Этот несносный Лука - Люси Гордон

— Не спеши так, дорогая.

— Я так хочу тебя. Лука, так хочу.

— Ты понимаешь, чего ты хочешь, piccina? хрипло спросил он. — Я не должен делать этого.

Нам нужно прекратить…

— Нет! Я сейчас тебя побью.

— Маленькая хулиганка, — прошептал он.

— Ты должен разрешить мне делать то, что я хочу, не так ли? — поддразнивала она.

После этих слов никакая сила на земле уже не могла бы остановить Луку. Он познавал ее тело, которое манило своей очаровательной молодостью, красотой и зовущей страстью.

Когда он проник в нее, она издала тихий стон восторга и стала двигаться в такт с ним, подгоняя его. Бекки занималась любовью с таким азартом, что Лука с восхищением отдал ей всего себя.

Они отдались друг другу так быстро и стремительно, что сразу же достигли пика. Секунду Бекки наслаждалась, вбирая в себя новые ощущения, еще через миг что-то подбросило ее навстречу звездам в прекрасном безумном восторге, а затем она с удивлением вернулась на ту же планету.

— О, как хорошо! — шептала она. — Как хорошо!

В следующее мгновение они уже любили друг друга снова. На сей раз он наслаждался ею более медленно, так медленно, как она позволяла ему.

Лука дразнил ее груди своими губами и пальцами, пока она не обхватила его ногами, требуя еще одних неземных ощущений.

Устав, они лежали, слившись в объятиях.

— Почему ты хотел прогнать меня? — шептала она. — Это было так чудесно.

— Я рад. Я бы хотел, чтобы любовь была для тебя всегда красивой и восхитительной.

— Это потрясающе, и ты потрясающий, и весь мир прекрасен, потому что ты любишь меня.

— Я не говорил, что люблю тебя, — проворчал он.

— Но ты любишь, не так ли?

— Да. — Он крепко сжал руками ее стройное обнаженное тело. — Я люблю тебя, piccina. Люблю всем сердцем и душой, всем телом…

— Я знаю. — Бекки засмеялась, пробегая пальцами по его коже.

— Не дразни меня, — застонал он. — Я сразу теряю голову.

— Мне именно это и нужно.

— Я не всегда понимаю тебя, — сказал он с досадой в голосе.

Но он не мог долго сердиться на нее. Бекки хотела, чтобы они снова занялись любовью, а юноша не стал ей отказывать.

В день возвращения отца Бекки поехала в Пизанский аэропорт, чтобы встретить его на собственном автомобиле, привезенном ей в качестве подарка на день рождения.

— Я подумал, что ты не захочешь ждать, — объяснил отец, когда она поблагодарила его.

— Ты портишь меня, папа.

— Для этого и нужны дочери, — весело ответил он. Фрэнк добился большого успеха и рассказывал об этом по пути домой. — Все получилось лучше, чем я ожидал. В Испании рабочая сила стоит намного дешевле.

Бекки слышала эти разговоры не раз, но после встречи с отчаявшимися англичанами рассказ отца звучал для нее по-другому.

— Все остались без работы? — спросила она.

— Что?

— Если ты получаешь прибыль, значит, кто-то терпит неудачу, не так ли?

— Конечно. Кто-то всегда терпит неудачу. Пассивные обыватели, они заслуживают этого, и жизнь превращает их в неудачников.

— Жизнь превращает их в неудачников или ты?

— Бекки, что с тобой? Раньше у тебя никогда не было таких мыслей.

— Ты закрыл фабрику в Англии, и несколько рабочих, уволенных тобой, приехали сюда искать тебя.

— Дьявол, что они сделали?

— Они нашли меня вместо тебя. Я гуляла одна, и внезапно появились трое мужчин.

— Они не причинили тебе вреда?

— Нет, но только потому, что мне на помощь пришел один юноша. Его зовут Лука Монтезе, он живет поблизости. Он дал им отпор, сбил с ног одного из них, и после этого они убежали.

— Я должен пойти и поблагодарить этого парня. Где это случилось?

Бекки описала место, и отец нахмурился.

— Я не знал, что кто-то арендует там мою землю.

— Он не арендатор, он владеет этой землей. Лука сказал, что ты пробовал купить его участок, но он не захотел его продать.

— Монтезе? — пробормотал отец. — Монтезе?

Карлетти, мой агент, рассказывал мне о нем, этот Монтезе хочет неприятностей.

— Он не хочет неприятностей, папа. Он только хочет жить в своем доме.

— Ерунда, он сам не знает, чего хочет. Карлетти говорит, что его дом — просто заброшенная лачуга.

— Уже нет. Лука отремонтировал его.

— Ты была там?

— Он пригласил меня зайти к нему выпить чаю после того, как спас меня. Его дом милый и уютный. Лука упорно обновлял его все время.

— Но он тратит свое время впустую. Я куплю его в конце концов.

— Я так не думаю. Он не продаст.

— Я заставлю его. Я упрямей какого-то крестьянского парня.

— Отец! — запротестовала Бекки. — Минуту назад ты собирался благодарить его за мое спасение.

Теперь ты решил угрожать ему.

— Ерунда, — сказал он с легким смехом. — Я только предложу ему выгодную сделку.

Фрэнк пришел к Луке в тот же день. Он излучал добродушие, благодарил за заботу о Бекки.

Лука говорил с ним спокойно и уверенно.

Затем гость осмотрел все вокруг.

— Карлетти сказал, что ты хочешь слишком много за эту землю, она того не стоит.

— Он сказал вам не правду, — спокойно ответил Лука. — Это земля стоит дорого, и я не собираюсь ее продавать.

— Посмотрим, я предлагаю выгодную сделку.

Поскольку ты помог моей дочери, я удвою мою последнюю цену. Это более чем справедливо.

— Синьор Солвей, мой дом не продается.

— Почему столько шума вокруг этого плохонького клочка земли? Тут нет и половины акра.

— Тогда почему это так беспокоит вас?

— Не твое дело. Я предложил тебе выгодную сделку, и я не привык тратить время впустую.

Лука медленно улыбнулся, отчего Фрэнк Солвей разозлился. Он терпеть не мог проигрывать.

Остыв наконец, он пошел прочь, не говоря ни слова, только крикнув через плечо:

— Бекки!

— Иди за ним, — мягко сказал Лука, увидев, что она не двинулась с места.

— Нет, я остаюсь с тобой.

— Так будет только хуже. Прошу тебя, иди.

Бекки уступила его тихой настойчивости, но несдержанность отца оставила горький осадок в ее душе.

Днем позже Фрэнк сказал тревожно: