Бездыханная - Стелла Камерон

Девушка молча прошла мимо хозяина, у дверей в гостиную остановилась и сказала человеку, которого почти не видела в темноте:

– А знаете, халат меня нисколько не смущает, мистер Брейкер.

– Ну и хорошо, – усмехнулся Синджун.

– А вас?

– Ничуть.

– Тогда не будем терять время на переодевание.

Войдя в ярко освещенную гостиную, она машинально поправила разошедшиеся полы халата и, заметив на низком плетеном столике несколько бутылок, спросила:

– Не желаете выпить?

– Нет, благодарю.

Теперь они могли внимательно рассмотреть друг друга при свете.

Обернувшись к Брейкеру, Анжелика не увидела в его руках пистолета и с облегчением посмотрела на него.

Боже правый, ни одна фотография, добытая ею из архивов информационных агентств, не передавала и сотой доли его мужской красоты.

Синджун тоже изучающе смотрел на Анжелику, потом улыбнулся, показав крепкие белые зубы. У него был довольно большой рот с чуть приподнятыми уголками, чувственные губы, прямой нос, черные густые брови, расстегнутый ворот белой рубашки открывал такие же черные волосы на груди, в зеленых глазах, опушенных черными загнутыми ресницами, блестели золотистые искорки. Анжелике показалось, что он заглядывает ей прямо в душу.

Она медленно провела языком по пересохшим от волнения губам. Брейкер посмотрел на ее рот, и у него вдруг так сильно забилось сердце, что его стук отозвался в ушах.

Дьявол! Перед Анжеликой стоял самый элегантный, самый дьявольски красивый и мужественный представитель сильной половины человечества, какие встречались ей в жизни. Она вздрогнула.

– Вам холодно? Волосы намочили халат, – деловито заметил Брейкер и, прежде чем она успела отреагировать, провел ладонью по шее, вытащив из-под воротника мокрые пряди. – Так лучше?

Его прикосновение было теплым, приятным… но сам он вызывает отвращение. Она не должна забывать об этом.

«Богатые мужчины привыкли, чтобы все шло по их желанию, – говорила Бренда, провожая ее в аэропорту. – Они пользуются женщиной, затем выбрасывают, как ненужную вещь, находят себе новую, опять используют… если ты понимаешь, что я имею в виду. А твой богач к тому же красавец, что весьма осложняет задачу его обольщения. Если ты задумала именно это – да поможет тебе Бог, дитя мое».

Анжелика услышала смех Брейкера и озадаченно посмотрела на него.

– Что вас рассмешило?

– Ничего. Может, нам лучше отложить разговор до утра, когда вы будете менее рассеянной… если я вообще захочу с вами разговаривать.

Его слова подействовали на нее словно удар.

– «Если», мистер Брейкер? Вы же сами пригласили меня сюда, так почему теперь отказываетесь от моего предложения?

Несколько секунд он молча разглядывал ее.

– Потому что я любопытный человек, – усмехнулся Синджун. – Мне хотелось взглянуть на женщину, которая доняла меня письмами и телефонными звонками, требуя личной встречи.

Интересно, как бы он реагировал, скажи она ему прямо сейчас, что намерена представить этого любопытного человека жестоким, бессовестным чудовищем, кем Брейкер на самом деле и является?

– Любопытство бывает весьма полезным, – с показным безразличием ответила Анжелика. – Я тоже любопытна, как и большинство журналистов.

– А вы хорошая журналистка?

– Лучше всех, – сказала она, зная, что он ее дразнит.

Да, она не самая крутая, не пользуется недозволенными приемами, но ее ценят как самого чуткого, деликатного и честного репортера.

– Лучше всех, мисс Дин? – недоверчиво переспросил он. – И самая, наверное, скромная?

– Скромность обманчива, мистер Брейкер.

– Давайте перейдем к делу. Почему же такая хорошая журналистка задалась целью написать мою биографию?

Анжелика знала, что этот вопрос неизбежен, и заранее подготовила ответ. Изобразив на лице холодную улыбку, она присела на край плетеного диванчика, заваленного мягкими голубыми и зелеными подушками.

– Даже лучшим полезно расширять сферу профессиональных интересов. Моя работа связана с так называемым человеческим фактором, и, честно говоря, меня больше всего интересуют люди. Я мастер очерков. Но теперь мне бы хотелось взглянуть на известную личность под другим углом зрения, вы, мистер Брейкер, идеально подходите для этой цели.

Синджун перестал расхаживать по комнате, сел в кресло напротив гостьи.

– И все же мне пока не ясно, для какой именно цели я так идеально подхожу.

– Я собираюсь изучить вас. – Анжелика натянуто улыбнулась. – Вашу жизнь. Безвестный мальчик неожиданно быстро сколачивает огромное состояние. Как у него это получилось? Я хочу начать именно с рассказа о мальчике из Монтаны, выросшем в ужасной нищете. Он был сыном пьяницы, который не мог долго удержаться ни на одной работе. Мальчику приходилось заботиться о нем, вызволять из беды, пока тот не угодил под суд за убийство человека…

– Где вы это раскопали? – прервал ее Синджун. Он сидел, откинувшись на спинку кресла и положив ногу на ногу.

До этого момента Анжелика почему-то не замечала его босых ступней и только сейчас обратила внимание, что пальцы длинные, правильной формы, а щиколотки покрыты темными волосами.

Он сидел неподвижно, лишь крепче сжал подлокотники.

– Наверное, мальчику было очень нелегко. Когда полиция сообщила, что отец ударил человека бутылкой по голове и убил его.

– Я спросил, где вы это раскопали?

Девушка небрежно пожала плечами, но внутри у нее все сжалось.

– Журналисты умеют добывать информацию, – сказала она, мысленно добавив, что иногда лучше бы им ее не находить. – Ваша жизнь, мистер Брейкер, пример головокружительного успеха. Вы с космической скоростью прошли путь от нищего до миллиардера. Полагаю, таких, как вы, больше нет.

Синджун внимательно посмотрел на нее, и Анжелике показалось, что его глаза приобрели оттенок зеленого стекла – стекла разбитой бутылки.

– Это необоснованное утверждение, мисс Дин. И я не намерен выслушивать всякую чепуху.

– Вы не намерены выслушивать правду? – Она много раз представляла, как будет происходить этот разговор, но теперь чувствовала, что вся эта затея уже не кажется ей такой удачной, как прежде, до знакомства с Брейкером.

– Вам может не нравиться то, что я сказала, мистер Брейкер, но это правда, и мы с вами это знаем. – Прежде чем нанести следующий удар, Анжелика одарила его самой лучезарной улыбкой, на какую была способна. – Вы когда-нибудь пытались найти свою мать?

Он молча смотрел на нее.

– Да или нет? Ваша мать была шестнадцатилетней девочкой, когда забеременела от вашего тридцатилетнего отца, которого могли отдать под суд за совращение малолетней.