Дядя придет за мной - Алла Железнова

– Флешку бандиты так и не нашли?

– Нет, она у меня.

– Здесь, в квартире? – вытаращилась я.

– Да.

Рома положил Оптимуса Прайма на стол и нажал на грудь. Внутренний карман, куда в фильме помещали энергетический куб, открылся и явил обзору микро-SD на тридцать два гигабайта.

– Мать моя женщина! – произнесла я шокированно. – Так вот почему ты везде таскаешь его с собой?

Рома кивнул. Это что же выходит? Другие бандиты могут додуматься, что у Ромки есть флешка? Боже мой. Еще мент этот странный. Свела же судьба!

– Ромка, без меня пока не высовывайся. Флешку нужно отнести в полицейский участок.

– Нельзя, там все подкуплены. Все гораздо сложнее, чем ты думаешь.

– Но делать же с ней что-то надо?

– Надо дождаться Максима.

Ну вот опять! Как же он не поймет, что дяди больше нет, и мы одни? Больше я перечить ему не стала. Просто приняла для себя решение, что нужно сыну верить. Он об этих делах, как оказалось, знает больше меня. И с Дуевым он не ошибся. Значит… будем надеяться, что дядя Ромы внезапно воскреснет.

– Хорошо. Только давай будем делать так. Перекладывай флешку иногда из одного робота в другого. Чтобы не вызывать лишних вопросов у окружающих.

– Давай, – кивнул сынок.

– Пойдем, – вздохнула я. – Надо принять ванну и запустить стиральную машину.

Остаток вечера мы привели у монитора и смотрели обещанных "Мстителей" и первую часть "Тора". Во время второго фильма Рома уснул, сидя у меня под рукой, удобно пристроив голову мне на плечо. В эту ночь мы снова спали вместе, на диване. Я не рискнула поднимать сынулю и переносить в его комнату.

С коллегой Натальей мне удалось пересечься и поговорить только через неделю. Мы сели на перерыв попить кофе, перед тем как отправиться на участок, обслуживать вызовы.

– Ну, карту ты уже брала? Смотрела? – спросила она.

– Да, ничего необычного.

– Он все так же утверждает, что дядя жив?

– Да, – ответила я с легкой грустью. – И ты знаешь, я ему верю. Что, если авария – это всего лишь инсценировка?

– Если бы! – фыркнула коллега. – Во время той аварии моя сестра как раз выходила из того самого торгового центра и видела, водитель был внутри. Машина перевернулась, мужчина пытался отстегнуть ремень безопасности. Это даже камеры наблюдения зафиксировали, а запись показывали в передаче «ЧП» через полмесяца. Но выбраться он не успел. Взрыв был довольно сильным, много человек тогда пострадало. Ходили слухи, что кто-то выстрелил в бензобак, и парню помогли.

Я передернула плечами. И правда, выжить было нереально. И все же…

– Когда примерно был этот выпуск передачи?

– Ну, где-то три года назад, в конце весны. Получается две тысячи тринадцатый год, ориентировочно май, – пожала Наталья плечами.

– Май, – повторила я вслух задумчиво. – Что ж, поищу.

– Да забей, – махнула она рукой. – Это, знаешь, как называется? Индуцированный психоз. Мальчик в это верит, и ты втягиваешься в его иллюзии. Начинай уже быть серьезней и вытравливай всю дурь из его головы. Нелегкий ты сделала выбор. Там же много было других неплохих ребят?

– Ромка мне в душу запал, с первого взгляда. А еще захотелось показать ему, что такое детство, – ответила я.

– Поздно для него уже что-то новое привносить. Знаешь, есть случай, и не один, когда порядочная семья усыновляет дитя проститутки и алкоголички, как бы они ни старались сделать из него порядочного человека, выходит это одним случаем на сто. Другие девяносто девять идут по стопам биологических родителей. И в этом не семья виновата, а гены. Будет твой Ромка бандитом.

– Довольно порядочным, – улыбнулась я. – Все же, несмотря на то, что родители у него террористы, воспитали они его очень даже хорошо. С ним никакой другой мужчина рядом не нужен.

«Если бы только его безопасности ничего не угрожало», – закончила я мысль у себя в голове. Незачем посвящать посторонних в переделку, куда мы так беспрепятственно оба влипли.

– Ладно, Наташ, – ополоснула я чашку над умывальником. – Спасибо за поддержку. Я на участок.

– Много сегодня?

– К сожалению, да. Восемь. У одного, по описанию, вроде как «опоясывающий герпес» проявился. Посылаю к инфекционисту, не хотят. Ждут на дом меня. Пойду, проверю свои подозрения.

– Ну, восемь – это не двадцать три, как зимой. И на том спасибо, – тяжело вздохнула коллега. – Передавай привет Роме. Может, помнит меня с тех пор, как медосмотр проходил.

– Ага, хорошо, – махнула я рукой, выходя из кабинета. – Да, кстати, Наташ, – заглянула я назад на мгновение, – заходила Анастасия Федоровна, ругалась на тебя. Говорит, больничный продлить матери Копыловой нужно было еще вчера.

– Да знаю я. В запое она. Пользуется подаренными выходными. Нет бы за дочерью ухаживать. Завтра будем со Светой акт заполнять.

– Ясно, до встречи.

– Давай.