Тенор (не) моей мечты - Тереза Тур

— Но вы же — жена Томбасова?

Олеся кивнула.

— И как так получилось, что вы — здесь, а не в тусняке?

— Но и вы, леди Говард, тоже здесь, — рассмеялась Олеся.

— Тут намного интереснее. И привычнее, — призналась дама. — Ненавижу пафосные тусняки.

Тут ее спутник не выдержал и обратился к ней. Олеся впервые остро пожалела, что не знает иностранных языков. Даже английского, на котором спокойно болтает Машка.

— Бонни переживает, что такие голоса, такая энергия, — привычно перевела леди Говард, — и все напрасно.

— Почему напрасно?

Конечно, все это Олеся, как руководитель «Крещендо», слышала не раз. И после регулярных возмущений мамы Левы, которая впрямую говорила, что парни закапывают свой талант в землю, ее мало что могло тронуть. Но мнение этого итальянского сноба отчего-то задело.

Тот понял вопрос. И просто пожал плечами, похоже, не желая объяснять какие-то сами собой разумеющиеся вещи.

— Пойдемте, — приказала ему Олеся.

Иностранец и понял, и послушался.

Леди Говард отправилась с ними. Они прошли за кулисы. Возвышение то есть, но их со сцены видно не было. Отчего-то здесь мороз кусался еще злее.

— Смотрите, — Олеся показала на заполненную людьми площадь.

Парни пели как раз «Ой, мороз, мороз». И в тему. И без оркестра. И без тенора. Но… вся площадь пела вместе с ними.

Тягуче. Протяжно. Безнадежно.

Мощно. Победно.

— Странно, — проговорил итальянец, когда смолкли последние звуки. — Фольклор?..

Олеся почему-то поняла, что он сказал. Но не поняла, на каком языке.

— Слушайте, — жизнерадостно предложила леди Говард. — Может быть, оставим больших мальчиков меряться… Гм… Проводить переговоры? И перебазируемся туда, где можно посидеть в тепле и поесть? А потом просто погуляем по городу.

Олеся рассмеялась. Представила себе лицо начальника охраны. Переглянулась с леди Говард. Заметила ехидные веселые огоньки в глазах.

— Мадонна? — тревожно спросил ее спутник. Что-то застрекотал, кажется, по-английски.

— Нам нужна минутка, — обратилась по-русски к Олесе леди Говард.

Та кивнула, отправилась искать Машу. Ну и радовать начальника охраны сменой диспозиции.

Минут десять спустя они вышли из вип-зоны. Олеся и леди с итальянцем и долговязым арабом в черном (охрана леди?), причем леди явно пыталась уговорить его остаться с лордом, но безуспешно. Итальянец уперся и ни в какую не соглашался… видимо, отпустить леди одну, всего лишь с арабом-охранником…

Оглядевшись, Олеся заметила еще двух людей в черном, держащихся чуть в стороне, но не спускающих глаз с леди. Да уж, отпускать леди Говард до ближайшего ресторана всего лишь с тремя человеками охраны — вопиющая неосторожность. Без лохматого итальянца — никак. Слава богу, Томбасов в вопросах безопасности Олеси куда более вменяем. Ее сопровождает всего один человек, и тот в сторонке.

Или? Олеся осмотрелась повнимательнее. И вздохнула. Начальник охраны, как обычно, просто не стал с ней спорить. И… просто заслал народ болтаться в отдалении. Вон лицо знакомое. И вон… Да вообще — просто зрители на этом представлении есть?

Итальянец продолжал что-то стрекотать мелодично-возмущенное. И… Олесе вдруг показалось, что на редкость нецензурное. О! Вот и русский блатной подключился. Правда, с такие сумасшедшим акцентом, что не сразу различишь родное «япона мать». Ну, нормально. Как русские-народные песни — так китч и гадость. А как русские-народные ругательства — так хорошо. Странные они люди, эти иностранцы!

— Ладно, ладно! — вздохнула леди и закончила по-русски: — Можешь держать меня за руку, чтоб не украли.

— Va bene (хорошо), — тут же просветлел итальянец и в самом деле взял леди за руку и поцеловал. Руку.

Да уж. Высокие отношения у лордов, подумала Олеся, и тут леди обернулась к ней.

— Когда я говорила, что хочу погулять по Москве, я имела в виду совершенно не это, — кивнул леди на ОМОН, охрану и толпу.

И тут их прервали.

— Олеся! Это ты, какая удача!

Охрана напряглась, долговязый араб что-то прошептал в ларингофон, а Олеся улыбнулась и шагнула навстречу женщине, держащей за руку мальчишку и решительно пробирающейся через толпу.

— Ира! — улыбнулась она.

— Что у них случилось? — в синем взгляде Иры плескалась тревога. Ее сын исподлобья смотрел на всех зелеными Левиными глазами.

— Все хорошо, — мягко проговорила Олеся, беря уже-почти-подругу под руку. — Артур вышел петь больным. Его уже выгнали со сцены и лечат.

— А мы идем в тепло, — улыбнулась леди Говард. — У нас девичник. Присоединяйтесь, Ира.

— Ира, познакомьтесь. Это…

— Бонни и Роза, — улыбнулась леди.

— Бонни и Роза, — приняла правила игры Олеся. — Позвольте представить вам жену…

— Позвольте, я угадаю? — рассмеялась Роза. — Хотя, если бы вы были без сына, случилась бы интрига, а так…

Она махнула рукой в сторону сцены, где как раз солировал Лева.

— Мы пришли послушать папу, — недовольно проговорил мальчик.

— Саша, может быть, я поговорю с Машей. И ты останешься ей помогать? — предложила Олеся, вопросительно посмотрев на Ирину. Та через мгновение согласно кивнула.

— Можно?! — взгляд мальчика из хмурого стал ликующим. — А можно вместо Артура спеть? Раз уж…

Женщины переглянулись и рассмеялись. Конкуренция певцов — она такая. А что делать?

— А как твой голос поведет себя на морозе? — спросила Олеся.

Роза посмотрела на нее удивленно, но Олеся была совершенно серьезна.

— Ну да, — еще серьезнее согласился мальчик.

— Надо сначала отрепетировать, — предложила Ирина. — Ты же этих песен не учил.

— Не учил, — с сожалением кивнул мальчишка, но тут же воспрянул: — К следующему концерту выучу!

Но к ним уже спешила широко улыбающаяся Маша:

— Привет, Саша, пошли помогать. У нас полный Армагеддон. И все бестолковые кругом.

Саша кивнул. И отправился с пиар-менеджером группы.

— Так куда пойдем? — живо спросила леди Говард.

Ирина и Олеся переглянулись с растерянностью.

— Будь это Петербург, — вздохнула Ирина.

— А то Москва… — согласилась с ней Олеся.

— Ладно, — рассмеялась Роза, подхватывая обеих под руки, — не будем изобретать проблемы хорошим людям. А вы мне как-нибудь Питер покажете.

— Договорились.

Греться и есть они пошли в самое близкое — и к тому же заранее обговоренное с организаторами мероприятия — место. Олеся оценила, как ненавязчиво Роза шепнула своему арабу-охраннику: «Лоуренс, мы идем в Метрополь».