Статус: беременна от жениха подруги - Ольга Иванова

— Как твоя нога? — вдруг спросил он, отрываясь от моей груди. Теперь его пальцы гладили мои лодыжки. — Которую подвернула.

— Не болит... — отозвалась я хриплым шепотом.

— Это хорошо, — его ладони переместились мне на колени и все тем же мягким, но настойчивым движением раздвинули их. Пальцы вновь нырнули под кружево трусиков, а губы накрыли мои, перехватывая стон.

Этот поцелуй был недолгим. Меня опрокинули на спину и проложили дорожку из поцелуев от шеи до пупка. А дальше снова наступил миг смущения: с меня стянули трусики, ловко и быстро. Но это оказалось мелочью, по сравнению с тем, что мой Незнакомец вытворил дальше. Его голова оказалась между моих ног, а язык... Ох, мамочки... Это ужасно, ужасно стыдно и так же ужасно... приятно... О боже... Мне уже казалось, что у меня там не одна, а десятки чувствительных точек. Каждое прикосновение его языка, нежное и одновременно жалящее, было подобно разряду тока. Я сходила с ума от этих ощущений, комкала покрывало, сладко вздрагивала и ерзала от нетерпения... А потом меня накрыло. Оргазм был такой сильный и яркий, что меня выгнуло дугой, и я совершенно бесстыдно застонала. Лиза, это точно ты? Горячий язык еще раз прошелся по пульсирующему бугорку, успокаивая и одновременно раззадоривая вновь. Еще один поцелуй в то место, затем в живот — и мой Незнакомец поднялся, чтобы самому наконец избавиться от своих боксеров. В комнате по-прежнему царил полумрак, единственным источником света был фонарь за окном, но даже так я заметила, насколько он был возбужден. Я впервые, можно сказать, видела мужской орган живьем, и это не могло не волновать... «Так вот он какой», — мелькнула дурацкая мысль, а следом появилось нестерпимое желание к нему прикоснуться. Я же сегодня отчаянная, значит, мне все можно... Сгорать со стыда буду завтра. Я потянулась к нему рукой, осторожно взяла в ладонь. Действительно твердый, как камень, но такой нежный на ощупь, даже чуточку бархатистый... И горячий... А еще большой... Он точно поместится во мне? Я, осторожно поглаживая, провела пальцами вдоль всей длины, а из груди моего Незнакомца вдруг вырвался судорожный вздох. Он прикрыл глаза, сглотнул, а потом отнял мою руку.

— Не могу больше, — снова выдохнул он, и я вновь оказалась на спине, распластанная под его тяжелым телом. На этот раз мои ноги раздвинули коленом, и горячий член тут же попытался проникнуть внутрь. Но не тут то было! Главная причина моего сегодняшнего отчаяния не дала ему так просто выполнить желаемое. Я прикусила губу, стараясь не показывать, что мне больно, а мой Незнакомец остановился и спросил то, чего я больше всего страшилась:

— Ты девственница?

В горле сразу стал ком, но я все же нашла в себе силы отозваться с вызовом:

— А это так важно?

И мысленно добавила : «Ну что, сейчас сбежишь, как от прокаженной? Не захочешь брать на себя ответственность?» Однако ничего такого не произошло, он даже не ответил, просто чуть приподнял меня за бедра и стал медленно входить, пытаясь разорвать преграду. Я все же вскрикнула, когда это случилось, но он наклонился ко мне уже ближе и поцеловал. А потом начал двигаться быстрее, с каждой секундой наращивая темп. Было уже не больно, но и новая волна возбуждения не пришла. Впрочем, я ее и не ждала, просто кайфовала от самой близости с этим мужчиной, от чувства наполненности и от того, что наконец могу ощущать его внутри себя. Желая отблагодарить его за подаренное наслаждение, я стала двигаться вместе с ним, навстречу ему, подстраиваясь под его темп. Оказалось, это нетрудно, и эти движения заложены в нас самой природой. Когда же он содрогнулся в сладкой судороге, а потом, обессиленный, упал на меня, я крепко обняла его, вжимаясь всем телом.

А дальше был снова затяжной поцелуй в губы и ладони, неспешно скользящие по разгоряченной коже.

— Я в душ, ты можешь сходить после меня, если хочешь, — мой нежный, страстный и просто потрясающий Незнакомец еще раз поцеловал меня и поднялся.

Я провожала взглядом его подтянутую фигуру и понимала, что сказка закончилась, и пришло время уходить. По-английски.