Попробуй меня разлюбить - Мария Николаевна Высоцкая

Бросаю телефон обратно и выбираюсь из салона. Жадно вдыхаю влажный, пропитанный дождем воздух и, сложив руки на груди, направляюсь к магазину на автозаправке. Боковым зрением замечаю машину охраны, она едет за нами все это время.

Ступаю на решетку, и автоматические двери разъезжаются в стороны.

Данис меня не видит. Стоит на кассе, расплачивается как раз.

Прошмыгиваю к туалету, где, к счастью, нет очереди, и закрываюсь на защелку.

Удивительно, но в этом месте вообще почти никого нет. Один работник и две наши машины. Глухомань какая-то.

Быстренько сделав все свои дела, собираюсь выйти в зал. Толкаю дверь и почти сразу напарываюсь на Дана. Он стоит, опираясь на стену.

— Поехали, — поддевает меня под руку и практически выволакивает на улицу, потому что шаги у него быстрые, а я едва ногами успеваю перебирать. — Твоя вода, — впихивает мне в руки бутылку.

— Спасибо, — сворачиваю крышку с пол-литровой бутылки и жадно выпиваю практически половину ее содержимого. — Тебе сообщение, — киваю на телефон, который валяется на сиденье.

— Надеюсь, в этот раз ты не выкинешь его в окно?

Он надо мной смеется?

Год назад мы встречались на даче наших общих друзей. Я тогда была на нервах, и присутствие Кайсарова играло в этом чуть ли не главную роль. Тогда мой спектакль в идеальную жизнь провалился.

Весь вечер Дан делал вид, что я ему неинтересна, а когда я поднялась в выделенную мне спальню, он лежал на кровати прямо в ботинках. Такая злость тогда взяла. Именно тогда я швырнула его мобильник в окно.

— Как ты оказался в доме, где меня держали? — меняю тему в надежде, что он расскажет мне чуточку больше. Потому что теперь даже слегка улыбается, правда, ровно до того, как я открываю рот.

— Не задавай вопросов, ответы на которые тебе не понравятся, Катя. Можешь позвонить отцу, — протягивает мне телефон.

— Они сказали, что папа в чем-то виноват? Что это значит?

— Понятия не имею. Ты будешь звонить или нет?

Как только мои пальцы касаются сенсоров, на территорию заправки заезжает еще одна машина. Большой черный внедорожник.

Мельком смотрю в сторону припаркованного автомобиля, а потом абсолютно случайно задеваю глазами Даниса.

Он по-прежнему стоит рядом, но только теперь я отчетливо чувствую его напряжение.

— Все в порядке? — бормочу, а саму холодом обдает. Снова.

— Сядь в машину, Катя. И не возвращайся сюда, что бы ни произошло. Вот.

Он протягивает мне брелок.

— Ключи?

— В навигаторе забит маршрут, — продолжает на пониженной ноте. — Тебе нужно просто не сбиться с курса.

— А ты?

В ужасе кручу головой по сторонам. Ветер задувает под толстовку, и я ежусь.

— А я приеду чуть позже. Километров через сто пятьдесят будет город. Езжай в гостиницу, она занесена перевалочным пунктом. Когда доберешься, жди меня там. Если к трем часам я не приеду, бросай тачку и езжай к границе на автобусе. Предварительно позвони отцу.

— Я не понимаю…

— В машину садись, — повторяет, как только в приехавшей машине начинается какое-то движение. — В бардачке есть деньги и пистолет, — добавляет как само собой разумеющееся, а потом, потом крепко меня обнимает.

На глаза тут же наворачиваются слезы.

Глава 5

Машина большая. Я очень плохо чувствую ее габариты. Плюс дождь, в глазах рябит от скользящих по стеклу дворников. Я постоянно смотрю в зеркала заднего вида в страхе увидеть следующую за мной машину. Тот внедорожник.

Телефон Дана лежит на пассажирском кресле. Ему еще звонили. Несколько раз. Отец, какой-то незанесенный в телефонную книгу номер и… Лия.

Крепче сжимаю руль, стараюсь смотреть на дорогу и не отвлекаться.

Когда до города остается меньше двух километров, внутренний ужас достигает апогея. Я торможу на обочине и, выскочив из салона, опустошаю желудок.

Пальцы дрожат, да я вся дрожу. Еще и дождь. Ледяные капли затекают за шиворот толстовки. Ежусь и забираюсь обратно в машину.

В отель, отмеченный на картах, добираюсь минут через пятнадцать. Документов у меня нет, но за дополнительную плату администратор, она же по совместительству хозяйка, спокойно заселяет меня в самый лучший номер.

Самым лучшим, да и вообще номером в моем обычном понимании, это назвать сложно.

Комната с маленьким окном, в который попадает так мало света. Кровать, китайский телевизор с небольшим плоским экраном, шторы не первой свежести и обшарпанная дверь в санузел. Смотрю на нее, и заглядывать туда абсолютно не хочется.

Снимаю кроссовки и прохожу вглубь комнаты. Перед этим, конечно, закрываю дверь на ключ, а потом еще и на защелку.

Какое-то время хожу по номеру из стороны в сторону, сжимая в руках телефон. Решаю, что же мне делать.

Позвонить папе сейчас будет ошибкой. Он сразу поднимет людей и заберет меня.

А Данис? Что же будет с ним? Я должна его дождаться. Он приедет. Я точно знаю, что он приедет.

Его не убьют. Не могут убить…

А я не могу его оставить. Он же меня не оставил сегодня.

Дрожащей рукой сворачиваю крышку с бутылки и допиваю остатки минералки, которую принесла с собой из машины.

Забираюсь на кровать с ногами, а потом и вовсе сворачиваюсь на ней калачиком. Меня душит страх и неизвестность.

Как до этого дошло? Почему все это происходит с нами?

Мы познакомились с Данисом в школе.

Меня угораздило запереться в мужскую раздевалку.

Я только-только перевелась в лицей вслед за двоюродным братом, которого выперли из прошлой школы за то, что он взломал систему безопасности. Без Тима мне стало там слишком скучно, поэтому я уговорила родителей забрать документы.

Новый лицей был не хуже предыдущего. Класс встретил прекрасно. Я быстро нашла со всеми общий язык и почти с первого урока