Только не плачь - Маргарита Дюжева

— Смотрю я на вас: такие молодые, красивые, счастливые.

— Ммм, — промычала я, с набитым ртом.

— Может, и сложится у вас все.

Я подавилась, да так сильно, что из глаз побежали слезы. Схватила стакан с минералкой и сделала несколько больших глотков. Мама заботливо постучала меня по спине, а потом вздохнула:

— Может, тебе повезет больше, чем мне.

А как же иначе! Уже повезло. Вероника — любимица фортуны, иначе не скажешь.

— Мы с тобой так мало разговариваем в последнее время, — она подперла щеку рукой и посмотрела на меня умильно-пьяненьким взглядом, — расскажи мне, как вы с ним познакомились.

— О-о-о, — протянула я, — это долгая история. Как-нибудь в следующий раз поведаю.

— Вероника! Не нервируй маму! — она потрепала меня по щеке, — мне жуть как интересно.

Я бы предпочла, чтобы она, как всегда, проявляла отстраненное равнодушие, чем вот это неуместное любопытство.

— Потом, мам, — ответила твердо, забирая у нее бокал с шампанским, — скажу только, что это было как в сказке!

Злой такой угрюмой сказке, про бестолковую Красную Шапочку и коварного Серого волка.

От дальнейших расспросов меня спас Кирилл. Он подошел к нашему столику и, сдержано улыбаясь, сказал:

— Марина Сергеевна, прошу прощения, но я украду у вас Веронику. Соскучился, сил нет.

— Конечно, — мама растроганно сложила руки на груди и, украдкой смахивая счастливые слезы, вернулась на свое место.

Кирилл бесцеремонно потянул меня за руку:

— Все, запарило меня это мероприятие. Пойдем.

— А как же гости? — прошипела я, внезапно испугавшись оставаться с ним один на один.

Кир легко подтащил меня к себе. Обнял, будто бы даже нежно и, склонившись у уху, жестко проговорил:

— К черту гостей.

— Даже ничего никому не скажем? Мы должны… — я попробовала упереться, но он сжал крепче, при этом галантно улыбаясь проходящей мимо пожилой паре.

— Я никому ничего не должен. Идем, — он повел меня сквозь толпу, легко пританцовывая, улыбаясь, обмениваясь фразами направо и налево, а я тащилась следом, как собачка на поводке.

— Кирилл! — воскликнула, когда мы вышли в холл и гремящая музыка осталась за дверьми, — так нельзя!

— С чего бы это? — он развернулся ко мне, нависая зловещей тенью, — поверь, никто из них даже не заметит нашего отсутствия. Всем плевать. Пожрали, выпили, а теперь бесятся.

— Но…

— Все, — он отмахнулся, — завязывай бухтеть. Поехали домой. Такси уже ждет.

Оказавшись в машине, Кирилл первым делом стащил галстук и небрежно бросил его на сиденье.

— Ненавижу свадьбы. Такая нудятина, просто капец, — откинулся на спинку сиденья и прикрыл глаза, будто и вправду устал.

Я сидела в углу, пытаясь отодвинуться как можно дальше от этого чудовища.

— Ты сам хотел свадьбу, — напомнила ему.

— Я хотел уесть Артура. И я его уел. Появление брата — единственный интересный эпизод за весь вечер. Хоть посмеялся.

Конечно, ему было смешно. Гребаный шутник.

Вскоре машина остановилась перед высоким домом-свечкой, с закрытой территорией и парковкой для жильцов.

— За мной, — просто скомандовал он и, не дожидаясь, пока я выберусь из машины, направился к подъезду.

Ни жива, ни мертва я следовала за ним, и от волнения даже не замечала, что вокруг необычайно красиво. Подъезд элитного дома сиял чистотой, консьержка приветливо улыбалась, в начищенных до блеска зеркалах отражались мраморные стены.

Мне было плевать на всю эту роскошь, потому что в голове крутился только один вопрос. Что сейчас от меня потребует Кирилл? От мыслей о первой брачной ночи просто выворачивало наизнанку.

Мы поднялись на последний этаж, Кир молча отпер замок и зашел внутрь, оставив дверь открытой, а я не могла себя заставить переступить через порог.

— Долго там топтаться будешь? — спросил раздраженно он, — или ждешь, что на руках занесу?

Я ничего не ждала. Опустив голову, шагнула внутрь квартиры, чувствуя будто с головой погружаюсь в болото.

Кирилл раздраженно расстегнул пуговицы и стащил с себя пиджак, отшвырнув его в сторону. Туда же отправилась рубашка. Я стыдливо отвела взгляд от совершенного мужского торса.

— Ну, что замерла, как цапля. Проходи, устраивайся, — махнул рукой в сторону гостиной, — я в душ.

Меня затрясло, но я послушно прошла туда, куда он оказал.

Гостиная была размером со всю нашу с матерью квартиру. Огромный телевизор на стене, мягкие диваны полукругом, пушистый бежевый ковер, с котором утопали ноги, но самое поразительное — это окна. Во всю стену, от пола до потолка, а за ними — весь город как на ладони.

Я подошла ближе, прижалась ладонями к холодному стеклу и уставилась на разноцветные огни, потеряно наблюдая за тем, как по дорогам снуют крошечные машины. Красиво. И почему-то невыразимо одиноко. Я чуть отстранилась и взглянула на свое блеклое отражение. Грустная девушка, в красивом платье, сама сломавшая свое счастье. Так глупо, так просто.

Когда за спиной раздались шаги, я обреченно зажмурилась.

— Я пошел, — просто сказал Кирилл.

Не понимая, о чем речь, обернулась к нему, и увидела, что он уже переоделся в простые джинсы и темную толстовку с капюшоном.

— Куда? — спросила растеряно.

— Туда, где по-настоящему весело, — Кирилл бодро вышел в прихожую и оттуда небрежно обронил, — прости, милая, тебя с собой не беру. Ибо на хрен ты мне там не сдалась.

Я слышала, как мой новоиспеченный муж чем-то гремит, обувается и зачем-то пошла следом.

— А мне что делать? — спросила растерянно.

— Понятия не имею, — пожал широкими плечами Кирилл, — если хочешь, помой полы, приготовь жрать. Или…или…да мне насрать в общем-то, чем ты тут будешь заниматься.

Сказал и ушел, а я стояла посреди чужой квартиры и не знала куда себя девать.