась только о нем и детях.

— Может, и станете. Когда-нибудь. Полагаю, все зависит от того, кто именно станет вашим мужем и выйдете ли вы замуж вообще. Кстати, у вас есть сестры или только братья?

— Младшая сестра, Бригитта. Ей только семнадцать. Очень любит вечеринки, танцы, наряды и не может дождаться, когда выскочит замуж. Вечно твердит, какая я скучная зануда, — лукаво улыбнулась Беата. Антуану ужасно захотелось обнять ее, хотя они даже не были представлены друг другу по всем правилам. Какое счастье, что он едва не сбил ее с ног! Неизвестно почему, но он был уверен, что Беата думает о том же.

— Мой брат тоже считает меня занудой. Но должен сказать, ваша сестра ошибается. Вы кто угодно, только не зануда. И мне так нравится разговаривать с вами.

— Мне тоже, — смущенно потупилась Беата, гадая, не пора ли ей возвращаться в отель. Они провели вместе довольно много времени, вероятно, дольше, чем следовало.

Они еще посидели и помолчали, любуясь озером, прежде чем Антуан снова обратился к ней:

— Хотите, я провожу вас в отель? Ваши родные, должно быть, уже волнуются.

— Мама повезла сестру за покупками. Вряд ли они вернутся до ужина, но вы правы, нужно идти.

Молодые люди неохотно встали. Антуан снова спросил, не болит ли у Беаты нога, и успокоился, услышав, что все в порядке. Но все же предложил ей руку, и они, весело болтая обо всем на свете, направились в отель. Вскоре выяснилось, что оба ненавидят вечеринки в целом, но любят танцевать. Антуан обрадовался, узнав, что Беата обожает лошадей и охотилась с гончими. Оба любили греблю и питали страсть к морю. Беата клялась, что в жизни не страдала от морской болезни, чему Антуан никак не хотел верить. Зато она призналась, что боится собак, потому что в детстве ее укусила собака. И оба согласились, что нет на свете страны лучше Италии, хотя Антуан заверил, что и Германия ему тоже по душе. Правда, в настоящий момент признать это было трудно.

Но и война, и тот факт, что страны, в которых они родились, стали смертельными врагами, казалось, не имели для молодых людей особого значения. Сейчас они старались получше узнать друг друга, и ничего более важного для них не существовало.

Антуану ужасно не хотелось покидать Беату, хотя сегодня вечером он собирался поужинать с родными. Он мечтал подольше побыть с ней и, когда они подошли к отелю, не спешил прощаться.

— Не хотите ли выпить чая? — предложил наконец Антуан, и глаза Беаты радостно вспыхнули.

— С удовольствием, спасибо.

Он повел ее к веранде, где подавали чай и за столиками сидели элегантные женщины, преуспевающие мужчины и влюбленные парочки: пили чай, лакомились крошечными сандвичами и тихо разговаривали на французском, английском, итальянском и немецком. Чинно, с соблюдением всех церемоний молодые люди выпили чай и наконец, не находя больше предлогов задержаться, Антуан проводил Беату в вестибюль отеля и долго стоял, глядя на нее. Такая маленькая и нежная, и в то же время, проведя с ней несколько часов, он понял, насколько она сильна духом и более чем полна решимости защищать свое мнение. У нее обо всем было свое мнение, в большинстве случаев совпадавшее с его собственным. А если и нет… что же, это только забавляло его. Он находил Беату невероятно волнующей и ослепительно прекрасной. И хотел одного: снова ее увидеть.

— Как вы полагаете, ваша матушка не будет против, если я приглашу вас завтра на ленч? — с надеждой спросил Антуан, умирая от желания и не смея коснуться ее руки. Но больше всего ему хотелось дотронуться до ее щеки. Ощутить мягкость белоснежной кожи.

— Не уверена, — честно призналась Беата. Очень трудно будет объяснить ей, как они встретились и почему провели столько времени вместе, наедине. Но пока что ничего страшного не произошло, а Антуан был неизменно вежлив и, очевидно, из хорошей семьи. У родителей нет причин возражать, если не считать того факта, что он француз, а это вряд ли может служить достойной характеристикой. Но в конце концов, это Швейцария! Это совсем не то, что познакомиться с ним дома. И если даже их страны воюют, это еще не значит, что Антуан — плохой человек. Однако Беата не была уверена, что мать с ней согласится. Скорее наоборот: не согласится ни за что, поскольку ее братья воюют и их в любой момент могут убить. Ее родители были истинными патриотами и, как Беата хорошо знала, отнюдь не славились широтой взглядов. Беата также понимала, что и женихом Антуана сочтут неподходящим, потому что он не еврей. Но пока что об этом беспокоиться рано.

— Возможно, ваши мать и сестра тоже захотят присоединиться к нам? — с надеждой спросил Антуан, не собираясь сдаваться. Война в этот момент казалась ему незначительным препятствием. Беата была слишком необыкновенной, чтобы терять ее из-за подобных пустяков.

— Я спрошу маму, — тихо пообещала Беата. На самом деле она собиралась сделать больше: бороться, как тигрица, за то, чтобы вновь увидеть его, и боялась, что именно это ей и придется сделать. Потому что, по мнению матери, у него два огромных недостатка: национальность и вера.

— Может, лучше мне самому навестить вашу матушку и спросить ее? — озабоченно предложил Антуан.

— Нет, я сама, — покачала головой Беата. Они вдруг стали союзниками в безмолвном заговоре. Оба стремились продолжить столь внезапно начавшуюся дружбу. Беате казалось, что Антуан вовсе не флиртует с ней. Но возможно, они смогут быть друзьями. О большем она не смела мечтать.

— Могу я зайти к вам вечером? — нервно спросил он, и она назвала ему номер комнаты, где жила вместе с сестрой Бригиттой.