Чокнутые бывшие - Лина Филимонова

— Да я уже вернулся. Два часа прошло, между прочим.

— Фу, — Игорь перевернулся. — Вот почему я расплавился. И в голове как-то мутно. Надо освежиться.

— Да, давай. Это тебе точно не помешает.

После заплыва Игорь почувствовал себя лучше. Правда, на пути к шезлонгу у него возникло странное ощущение: ему показалось, что все посетители пляжа смотрят именно на него и при этом издевательски улыбаются.

— У меня, наверное, глюки, — сказал он, вытираясь. — Мне почудилось, что на меня весь пляж смотрит.

— Ну так, — ухмыльнулся Пашка. — Ты парень видный, мускулистый. Сразу заметно, что в спортзал ходишь и в бассейн. Как на такого не посмотреть. Вот увидишь, сейчас девушки в очередь выстроятся.

— Давно хотел тебя спросить, друг Палыч, да все не решался, — произнес Игорь с нарочитым смущением. — Ты чего спорт забросил? У тебя же мамон растет.

— У кого мамон? У меня мамон? Да ты бредишь. Это мощный пресс.

— А я и не распознал. Точно, пресс! Как у всех брутальных самцов.

— Я, может, и не спортсмен… Я другим беру. Ни одна девушка еще не уходила недовольной.

— О, да ты, оказывается, гигант! Секс-машина.

— А что? Так и есть.

Пашка постучал по деревянному столбу тростникового зонта.

— Сглазить боишься? — заржал Игорь. — Так надо еще сплюнуть через левое плечо. Ты что, Палыч, до сих пор сворачиваешь, если черную кошку встречаешь? Суеверный, как бабка!

— Да ну тебя. Ну что, пошли? Я здорово проголодался.

— Надо переодеться, что ли.

— Ага. Иди переодевайся. Но рубашку надевать не рекомендую. У тебя плечи обгорели.

Всю дорогу до отеля Игорь слышал за спиной раскаты смеха. Сначала он не обращал на них внимания, но потом это стало казаться ему подозрительным. А когда обогнавшая их компания подростков по-лошадиному заржала, глядя на него, он окончательно понял, что это неспроста. Но в чем дело, было абсолютно неясно. Он обернулся к Пашке, чтобы задать вопрос, но вопрос не понадобился. Ухмыляющееся лицо друга без слов продемонстрировало, кто виновник подозрительного веселья.

— В чем дело? — спросил Игорь, ухватив друга за воротник. — У меня что, усы нарисованы?

— Нет, — Пашка энергично замотал головой. — Клянусь. Усов нет.

— А что есть?

— Н-ничего.

Пашка дернулся, высвободил воротник рубашки и юркнул в дверь их корпуса. Игорь помчался за ним. Они пронеслись по холлу, взлетели по лестнице. Игорь почти успел схватить друга за шорты, но тот захлопнул дверь своего номера у него перед носом. Игорь вошел к себе и сразу помчался к зеркалу. Так. Усов точно нет. Ничего другого, вроде бы, тоже. Он повернулся спиной, вывернул шею, и из его груди вырвался разъяренный рык. Буквы! В отражении не очень понятно… Так. «Ж», в середине «р», на конце «ц». «Жеребец»! У него на спине написано «жеребец»! Теперь понятно, почему все ржали. Пашка! Ему конец.

Игорь выскочил в коридор и замолотил в дверь.

— Открой! Лучше открой по-хорошему. Я все равно тебя достану и тогда…

— Сначала остынь, — раздался из-за двери Пашкин голос. — Я тебя боюсь.

— И правильно делаешь, что боишься, — зловеще произнес Игорь.

Его осенила потрясающая идея. Он бросился в свой номер, открыл балконную дверь, перемахнул через перила и через секунду увидел Пашку, притаившегося у двери. Глаза будущей жертвы, узревшей возмездие неожиданно близко, чуть не вылезли из орбит.

— А-а, — завопил он и бросился к двери в ванную.

Но Игорь отрезал ему путь к отступлению. Тяжело дыша, они стояли по разным сторонам большой двуспальной кровати.

— Это подло, — угрожающе проговорил Игорь. — И ты за это заплатишь.

— Да я не ожидал, что получится! — оправдывался Пашка, застывший в позе зайца, готового к прыжку. — Ты мог перевернуться, крем мог впитаться, да и вообще… Это просто чудо, что все получилось!

— Чудо, говоришь? А я, значит, жеребец?

— А что? Жеребцом быть почетно. Я же не написал, к примеру, слово из трех букв…

— Зато я напишу! У тебя на лбу! Каленым железом!

Игорь метнулся к Пашке через кровать и успел ухватить его за край расстегнутой рубашки. Но изворотливый мерзавец мгновенно сбросил ее, как ящерица шкуру. Началась беготня по комнате. Подушки, стулья и прочие предметы интерьера со свистом носились в воздухе. Наконец мститель настиг своего обидчика, опрокинул его на пол и уселся сверху.

— Ты труп! — провозгласил он и захохотал жутким смехом.

В этот момент в его кармане зазвонил телефон.

— Черт, — выругался Игорь и посмотрел на экран. — Придется ответить. А ты не рыпайся, иначе я затолкаю в твою глотку твой же грязный носок.

Он прокашлялся, сделал медленный выдох и произнес в трубку:

— Здравствуйте, Елена Михайловна.

— О, ничего страшного. Я понимаю. Все хорошо, отдыхаю на полую катушку. Да, семнадцатого. Он все подписал. Договор в папке. Копия проекта…

Пашка неожиданно издал несколько громких звуков, напоминающих крики чаек.

— Да, я на набережной, — сквозь зубы произнес Игорь и зажал другу рот, но резко отдернул руку, потому что тот укусил его за палец.

— Если не отпустишь, я сейчас начну очень громко и очень страстно стонать. — прошипел Пашка. — Хочешь объяснить, чем ты на набережной занимаешься? И с кем?

— Да, Елена Михайловна. А, вы о том договоре. Надо подумать.

Он бросал на Пашку свирепые взгляды, но тот уже чувствовал себя победителем. Он открыл рот и набрал воздуха в грудь… Игорь ослабил хватку. Пашка вскочил, схватил рубашку и хлопнул дверью.

Нина брела по дорожке, как сомнамбула. Она так до конца и не проснулась. С трудом продрала глаза, сняла с головы полотенце, обнаружила, что волосы превратились в клубок слипшейся пакли, натянула на голову шляпу и пошла гулять. Эх, надо было все же взять купальник! Спросонья она не сообразила, что на юге вечером так же тепло, как днем. В комнате было прохладно, но то, что причина вечернего похолодания кроется в сплит-системе, она поняла уже на улице. Надо все же сходить за купальником, а потом пойти поплавать. Или… может, вернуться в номер и завалиться в кровать? Эта мысль показалась сонной Нине очень привлекательной.

Ее размышления прервал шум и возня в кустах. Нина испуганно застыла, не зная, то ли броситься наутек, то ли, на всякий случай, приготовиться к обороне. Но оборона не понадобилась, из кустов, пятясь спиной вперед, выбралась черноволосая девушка в желтом сарафане. Она отряхнулась, сунула руку обратно в кусты, вытянула огромную темно-синюю шляпу и надела ее на голову. Увидев Нину, девушка ничуть не смутилась. Она улыбнулась ей задорной искренней улыбкой.