Мой ребенок Тигра - Евгения Мэйз

Следующий день, несмотря на бабскую мудрость — при любой ссоре засыпать в одной кровати не принес Ольге облегчения. За завтраком Денис и Ольга молчали, словно сомнамбулы водили пальцами по экранам смартфонов, неспешно подносили ложки ко рту и только перед тем, как поставить кружку на белоснежную столешницу, подняться и уйти в холл, Карпов произнес:

— Последнее время я только и вижу, как тебе х*****!

Он мстил ей за ее правоту, сначала молча, потом мелко, портя любимые вещи, а под конец так и вовсе решил переложить ответственность за случившуюся размолвку на нее и только.

— Спасибо за то, что ты напомнил мне о том, что ты со мной лишь в богатстве в здравии, — откликнулась Ольга в след, ощутив, что ее словно ударили и не куда-нибудь, а в самую душу, — а остальную часть клятвы я взяла на себя.

Карпов вернулся, топча светлый паркет и разнося по нему налипший на обувь песок.

— Ты посмотри на себя, Оля, — проговорил он, застегивая пуговицы темного пальто, вычищенного от соринок и налипших от него частичек, заботливой рукой Ольги. — Если такое происходит с тобой сейчас то, что же будет потом?

Ольга злилась на него вечером, но несмотря на это исправно выполняла обязанности жены — ухаживала за мужем, заботясь, чтобы тот выглядел словно сошедший с витрины манекен.

— Мы говорили с тобой об этом, — ответила она, разглядывая как по волшебству изменившегося мужа, — обсуждали это год назад и много раз позже.

Ей было больно осознавать этот момент — Денису не нужны были ее болячки, депрессия и плохое настроение. Было совсем не важно, что все эта ситуация длится месяцы или даже годы. Когда-то он, как и Оля хотел ребенка. Денис не вспомнил себя — он тоже болел, переживал по рабочим вопросам и, что еще хуже мог слечь (не дай Бог!) с куда более серьезным недугом, чем она сейчас.

— Вот только это не твой ребенок и все эти изменения, — он очертил в воздухе пальцем, тем самым повторяя контур ее лица, — продукт твоего воображения и маниакального поведения.

Вот уж точно — мужчинам не понять женщин. Слова «часики тикают» для них лишь забавная фраза из анекдотов и комиков-резидентов из популярных шоу в ресторанах и клубах столицы.

— Значит тебе не сказано повезло — это лишь четверть гормонального коктейля, а получи я полную дозу так ты бы полез на стену.

Дениске стало плохо из-за ее чувства подавленности, впервые оброненных слез в машине и высказанных претензий. Он даже не представлял с чем мог столкнуться на самом деле, если бы она забеременела от него.

— Интересно, чтобы ты говорил тогда: мне надоело и убери это из себя? Возьми пылесос и сдуй уже эту подушку? Я передумал и давай в другой раз, через пару недель?

В воздухе повисло напряжение, опасность и как будто предупреждение. Она боялась и ждала следующих слов, не могла не ждать, мгновенно просчитав все и начав подыскивать способы, которые бы позволили бы обойтись без Карпова.

— Багдасарова, — начал тот, обратившись по девичьей фамилии, и даже поддался вперед, желая задавить своим ростом и мощной комплекцией.

Сидящая на высоком стуле Ольга выпрямилась, расправила плечи и приподняла подбородок. Носители этого громкого имени не пасовали перед трудностями, хищниками и людьми. Ольга, несмотря на то что променяла ее на «затхлый пруд» (как выразилась троюродная бабка) не забывала о том, кто она, несмотря на замужество и более мирную профессию.

— Я тебя слушаю, Карпов, — проговорила она. — Внимательно.

Ей нужно было прогнуться, чтобы не спугнуть и получить уже такое близкое желаемое, но вот в чем проблема, Ольга всегда ценила в Денисе то, что он не лебезил перед ней, не старался быть нежнее, внимательнее и более предупредительным, чем обычно, когда решались вопросы, касающиеся его дел и желаний. Теперь, настал ее черед, но только она уже поняла, еще не желая признавать эту мысль — это конец.

— Без меня, — Денис выпрямился и как будто просветлел. — Хватит!

Он качал головой и даже улыбался, как будто бы осознав что-то, а потом сделал знак руками, изображающий букву Т. Совсем, как в любимом им футболе.

— Нам нужно остановиться, отдохнуть от всего этого и переосмыслить происходящее.

Он обернулся на пороге кухни, скопировав ее вчерашнее поведение, мгновенно вложив в душу подозрение — все это тщательно продуманный спектакль.

— Нет какого-то особого состояния и уникального положения. Ты — не первая и не последняя. Стоит понимать, что ты не одна и у других тоже иссякает терпение. Подумай об этом.

Ольге стало плохо. Она или сходит с ума, демонизируя мужа или, все это время была невозможно слепа, не видя его настоящего.

— Хорошо, — проговорила она, появившись в холле, но вовсе не для того, чтобы проводить Дениса. — Будь, по-твоему.

Ольга прошла в ванную комнату, вытащив из шкафчика одну из многочисленных плоек. Нервы были натянуты, в горле появился соленый ком, на душе словно кошки нагадили, но Ольга держала себя в руках не позволяя прорваться чему-то из перечисленного, что неизбежно выдало бы ее нервозность.

— Так просто?

Она пожала плечами, принявшись расчесывать длинные пряди.

— Считаешь, что я загоняюсь из-за несуществующих проблем? Окей.

Денис продолжал стоять в дверях ванной, наблюдая за ее движениями.

— Если моя жизнь слишком проста и беспечна, то, стало быть, и твоя не отличается особыми трудностями.



Ольга поняла, что конкретно хотел добиться ее муж — мольбы, увещеваний и обещаний, что все будет иначе и так как хочет именно он. Денису в отличие от Ольги было нужно, чтобы она побегала за ним. Стало горько и обидно за это, тошно от того, что это предстояло проглотить, но… Это случится так или иначе, но на ее условиях.

— Что это значит?

Ольга пожала плечами. Денис, не дождавшись ответа, ушел, хлопнув дверью, а она поступила так, как только что научила ее жизнь — заявившись на работу, Ольга отправила компанию мужа из привилегированного списка клиентов в обычный. Первые получали кредиты в максимально короткие сроки, с их документами не возились, рассматривая неделями, а то и месяцами, приглашали в зону обслуживания VIP-клиентов, не маринуя в общем потоке электронной очереди.

— Утро доброе, — проговорила Ольга, обратившись к секретарю и положив перед ней лист бумаги. — Сделай кое-что для меня, прежде чем отправишься в отпуск.

Белокурая помощница подняла на нее взгляд небесно-голубых глаз, в которых явно читалось недоумение. До ее отпуска было еще две с половиной недели. Ольга еще не подписала заявление, могла отказать в нем, прикрывшись «производственной необходимостью», не взирая на все прошлые заслуги, заранее сделанную работу и даже на временную кандидатуру секретаря, которого подыскала Дарья. Карпова могла в любой момент встать «в позу». Это прекрасно понимали все. Но она не делала этого, взамен требуя другого — беспрекословного подчинения.