Случайная жена для мажора - Мила Реброва

* * *

— И это всё? Слово моей дорогой невестки стоит намного дороже! — веселилась сестра, потешаясь над другом своего мужа, который предложил пятьсот баксов за честь развязать язык моей женушке.

Меня всё это уже достало. Мало того, что проторчали весь день в ресторане, так еще и дома продолжилось празднество. Столько лишних церемоний и традиций! Вот кому они нужны?

Отключившись от происходящего, я начал листать свою ленту в инстаграме, а когда очнулся, моя новоявленная женушка стояла рядом уже с целой пачкой зелененьких.

— Ну? Кто следующий? — подначивала сестра, явно получавшая от всего происходящего удовольствие.

— Может, хватит уже? Два часа ночи! — попробовал я урезонить ее.

Участвовать в этом фарсе и дальше не было никакого желания. Всё, чего мне хотелось, так это стянуть с себя тесный костюм и завалиться спать.

Я до сих пор не мог поверить, что встрял в такую передрягу и теперь связан с этой лицемеркой! Чем больше я думал о произошедшем, тем больше убеждался в том, что Рида специально села в мою машину. Видать, узнала каким-то образом про наш план с похищением невесты, и решила занять место кузины.

Девчонки вообще хитрые существа. Для такой, как Фарида, было большой удачей войти в нашу семью, так что неудивительно, что она решила поймать ее за хвост и заменить свою сестру. Чертова сиротка решила стать госпожой!

— Действительно, Диль, ты чуток увлеклась. Невеста устала, и пора бы закругляться, — поддержал меня ее муж Алихан, за что я был ему безумно благодарен.

К счастью, не став с ним спорить, сестра сама выпроводила гостей, чем я и воспользовался, быстро выскользнув из зала и, поднявшись в свою комнату, направился прямиком в ванную.

В душе пытался успокоиться, но даже холодная вода не остудила пожар в венах. Я злился и бесился. Заучка будет спать в моей спальне, в моей постели. Теперь мне придется с ней жить и называть своей женой. Еще и в школе все будут считать нас связанными!

Ударил кулаком по кафелю, но только содрал кожу, еще и кольцо, подаренное мамой в честь моей свадьбы, сдавило палец.

Сдернул его и швырнул куда-то в угол. К черту. Не нужны мне никакие знаки, связывающие меня с этим браком!

Наконец выбрался из душа, кое-как вытерся и, надев банный халат, вышел в комнату.

— Ох! — услышал из другого угла комнаты и резко обернулся на звук.

— Что ты тут делаешь? — спросил, а потом чуть не хлопнул себя по лбу. Она теперь спит тут. — Привыкай, женушка, — осклабился, не собираясь потворствовать ее скромности. Она хотела мужа — пусть смотрит. Буду ходить перед ней и без одежды если захочу. Щеки у девчонки стали красными, глаза забегали по сторонам, она пыталась смотреть куда угодно, только не на меня.

Бедняжка, должно быть, никогда не видела мужчину в таком виде. Ну ничего, я это исправлю. Использую любую возможность ей досадить!

— Ну что, ты довольна? — подошел к ней близко, намеренно смущая. — Добилась, чего хотела, тихоня?

Она вздернула подбородок и явно хотела что-то ответить, но только пожевала губы, как будто передумала высказывать свою мысль. Правильно! Ничего умного она не скажет! А лжи я нажрался вдоволь. А губы у нее ничего так, вскользь заметил я зачем-то, полные, яркого цвета даже без помады… Черт, не о том думаю! Не хватало мне только разглядывать ее!

— Иди в душ, а потом ложись в постель, — скомандовал я ей, поворачивая голову в сторону и делая приглашающий жест.

Испуганные глазищи уставились на меня в упор, в них плескались ужас и паника. Видать уже напридумывала себе небось что.

— Что не так? — спросил я у нее с недовольством. Каково черта она вздумала доставлять мне неудобства своим блеянием? Ни бэ, ни мэ, ни ку-ка-ре-ку. Не то что Мадина. Вот с ней можно было поговорить, а эта заучка молчит или мямлит. Взялась жена на мою голову. Можно поставить в угол вместо вазы, разницы не будет.

— Мы будем спать в одной постели? — испуганно пропищала эта мышь, руки взметнулись к горлу, длинные пальцы задрожали. Вот только мне было ее совсем не жаль, и пусть не пытается вызвать у меня сочувствие. Это я тут пострадавшая сторона. Решив поиздеваться над ней я сложив руки на груди, наклоняюсь поближе.

— А что? У тебя с этим какие-то проблемы? Ты теперь моя жена. Или забыла?

В расширенных глазах цвета шоколада мелькнул огонек страха, и она отступила на шаг назад. Я с трудом сдержался от того, чтобы не фыркнуть разрушив весь эффект.

— Можно я буду спать на по… — прошептала она, но я не расслышал фразу целиком. Где там регулятор громкости у этой тихони?

— Что ты там пищишь? Я не слышу.

— Можно я лягу на полу или на кресле? — сказала она уже громче и вроде как разозлилась. По крайней мере, я увидел, что она сжала кулаки и поджала губы.

— Жена должна спать с мужем, — продолжал я издеваться, получая удовольствие от ее страданий. Пусть во всех красках представляет, что будет ночью.

— Но я думала…

— Что ты думала? Когда садилась в ту машину, не просчитала последствия? Ума не хватило?

Я был намеренно груб, и ожидаемо из глаз тихони полились слезы, она задрожала и смахнула их рукой, умоляюще глядя на меня.

— Андрей, пожалуйста, давай не будем делать вид, что это настоящий брак. Я очень сожалею, я же говорю, что ничего не подстраивала, так вышло, это случайность.

Мне порядком надоели ее глупые и нелепые объяснения. Ни единому слову, срывающемуся с ее лживых губ, я не верил!

— Можешь не утруждаться и не дрожать, тихоня, — прервал я ее словесные излияния, рассмеявшись. — Ты что, правда думала, что я соглашусь лечь с тобой в постель?! Разве что в твоих мечтах! Ты себя хоть в зеркало видела?

Она отпрянула, глядя на меня с неверием и ужасом. А когда дошло, что я глумлюсь, разозлилась, но ничего не сказала, только глупо открывала и закрывала рот, как рыба, выброшенная на берег. До чего же она тупая. Такие рожи корчит, аж противно. Нет бы отстояла себя! Хоть уважение бы вызвала… Хотя вряд ли.

— Короче, спать будешь где хочешь. Хоть на коврике в ванной. Меня это не колышет.

Она должна страдать и морально, и физически. Я задался целью отомстить ей за свою испорченную жизнь, и я не отступлюсь, пока Фарида не поймет, что нельзя играть в такие грязные игры с живыми людьми.

После моих слов она с облегчением выдохнула. Видимо, перспектива спать на коврике в ванной пугала ее гораздо меньше, чем если бы она оказалась в моей постели. Но, когда она туда реально пошла, прихватив одеяло, мне захотелось вцепиться в волосы. Она что, совсем дура?

— Ты идиотка? — позвал я ее, останавливая у дверей ванной. — Спать будем на одной постели, только разделим ее свернутым одеялом. Вдруг кто зайдет. Не бойся, тихоня, я тебя не трону. Я лучше пообнимаюсь с крокодилом.