Сдайся - Тата Чепурнова

– А ты настаиваешь?!

Крепкие пальцы без особого труда смыкаются на запястье, чуть ли не замкнувшись на нём замком, а в следующее мгновение властно тянут, причиняя лёгкую боль, вызывая недоумение. Неужели простенький вопрос мог так вывести из равновесия? Растеряв последние крупицы инстинкта самосохранения, я выдаю очередную глупость. Осознавая, что мы развернувшись, очень быстро идём в направлении того самого переулка, из которого спасались бегством.

– Леший желает быть режиссером? Или примет непосредственное участие в МЖМ играх для более острого видео? – свежие ссадины на коленях отзываются болью при каждом моём торопливом шаге, но я усердно подстраиваюсь под скорость парня. Пусть и не думает, что его дурацкая затея может напугать и заставить меня умолять остановиться. – Хайпанем.

– Да заткнись ты уже.

И я затыкаюсь, но не потому, что мне нечем парировать, а потому что от спешной остановки я врезаюсь в широкую грудь. Лицом зарываюсь в мягкий футер толстовки, в котором тонет мой резкий выдох и путается короткое ругательство.

Губа снова прокушена, в районе лба сосредотачивается дискомфорт, спровоцированный силой удара и от близости снова кружится голова. От ненавязчивого парфюма приятно щекочет в носу и я неосознанно делаю глубокий вдох, словно пытаясь заполнить лёгкие до краёв новым запахом.

– Если я нарушил твои планы и твои булки заскучали без приключений, тогда извини.

Ощутимый шлепок по ягодицам не столько в воспитательных целях, сколько с целью доходчиво вдолбить в меня истину своих слов, отрезвляет меня. Я гордо вскинув голову, встречаюсь с сочной зеленью его глаз и пропадаю. Зависаю и не знаю чего собственно мне хочется сейчас больше всего: дать пощёчину за поднятую на меня руку или поцеловать?!

Хочется безжалостно украсть поцелуй, как у меня украдено здравомыслие. Сжечь свое хорошее воспитание на разгорающемся внутри меня страстном костре и по вспыхнувшей ответке я понимаю, что он не против.

Я зажмурившись, тянусь губами и встречаюсь с требовательным ртом, который жадно упивается моей проявленной инициативой. Дразнит, покусывает, разбивая вдребезги стыдливость.

Это так сладко, томительно, что я, совершенно потерявшись в происходящем, позволяю себе крепче прижаться к парню. Куртка сползает с плеч, шумно сваливаясь на асфальт, больше не сковывая моих движений. Без лишних усилий, а главное, с нечеловеческим наслаждением запускаю под тёплую толстовку замерзшие ладошки, под которыми чувствую рельефные кубики пресса.

С ума сойти, какое у него натренированное тело, крепкое, но не пугающее своей силой, а скорее пробуждающее основной инстинкт.

Продлись это безумие немного дольше и острейшее чувство удовольствия перерастет в страстное желание, которое с лёгкостью отмотать назад будет уже невозможно.

Первые капли дождя прерывают сладкое сумасшествие, но не охлаждают неодолимого влечения. Мы нехотя отстраняемся друг от друга, а мне безумно хочется закрыть лицо руками, но не от стыда. А для того, что дождь не смел стирать с губ настоящего опьянения от прикосновений его проворного языка.

– Холодно, – поежившись, провожу рукой по влажному плечу, но понимая всю бесполезность своих хаотичных действий, всё же не могу перестать растирать озябшую кожу.

– Понял, – скрипнув молнией, он резко снимает толстовку, укутывает меня в плотный футер, хранящий тепло его тела. Смешно морщит нос, задрав голову, разглядывая свинцовые тучи, грозящие затяжным дождём. – Кажется, сейчас ливанет. Я отвезу тебя…

– Нет, не надо.

Рукав прячет мои слегка подрагивающие пальцы, вскинутой вверх руки. Такси с визгом притормаживает, а я, воспользовавшись заминкой, трусливо сбегаю туда, где смогу либо забыть это "чудище", либо крепко пожалеть, что не осталась.

Звонок другу

Лёша

В какой-то момент начинает казаться, что мне всё это привиделось. Злая такая шутка отбитого организма над хозяином, который явным попустительством к своему здоровью доходит до зрительных галлюцинаций. А ещё и тактильных, ведь руки помнят точеную фигурку девушки с аппетитными выпуклостями там, где им самое место и без особой плоскости там, где не надо. Хрупкая, невероятная утончённая, не про мою, видимо, честь.

Слышу визг тормозов. Слышу, как девчонка торопливо сбегает, кошусь в сторону и понимаю, незнакомка решает поиграть в современную золушку – спастись бегством, оставив скромное напоминание о себе. На асфальте одиноко валяется курточка, хозяйка которой, впечатлившись щепетильной обстановкой и испытав скорее всего, стыдливость, предпочла попросту пожертвовать вещицей, чем собой.

– Трусишка, – будто очнувшись от тяжёлых размышлений, пару раз моргнув, прощальным жестом провожаю отъезжающее такси.

Ну не нестись же в конце-то концов следом?! Это будет выглядеть совсем уж позорно в проявлении нездорового интереса, почти на грани с маниакальным желанием.

Не скрою, крайне обидный момент – спасти девушку, а в виде поощрения получить от неё лишь поцелуй. Но зато какой. Её манящие губы просто созданы для страсти и ласки, с которой она отдавалась, жадно впитывая мой вкус и даруя мне игривость своего виртуозного языка. А уж он-то, наверняка способен и не такое.

Мысли фривольно разбегаются от жарких фантазий, от того, с каким упоением мы бы провели время, если бы голубоглазка в последний момент не нажала на стоп-кран в своей симпатичной головке.

Ну чего уж кривить душой, продолжения я ждал более горячего, так сильно, что теснота в штанах и не думает проходить. Такого острого возбуждения давно мне не приходилось испытывать, оно будто отравив кровь, не отпускает, а вкупе с обломом вселенского масштаба не позволяет трезво мыслить.

Зато надежда на очередную встречу приятно согревает слегка озябшее тело. Толстовка у незнакомки, телефон у неё же и вырисовывается прекрасная возможность выйти на связь, позвонив на свой номер. Сгребаю в охапку куртку, слыша приятное поскрипывание и запах кожи, вероятнее всего новой вещи. Вышитый логотип на подкладке чуть ниже воротника – золотые буквы на чёрном фоне, очень ярко демонстрируют не самый дешёвый бренд. Такую роскошь бедная студентка позволить себе не может и на скромную стипендию Айфон не приобретёт.

– Мажорок я ещё не спасал, – присвистнув, разглядываю золотистый смартфон с надкусанным яблоком на корпусе. Блокировка не удивляет, глупо ведь не паролить дорогие девайсы от посторонних. Возвращаю смартфон обратно в карман куртки, недоумевая над тем, что он лежит не в сумочке, которая, кстати, была при себе у незнакомки. – Олень, даже имени не узнал.

Самобичевание лишь усиливает горечь оттого, что при всем желании до локтей я не достану, а если и достану, то покусыванием не верну беглянку. А все потому, что не стоило реагировать на каверзные реплики и останавливаться, донёс бы спокойно до машины, закрыл бы в салоне и познакомился поближе…

Возбуждение от одной только мысли снова сосредотачивается в паху, болезненно пульсируя, сводя с ума. Делая из меня извращенца, думающего не головой, а той самой извилиной между ног.