История влюбленного сердца - Луис Реннисон

Рози, Эллен, Джулс и Мэбс дружно ответили: «Мы никому зла не делали».

Но Джас, превратившаяся вдруг в мудрую старушку-лесовичку, заметила: «Ну, была эта история с саранчой, и еще мы уронили скелет из кабинета биологии на голову мистеру Этвуду и…»

Честно говоря, если бы я не была подругой Бога Любви, мне следовало бы устроить с Джас стычку. Что-то она в последнее время до нелепости «рассудительная».

Явились Близняшки-бумер, все наштукатуренные. На Джеки больше макияжа, чем на каком-нибудь страшном циркаче. Знаете, как бывает: придешь в цирк, увидишь вдруг вблизи воздушного гимнаста, а он весь оранжевый.

Элисон Бумер, на удивление совсем без прыщей, лишь с единственным гигантским нарывом на шее, прокричала нам, направляясь к выходу: «До свиданья, маленькие девочки, желаю развлечься за уроками!»

Я сказала:

— Честно говоря, не понимаю, как им это сходит с рук. Они приходят, отметятся, покрутятся некоторое время, потиранят Тошнотную П. Грин, выкурят по пятьдесят сигарет в туалете и отваливают в город во время ланча, чтобы встретиться со своими сальными бойфрендами…

Дожевывая ланч, мы обменивались негодующими замечаниями по поводу близняшек.

Рози вся дрожала:

— Очень-очень мерсок сознет. Я промерзла до мозга попейры[19]!

В конце концов, в промежуток между рейдами нацистских патрулей во главе с Линдси-Занудой (которая, хоть и главная, все еще а) зануда, б) безбойфрендна), удалось прошмыгнуть в корпус естествознания.

Корпус естествознания, на нашем дежурном радиаторе.

Эллен вспомнила:

— Улетная была рыб-пати, да?

Рози сказала:

— Magnifique[20]! Правда, потом кусочки рыбных палочек попадались всюду. Свен немного увлекся.

— Да, пожалуй, — согласилась я.

Джас поинтересовалась у Эллен:

— Чем все закончилось у вас с Дейвом Смехотурой, когда вы пошли домой?

Эллен вся покраснела, как подобает скромной девочке:

— Ой, ну ты сама знаешь!

Я бы не стала продолжать расспросы, но старушка Джас продолжала вынюхивать:

— Вы с Дейвом что-нибудь делали? Эллен подвинулась на тостере для трусов

(радиаторе)и протянула:

— Ну…

Я вмешалась:

— Послушайте, если Эллен хочет иметь немного личного пространства, пусть…

Но Эллен горела желанием рассказать, оно ее прямо-таки жгло.

— Он проводил меня домой и…

Все замолкли и чуть ли не забили копытами в нетерпении. Кроме меня. Я вообще в тот момент была без копыт, так как напоминала удава. Не то что свернулась по-удавьи, а была как удав спокойна.

Все выдохнули:

— Да… И ЧТО?

— Ну, знаете, он, это, короче…

О, Боже!.. Если рассказ будет продолжаться в таком темпе, к моменту окончания мне как раз исполнится сто пятьдесят лет!

Эллен зарделась и стала накручивать на палец волосы (что очень действовало на нервы). Потом продолжила:

— Это, вообще-то, получилось клево. Мы дошли… как бы до номера три и еще чуть-чуть…

Что это за «номер три и еще чуть-чуть» по шкале поцелуев? Может быть, мне следует задать ей хорошую трепку, чтобы она заговорила по-человечески? Но нет, нет и нет! Какое мне дело! Я была холодна, как айсберг…

Когда звонок возвестил возобновление аномальной жестокости (матика), Эллен шепнула мне: «Дейв делает такую клевую вещь, вроде как покусывает губы».

Он занимался с ней погубливанием кус! Чертов змей в тесных джинсах погубливал ей кусы. Как он смел?

Эллен продолжала:

— Мы должны внести покусывание губ в шкалу поцелуев!

Джас возразила:

— Уже внесли. Шесть с четвертью.

Эллен заинтересовалась:

— Значит, и ты занималась покусыванием губ? С Томом?

Джас высокомерно заявила:

— Нет, потому что Том реально уважает меня и хочет, чтобы я была совершенством. Это Джорджия делала. И ушным целованием тоже она занималась.

Все оживились:

— Это Бог Любви делает, да? А ты от этого не глохнешь?

Merde[21]в квадрате!

Когда мы шли на матику, Эллен спросила:

— Помнишь, когда мы играли на рыб-пати в эту игру, и вы должны были поцеловаться с Дейвом… Вы поцеловались?

Я расхохоталась: «Ха-ха-ха-ха-ха!» — просто гиена в юбке! Это как будто ее удовлетворило.

Я снова в состоянии недоумения. Когда я вспоминаю, как Дейв Смехотура покусывал мне губы, у меня попа начинает пульсировать, собираясь увеличиться и покраснеть.

А теперь и у Эллен…

Он серийный погубитель кус! Мне без него лучше.

Французский

Mon Dieu[22]! В следующем семестре у нас будет школьная поездка в Бон Пари!! Мы вопили: zut alors![23]и Mon Dieu! И magni- fique!!![24], пока мадам Слэк не хватил нервоспас. Клевая новость в том, что нас собирается везти Классный Анри. Неклевая — та, что мадам Слэк и герр Камьер, трепещущий борец за немецкую нацию, тоже поедут. Но есть надежда, что герр Камьер рано или поздно непременно свалится в Сену.

Я написала Рози записку:

Сколько ты ставишь на то, чтобы запечатлеть герро Камьера, падающим в Сену? Например, снимая его на берегу, мы скажем ему: герр Камьер, отступите на шаг назад, ваши кожаные баварские штаны не помещаются в объектив!

4.20

Идем домой вместе с Джас. Я пытаюсь прятаться за ее спиной от ветра, но она увиливает. Для того кто меня любит, в ней слишком много эгоцентричности!

Я сказала:

— Спасибо семейникам, что никто не знает про случай с поцелуями!

— Какой случай?

— Я не могу тебе рассказать. Это секрет, который я унесу с собой в могилу.

Ох, черт! Что происходит с Джас (помимо того, что очевидно)?