Ты моё дыхание - Ева Ночь

Софья

В этом заведении я нападения не ожидала. Вот тебе и «руки не распускают». Как говорят: рано расслабилась. Но для меня это не шок. Приходилось и с кое-чем похуже сталкиваться. Плохо только, что не была готова, а так бы, наверное, выкрутилась и без посторонней помощи.

Я не люблю быть слабой. Не нравится мне, когда кто-то становится свидетелем моих слабостей. Спору нет, этот Костя мне помог, и я ему благодарна. Но к благодарности примешивается стыд: он видел, какая я никчёмная, от пьяного мужика отбиться не смогла, и это меня задевает.

Умом я понимаю: мужчины почти всегда имеют преимущество в физической силе, а поэтому противостоять им – затея не из простых. Поэтому я всегда сторонюсь тех, кто в хорошей физической форме. Мне больше импонируют ботаны. Мой кумир – Жак Паганель[1]. Немного рассеянный, но добрый учёный, высокий, стройный мужчина без вот этих всех трицепсов-бицепсов тестостероновых, которые меня напрягают.

Костя-бармен как раз из отряда маскулинных самцов «не моего» типа. Слишком мужик. К тому же, взрослый. Ему, наверное, за тридцать, и он совершенно не похож на доброго и хорошего мальчика.

И всё же… я напрягаюсь в его присутствии. Воздух звенит, будто наэлектризованный. Волосы дыбом встают. Может, поэтому хочу быть от него подальше. Инстинктивно.

Под конец ночи гудели ноги. С непривычки. А всё остальное – просто работа. Ничего сложного. Да и весело тут, необычно. Стыд мой ушёл. Ну, немного необычные люди – всего лишь. Местами эпатажные. А кое-кто и не выделяется из толпы. Культурная программа на высоте. Настоящий клуб, а не просто забегаловка, куда пришли выпить и поесть, развеяться.

Жизнь начала затихать около четырёх утра. Долго, конечно, особенно, если учесть, что ещё нужно вернуться домой, принять душ, приготовить завтрак и Вовку в садик отвезти. А потом и в университет на занятия сходить.

Я бы могла сэкономить время. Например, душ принять в клубе. Есть такая возможность. И у меня осталась бы пара часов на сон. Но кто ж знал. А я не взяла ни полотенце, ни принадлежности, ни смену белья. В следующий раз буду знать.

Как-то само собой получалось, что я готова прийти сюда ещё раз. Или столько, сколько понадобится. Это работа, а мне нужны деньги. Какая разница, где их зарабатывать?

Уже на выходе застываю и готова плакать от бессилия. У меня сдох телефон. Что ж я такая невезучая?.. Как вызвать такси, чтобы домой добраться?

– Какие-то проблемы? – тут же нарисовывается охранник Толик. Это тот, кто на входе меня сегодня встретил. Тоже немного вокруг меня крутился. И я бы не хотела, чтобы эта гора мышц тёрлась рядом. Всё из тех же соображений: не мой типаж. Слишком сильный и большой. А я таких стараюсь избегать. Но сейчас не до выбора. Мне нужно уехать. А у Толика точно есть телефон.

И только я открываю рот, чтобы попросить, рядом останавливается машина.

– В чём дело, Софья? – спрашивает Костя.

– Мне бы такси вызвать. Телефон сел, – лепечу быстро, чтобы не передумать.

– Садись, – открывает он дверцу. – Подвезу.

Я переминаюсь с ноги на ногу. Это неправильно. Но на улице похолодало, у меня и ноги, и руки окоченели.

– Сонь, давай я подвезу, – улыбается мне Толик. Я перевожу взгляд с одного мужчины на другого и делаю выбор.

– Спасибо, – сдерживаюсь, чтобы не стучать зубами. – Я с Костей.

По крайней мере, этот смотрит равнодушно, а не заинтересованно. И уже спасал меня. Как ни крути, а это веские аргументы, чтобы опасаться Костю намного меньше, чем мужчину, который смотрит на меня с жадным интересом.

Я ныряю в машину, захлопываю дверцу, пытаюсь перевести дух и нагреться.

– Спасибо большое! – благодарю искренне. – Ты такой добрый!

– Не обольщайся, – кидает он на меня непроницаемый взгляд. – Я не рыцарь и не святой. И у меня правило: я не помогаю девам, попавшим в беду. Просто считай, что у тебя сегодня удачный день.

Еле удержалась, чтобы не фыркнуть. Подумаешь! Так и знала, что он непробиваемая дубина. Ну, это и хорошо. И я сделала правильный выбор. Пусть лучше уж этот сфинкс отвезёт, чем Толик, что глазами одежду с меня срывает.

– Тебе куда? – интересуется Костя усталым голосом.

– На Алексеевскую, – вздыхаю, чувствуя, как покалывают пальцы. В машине тепло, я наконец-то начинаю согреваться.

– Вы с Михайловной соседи? – кидает он на меня взгляд искоса.

– Нет, я у неё живу, – говорю очевидное и вижу, как удивлённо Костя приподнимает брови.

– Родственница?

– Квартиросъёмщица.

Не нравится мне этот разговор-допрос, словно я ему обязана что-то рассказывать и объяснять.

– Хм, – выдаёт этот тип саркастически, но больше ничего не комментирует. Что ему в этот раз не понравилось? Не верит? Думает, я лгу?

Внутри начинаю закипать, но предпочитаю посчитать до ста, чтобы успокоиться. Не хватало ещё перед ним оправдываться или спорить. Я буду выше дурацких подначек. А ещё я буду умнее.

Весь оставшийся путь мы молчим. Я постепенно успокаиваюсь. Костя машину ведёт. Я украдкой его рассматриваю от нечего делать. В окно не посмотришь – темень, а думать ни о чём не хочется: я устала.

Не греческий профиль, конечно. Нос когда-то сломан, зато скулы и челюсть хоть куда – мужское начало так и прёт. Стрижка короткая, руки сильные и большие. Ладонь у него – моих три войдёт запросто. Ресницы тоже хоть куда – короткие, но густые. Они делают его лицо мягче, если присматриваться.

– Приехали, – останавливается он у подъезда. – Телефон мой запиши. Отзвонишься, как в квартиру зайдёшь.

– Это лишнее, – вежливо улыбаюсь и стараюсь, чтобы голос звучал твёрдо. – Здесь очень хороший район, тем более, в подъезде никто не пристанет.

Костя смотрит на меня мягко. Но за этой мягкостью сквозит такая сила, что хочется поёжиться или руками себя обнять.

– Сделай так, как прошу, – в голосе нет угрозы, но гипнотизм какой-то явный. Я невольно телефон достаю.

– У меня сел. Я же говорила, – вздыхаю радостно. Рано радовалась. Он мне визитку даёт.

– Будь хорошей девочкой, Софья. Я устал и хочу спать. А спать я хочу спокойно. И это не потому что я хороший. Просто если ты где-то застрянешь или куда-то вляпаешься, не хочу, чтобы меня будили. А Михайловна всех на ноги поднимет, если ты не в курсе.