Первый раз в первый класс, или Любовь вне расписания - Ольга Иванова

Но ответ Серебрякова меня ошеломил еще больше:

— Потому что Варя хочет, чтобы это были вы. За последний год я уволил три няни, и последнюю — месяц назад. Ни одна из них так и не смогла найти общий язык с Варварой. А вас она захотела сама.

Захотела сама? С одной стороны было приятно, что ребенок выделил меня среди прочих взрослых, с другой же… Не покидало ощущение, что это всего лишь прихоть избалованной девочки. А желания Вари, как я понимаю, отцом исполняются безоговорочно. Но в любом случае, я вынуждена сказать…

— Нет. Извините, Денис Игоревич, но я однозначно откажусь. Считаю неэтичными принимать подобное предложение. Да и времени свободного на подработку у меня нет. Работа учителем, знаете ли, не заканчивается звонком с последнего урока. Это еще и много всякой бумажной работы, составление планов, проверка тех же тетрадей. И я уже не говорю о внеклассных мероприятиях с детьми: музеи, спектакли…

— Последние вопросы легко решаемы, — который уже раз прервал меня Серебряков. — В конце концов, всеми этим вашими планами-тетрадями вы можете заниматься и у нас дома, главное, чтобы Варя была под присмотром. Что касается музеев-спектаклей, тут я тоже могу поспособствовать и даже заняться организацией, опять же, Варвара в этом случае будет при вас… А этичность? — он усмехнулся. — Я вас умоляю! Кому она нужна? Да и мы можем никому об этом не распространяться…

Ну вот, эта песня хороша, начинай сначала! И главное, рассуждает так, будто вопрос уже решен!

— Нет, Денис Игоревич, — повторила я как можно тверже. — Я, конечно, понимаю, что вы заботитесь о дочери, однако вынуждена отказать. И все же очень надеюсь на понимание и на то, что вы сможете все это объяснить правильно Варе. И давай перейдем к тому вопросу, по которому вас искала я все последние дни, — быстро, пока Серебряков не заговорил опять, перевела я тему. — Ваш водитель Василий.

— А что с ним не так? — равнодушно уточнил он.

— Его присутствие в классе во время уроков недопустимо, понимаете? Впрочем, как и в школе в целом. В крайнем случае, пусть Василий ждет Варвару в коридоре. С вашей дочкой ничего не случится во время урока, ведь в школе за нее ответственность несу я. У меня все дети под присмотром, заняты делом. Василий же отвлекает их, понимаете? — проговорила я несколько на эмоциях. Серебряков молчал, и это начинало нервировать. Я даже глянула на экран телефона: не прервался ли звонок. Оказалось, все в порядке, собеседник на линии. — Они постоянно на него засматриваются… А еще… Это не совсем благотворно влияет на Варвару и ее отношениях с одноклассниками. У нее уже дважды случился конфликт с одним из мальчиков…

Тут я не могла не вспомнить, как вчера, пока отлучалась на пару минут из класса, Варя вновь поссорилась с Максимом, и они принялись выбрасывать вещи друг друга в приоткрытое окно. Благо, этаж был первый, вещи не пострадали, я же заставила их вдвоем идти на улицу и собирать все, что выпало. За ними было бросился и Василий, но я остановила его, объяснив это воспитательным моментом, разрешила лишь наблюдать за Варварой из окна. Он, на удивление, послушался, Варя же с Максимом, собрав свои вещи, благополучно вернулись в класс.

— Варя, конечно, умеет постоять за себя, — продолжила я, — однако лучше бы и вовсе этого не случилось. Отсутствие же Василия поможет существенно улучшить атмосферу в классе.

— Я готов и вовсе убрать охрану от Вари в пределах школы, если вы согласитесь на мое предложение, — заявил на это Серебряков, вновь развернув разговор в свою пользу.

— Вы шантажируете меня? — воскликнула я, уже не в силах сдерживать возмущение.

— Нет, что вы, — спокойно отозвался тот. — Просто предлагаю сделку. Более того, могу повысить плату, если вы готовы присматривать за Варварой еще и в школе.

— Да не нужны мне ваши деньги! — меня все-таки прорвало. — Я и так присматриваю за Варей, равно как и за другими своими двадцатью пятью учениками! За каждым, понимаете? И не собираюсь никого выделять! Тем более за деньги! И знаете что, Денис Игоревич? Бог с вами и вашим Василием! Плевать… Я умываю руки. Если другие родители начнут возмущаться его вечным нахождением в классе, отправлю их к вам… Вот и все. Или же сама уволюсь…

— Не горячитесь так, Мария Дмитриевна, — Серебряков оставался невозмутим. — И увольняться не спешите, от этого лучше никому не станет, и в первую очередь вам самой. Лучше подумайте еще раз над моим предложением. У вас есть на это три дня, до понедельника. Если вы все же решите принять мое предложение, приезжайте ко мне в офис, заключим договор. Просто скажете об этом Василию, он вас привезет. А теперь отдыхайте. Спокойной ночи, — и он отключился, вновь оставив последнее слово за собой.

— Козел, — процедила я в сердцах и отбросила телефон на разложенный диван, что служил мне кроватью. — Ну как можно быть таким?

И ведь ему все-таки удалось вывести меня из себя и заставить потерять самообладание! Ужас! Учительница, называется… Мне вдруг стало стыдно за это совсем непрофессиональное поведение. А я ведь дала себе обещание, что в пределах работы буду предельно сдержана и корректна, с кем бы то ни было: ученики, коллеги, родители. Представляла себя эдакой Мэри Поппинс, спокойной, уравновешенной. А на деле, не прошло и недели, как уже сорвалась! Да еще и при родителе! Стыдно, очень стыдно… И непрофессионально.

Взгляд случайно упал на зеркальную дверцу шкафа, которая отразила меня взъерошенной, с горящими щеками, в хлопковой пижаме в цветочек… Хорошо, что звонок был не с видео, а то, появись я такой перед отцом Вари, моей репутации точно пришел бы конец! Он и так, похоже, не воспринимает меня всерьез, а тут еще пижама в цветочки…

Я упала на подушку и закрыла лицо руками. Да уж… Вот и поговорила с неуловимым Денисом Игоревичем. Только проблему так и не решила, еще и новую нажила себе. И как мне прикажете выпутываться?

Ну уж точно не соглашаться на его абсурдное предложение!..