Отец подруги - Алайна Салах

— Саблины? Круто! — Лена ерзает на кожаном сиденье и, придвинувшись ко мне вплотную, шепчет на ухо: — Это родители Славки. Он обязательно Мишку с собой прихватит. Так даже ещё лучше, — глаза подруги загораются восхищением.

Не берусь уточнять, для кого лучше. Я привезла с собой учебники и собиралась подготовиться к занятиям. Богатого папы у меня нет, и всеми правдами и неправдами нужно показать отличный результат с первых же дней, потому что я хочу получить стипендию. Хоть какая-то помощь матери будет, чтобы она не зашивалась на двух работах.

Я опять отворачиваюсь к окну и стараюсь не вмешиваться в разговор Лены и отца, когда они обсуждают планы на ближайшие выходные. С удовольствием бы осталась дома одна, но отказывать мне неудобно. К тому же это всего лишь на два вечера. А потом я засяду за учебный материал.

Глаза не справляются с соблазном, и я снова задерживаю взгляд на коротко стриженом затылке Бориса Александровича. Сейчас понимаю, как глупо вышло утром, когда приняла этого мужчину за водителя.

Приняв душ, я разговариваю с мамой, а потом проваливаюсь в крепкий сон. Просыпаюсь уже утром от громкого звука будильника и растерянно озираюсь, не сразу сориентировавшись, где нахожусь. Впрочем, все быстро встает на свои места, когда в дверях появляется Ленка и с размаху плюхается ко мне на кровать.

— Подъем! Новый день нас уже ждет! Вытряхивай из рюкзака, что у тебя есть из одежды. Если шмотки, которые были на тебе вчера, лучшее, что у тебя есть, нам срочно нужно пройтись по магазинам. Так уж и быть, возьму на себя роль твоего стилиста.

— Лена-а, — измученно стону я и хихикаю. Не девчонка, а ходячий ураган. — Вообще-то мне ничего не нужно. Мало того что живу у вас на безвозмездной основе, так и ещё одеваться за ваш счёт? Нет. У меня хоть и не дорогие вещи без именитых ярлычков, но очень хорошего качества.

— Что-то подобное я и ожидала от тебя услышать. Тогда сейчас.

Ленка скрывается за дверью и минуты через три возвращается с ворохом одежды. Сваливает все на кровать и выуживает из кучи ярко-красный бикини.

— Ручаюсь, купальник ты не взяла. А он понадобится.

Я растерянно оглядываю лоскуты красной ткани.

— А не слишком откровенно?

— В самый раз, — тоном, не терпящим возражений, произносит Ленка. — Ну-ка, примерь.

— Позже. — Я осторожно откладываю купальник в сторону и с опаской кошусь на неплотно прикрытую дверь, из-за которой в этот момент слышатся шаги.

Не хватало ещё, чтобы Борис Александрович вошел, застав меня полуголой.

Хотя он и так увидит. И Миша. И неизвестные мне Саблины.

— Ладно, купальник позже, — смеется Ленка. — А вот это платье сейчас. Сегодня у нас по плану экскурсия. Я тебе еще не все показала. Успеем позубрить учебники, — хватает их со стола и забирает с собой. — Я в душ, и через пятнадцать минут встречаемся внизу.

Грудь заполняет приятное тепло. С ней всегда хорошо и весело. Мне с ней повезло.

4

«Из грязи в князи», — такая фраза вертится у меня на языке, когда Мерседес Лениного отца с сидящим за рулем водителем, тем самым, который не смог меня вчера встретить, останавливается возле внушительных кованых ворот. С приездом в Москву я будто попала в иной мир: сплю в комнате, сошедшей в картинок интерьерного каталога, разъезжаю в дорогой машине, одетая в платье из последней коллекции премиального бренда (это Ленка заставила меня его надеть, сказав, что оно подходит к глазам), а выходные планирую провести в особняке, где имеются собственные бассейн и теннисный корт. Разительный контраст для той, кто все сознательные годы прожил в крошечной квартирке на окраине и привык перемещаться по городу на автобусе.

— Ох, какая сегодня жара. — Перекинув через плечо набитую пляжную сумку, Ленка обмахивается рукой. — Никаких, на фиг, шашлыков. Хочу мохито и в бассейн.

Я смотрю на нее с немым восхищением. За три года ее жизнь круто поменялась, но сама Ленка нет. Стоя в шлепках, стоимостью в три мамины зарплаты, она ведет себя так же органично, как и вела себя в школе, нося конверсы и драные джинсы.

— То есть я лишился партнера по теннису? — раздается голос Лениного отца, при звуке которого я невольно вздрагиваю. Всю дорогу к дому Саблиных он ехал молча, углубившись в свой телефон.

— Ради победы над тобой не поленюсь помаяться на жаре.

— Мечтай, ребенок, — усмехается он и треплет Ленку по голове, отчего она начинает довольно улыбаться. — Ну что, идем? Долго расслабляться не сможем — у меня в семь встреча в городе.

— Вообще-то это наши с тобой выходные, — ворчит она и, поймав мой взгляд, театрально вздыхает. — Видишь, как сложно с моим папой? Только настроишься провести с ним день — ему куда-то нужно ехать.

На это я могу лишь натянуто улыбнуться. Я была бы счастлива иметь такие доверительные отношения с отцом. Играть вместе в теннис, шутить, обниматься. Хотя Ленка, скорее всего, и сама все это понимает.

— Думаю, Борис Александрович и сам был бы рад никуда не ехать, — говорю я из необходимости хоть что-то ответить.

— А вот тут ты ошибаешься, — Прильнув к плечу отца, Ленка выразительно морщит нос. — Папа трудоголик и не может ни дня провести без своей работы.

Неожиданно взгляд Бориса Александровича фокусируется на мне.

— А чем занимается твой отец, Сона?

Вопрос застает меня врасплох, и ответить получается не сразу. Я слишком поражена фактом, что отцу Лены есть дело до меня и моей семьи.

— Ничем. В смысле, раньше он работал в грузоперевозках, но больше нет… Потому что умер.

— Понятно. Давно?

Ком, подкатывающий к горлу всякий раз, когда речь заходит о папе, неожиданно растворяется. Я привыкла, что стоит мне упомянуть о его смерти, взгляды окружающих становятся сочувственными. Отец же Лены смотрит спокойно и прямо, и в его тоне совсем не слышна жалость.

— Около семи лет назад.

— Тебе одиннадцать было, значит. Восемнадцать ведь уже исполнилось?

Слегка покраснев, я опускаю взгляд в землю.

— Да, два месяца назад.

Внезапно обнаружившейся застенчивостью я себя жутко раздражаю. Мы с Ленкой вообще-то одного поля ягоды — бойкие и редко смущающиеся. А в последние два дня я себя не