Мелодия сердец - Хелен Брукс

Но Тревис, казалось, не замечал ее состояния. А может, он думал, что она всегда такая. Бет открыла было рот, но отчего-то не смогла произнести ни слова.

– Я не знал, какой напиток вы предпочитаете по утрам, – заговорил Тревис, кивнув на поднос. – Здесь чай и кофе. Молоко, сахар и немного печенья. Завтрак будет готов через полчаса.

– О, не стоит беспокоиться, прошу вас. Я сейчас же позвоню агенту, если вы будете так любезны, дать мне его номер, и не стану больше надоедать вам. Я и так причинила вам немало хлопот.

– Я уже связался с агентом. Джон встретит нас у коттеджа в одиннадцать. Что вы хотите на завтрак, пюре или жареную картошку?

– Что? – Тупо спросила Бет.

Тревис стоял так близко, что у нее голова шла кругом. Она с трудом взяла себя в руки.

– О, жареную, если не трудно.

Тревис кивнул и, поставив поднос у кровати, вышел из комнаты. Харви потрусил за ним. Очевидно, пес решил вернуться к своим новым подружкам, раз уж с хозяйкой все в порядке.

Бет пулей бросилась в ванную и, взглянув на свое отражение в зеркале, простонала. Кажется, этому мужчине суждено видеть ее такой, будто она только что вылезла из помойки.

Но, в конце концов, это не важно, твердо сказала себе Бет. Тревис Блэк ей никто. После сегодняшнего дня они, возможно, больше никогда и не увидятся.

Бет поморщилась, еще раз оглядев себя в зеркале, фыркнула с отвращением и отвернулась. Затем вернулась в комнату, взяла чашку кофе и села у окна.

– Как красиво! – Выдохнула Бет, глядя на заливные луга, раскинувшиеся за окном.

Через двадцать минут она уже спускалась на первый этаж. Бет никогда еще не чувствовала себя так спокойно и уверенно. И хотя надела только футболку и шорты, она ощущала небывалый комфорт.

Обычно Бет очень тщательно отбирала одежду для работы. При ее должности имидж был превыше всего. Иметь светлые волосы, голубые глаза и хрупкое телосложение не так-то легко. Для некоторых людей этого вполне достаточно, чтобы усомниться в уме девушки – особенно после всех этих дурацких анекдотов о блондинках. А Бет не собиралась укреплять подозрения обывателей, одеваясь в стиле куклы Барби.

Как и вчера ночью, Тревис колдовал у плиты.

Собаки снова расположились у его ног. Бет старалась говорить приветливо и беззаботно:

– Как вкусно пахнет!

– Я подумал, что мы снова поедим здесь, если вы согласны, – улыбнулся Тревис, и Бет невольно подивилась, насколько улыбка преобразила его лицо. – В доме есть столовая, но… хотите верьте, хотите нет, здесь намного приятнее.

– Если бы моя кухня была такая же уютная, как эта, я бы, наверное, тоже всегда завтракала там.

Тревис снова улыбнулся.

На столе уже стояли кофейник, графин с апельсиновым соком и тосты. Тревис поставил сюда же тарелки с яичницей, сосисками, беконом, жареными овощами и картофелем и еще много всякой всячины. Бет подумала, что этой еды хватило бы, чтобы накормить целую армию.

– Угощайтесь, – предложил Тревис, присаживаясь рядом с Бет за кухонным столом.

– Спасибо, – проговорила она, пододвинув к себе тарелку.

В последние несколько месяцев ей приходилось заставлять себя есть, но сейчас она вдруг почувствовала, что действительно проголодалась.

Завтрак оказался потрясающе вкусным. Никогда еще Бет не ела с таким аппетитом.

– Вы такая маленькая и так много едите, но вас это, кажется, не беспокоит, – нарушил тишину Тревис.

Бет не поняла, насмешка это или комплимент.

– Наверное, все дело в свежем воздухе, – просто сказала она. – Обычно я ем мало, но часто.

– Я вас не осуждаю.

– Я и не подумала об этом.

– Нет?

– Нет.

– Хорошо, – произнес Тревис, с сомнением глядя на нее. – Терпеть не могу девушек, которые весь день жуют одну морковку. Ужасно раздражает.

Но встречаешься ты именно с такими, подумала Бет. С моделями, которые блистают везде, где бы ни появились.

– Я вам не нравлюсь. – Похоже, у Тревиса был талант заставать ее врасплох. – Почему, Бет?

– Я вас не знаю, поэтому никак не могу испытывать к вам неприязнь, – буркнула Бет, чувствуя, что краснеет. – И тем более вы были так добры ко мне и Харви. Приютили нас, накормили и все такое.

– Думаю, прошлой ночью вы нервничали из-за того, что оказались в таком положении, и я могу это понять. Захлопнувшаяся дверь, незнакомец, вы наедине с ним в чужом доме… – его серые глаза путешествовали по лицу Бет. – Но это не все, правда? Дело во мне. Я вам не нравлюсь.

– Я же сказала, что совершенно не знаю вас.

– Вы не умеете врать, Бет Мартон, – заключил Тревис, отдав оставшиеся сосиски собакам.

– Я ведь не мужчина, чтобы талантливо врать! – Слова сорвались с ее губ прежде, чем она успела подумать.