Пять поцелуев - Елена Трифоненко

В салоне красоты я не только сделала маникюр, но и наведалась к парикмахерше. У последней я вымыла голову (мне почему-то казалось, что от волос пахнет мясом) и сделала укладку. А после заперлась в туалете и минут пять полоскала рот. Ведь мне нельзя было оставлять никаких улик своего грехопадения.

По дороге домой я включила хозяюшку: купила хумуса и гречневых хлебцев. Мне очень хотелось порадовать Артема, показаться заботливой и ответственной.

Вот только мой мужчина встретил меня недовольным лицом.

— Лиза, я собирался искать тебя с собаками. Почему ты не берешь трубку?

Твою ж бабушку! Я забыла прибавить звук на телефоне после парикмахерской.

— Извини, — пробормотала я, скидывая туфли на шпильке. — Немного увлеклась наведением красоты. Но ведь для тебя же старалась, дорогой. А ты даже не замечаешь, как я похорошела.

Он скептически осмотрел мои ногти и покачал головой:

— Даже спрашивать не буду, сколько это стоит.

Я чуть было не обиделась. Вообще-то, до сих пор я у него и копейки не попросила на себя — вовсю трачу отпускные. И чего он на меня взъелся?

— Звонила мама, — словно в ответ на мои мысли признался Артем. — Пригласила нас сегодня на ужин.

— Хорошо.

Он нахмурился:

— Надо уже выезжать. Пока по пробкам доберемся до их дома — стемнеет.

— Ни слова больше, — пробормотала я и побежала в гардеробную.

Вдогонку донеслось:

— Быстрей давай, потому что я уже вызываю такси!

Вот зря он это сказал. В состоянии стресса у меня всегда происходит мысленный коллапс. И в этот раз тоже сработало охранное торможение — я замерла перед вешалками в замешательстве. И что же мне надеть? Белое? Розовое? А может быть, зеленое? К сожалению, Артем так мало рассказывал мне о матери, что я даже не представляла, как ей понравиться. Что ж, была не была! Я закрыла глаза и наугад ткнула рукой в первую попавшуюся вешалку. Отлично! Значит, желтое.

Пара секунд — и я натянула на себя одно из любимых платьев. Вообще-то отличный вариант: в таком от меня точно глаз не оторвать. Чтобы убедиться в своей неотразимости, кинулась к зеркалу. Кинулась и замерла. Эх! Белый лифчик совершенно сюда не подходит. Надо другой, телесного цвета.

Я стянула платье, чтобы переодеть белье.

— Такси подъехало! — крикнул Артем, заглядывая ко мне, и тут же побагровел. — Ты почему до сих пор в одних трусах?

— Сейчас! Я почти собралась.

— Ну-ну! — Он сердито покачал головой и с оскорбленным видом утопал прочь.

Пришлось максимально ускориться. Но я это умею. Уже через минуту я выскочила в прихожую и попыталась снова обуть ненавистные лодочки. Вот только отекшие от долгого сидения в салоне ноги решительно в них не лезли.

— Ну ты скоро? — в голосе Артема прорезались угрожающие интонации.

Я отбросила туфли в сторону и выудила с полочки босоножки, сунула ноги в них. Блаженство!

— Пойдем. — Артем сгреб с тумбочки несколько купюр и сунул их в карман светлых брюк.

А я… Я, как завороженная, уставилась в зеркало.

— Да что опять? — Артем закипел.

Я взглянула на него жалобными глазами.

— Не сочетается!

— Что?

— Желтое платье совсем не сочетается с серебристыми босоножками.

— Ну что за глупости? — На лбу моего мужчины проступили морщины (и правильно: давно пора, скоро уже четвертый десяток пойдет как-никак).

Я прямо в обуви снова побежала в гардеробную.

— Лиза!

— Я сейчас!

— Да ты издеваешься, что ли? — рыкнул он, и стало ясно, что меня ждет буря.

Интуиция не подвела: Артем жутко обиделся. Всю дорогу до родительского дома он отчитывал меня и костерил. Даже водитель проникся ко мне сочувствием и стал время от времени подмигивать. А я что? Я ничего. Старалась не особо вслушиваться: в конце концов, красота требует жертв.