Знакомство с герцогом - Салли Маккензи

Сара с ужасом уставилась на столпившихся в дверях людей.

Противный хозяин гостиницы то презрительно усмехался, то заламывал себе руки, словно сокрушенный позором, обрушившимся на его гостиницу; из-за его плеча глазели две ухмыляющиеся лакейские рожи. Вчерашний пьяный лорд безуспешно пытался подавить взрыв смеха, а впереди всех застыли две пожилые женщины – одна высокая, вторая пониже. Они жадно пожирали девушку своими пытливыми глазками.

– Джеймс! – повторила более высокая леди, на этот раз уже без визгливого крика.

Дамы не сводили глаз с подушки, которой девушка успела закрыть грудь: в остальном она была совершенно обнаженной. Вспомнив об этом, Сара вся залилась краской и соскользнула в постель, натянув одеяло до самого подбородка.

– Тетушка, как я рад вас видеть! Извините, что не встаю. – Джеймс тоже густо покраснел от смущения, заметив, что некая неуправляемая часть его тела неподобающим образом выпирает из-под одеяла, и поспешно изменил положение.

– Ах, Джеймс... – Казалось, охватившее его тетку негодование лишило ее запаса слов.

Герцог неуверенно улыбнулся, обозревая лица глазевших на них людей. Леди Глэдис Раньон, старшая сестра его отца, высокая и худощавая в свои семьдесят с лишним лет, не сводила с него потрясенного взгляда, краснея не меньше его самого. Застывшая рядом с теткой невысокая и хрупкая леди Аманда Уоллен-Смит, ее постоянная компаньонка, которой было немногим более шестидесяти лет, производила впечатление деликатнейшего существа, однако впечатление это было обманчивым. Стоило ей уловить в воздухе хоть тончайший след какой-нибудь новой сплетни, как она делала стойку и неслась вынюхивать все подробности. Вот и сейчас ее пронзительные карие глазки шныряли по комнате, впитывая все детали скандальной сцены, особо отмечая развешанные у огня вещи девушки и его панталоны, валявшиеся на полу. Затем ее инквизиторский взгляд приклеился к самой девушке, и Джеймс мог поклясться, что у этой старой лисы кончик носа стал подрагивать, словно она втягивала и запоминала этот новый для себя запах.

Бедная красотка, находившаяся рядом с ним в кровати, забилась еще глубже в постель.

Робби наконец удалось совладать с приступом смеха, и теперь его лицо с разинутым, как у рыбы на берегу, ртом маячило над головой тетушки Глэдис. Он подмигивал Джеймсу и несколько раз выразительно провел рукой по горлу. Тот не очень понял своего друга, но перерезать кому-нибудь горло, а лучше всего самому Робби, показалось ему удачной мыслью.

– Робби, будь добр, проводи вниз тетушку Глэдис и леди Аманду. И закрой за собой дверь.

– Но Джеймс...

– Тетушка, я спущусь сразу за вами. А сейчас, прошу вас, идите с Робби.

Когда дверь наконец закрылась, Джеймс облегченно вздохнул и повернулся к девушке. Она все еще пряталась под одеялом, как испуганный зверек, настороженно следя за ним огромными глазами. Для проститутки она определенно вела себя довольно странно.

– Только, пожалуйста, больше не кричите, – попросил он. – У меня и так уже в ушах звенит.

– А вы не делайте ничего такого. – Она взглянула на его грудь и поспешно перевела взгляд на лицо. – На вас есть какая-нибудь одежда?

– Нет, – честно ответил Джеймс. – А на вас?

Стыдливый румянец мгновенно залил ее лицо и быстро распространился на открытые шею и плечи. Ему страшно хотелось посмотреть, не заалело ли так же все ее тело, но для этого не было времени. Тетушка Глэдис не станет долго ждать – если он сейчас же не спустится вниз, она снова поднимется сюда и выгонит его из постели, не дожидаясь, пока он оденется.

Внезапно герцог задумался. Теперь, когда уже можно было не опасаться, что в него запустят подушкой, он обратил внимание на голос девушки – мягкий, мелодичный. Речь ее казалась речью образованного человека, ничем не напоминая болтовню местных проституток и даже дорогостоящих дам сомнительного поведения из Лондона.

– Вы говорите, как американка.

– Я и есть американка. – Девушка старалась смотреть прямо в лицо Джеймсу, заметно смущаясь видом его открытого торса, что тоже было необычным для проститутки. – Я только что приехала из Филадельфии.

– Вижу, милочка, вы проделали довольно длинный путь, чтобы посетить «Грин мэн». Мы, конечно, очень гордимся нашей гостиницей, но я не думал, что ее слава докатилась до вас через всю Атлантику.

– Я приехала сюда вовсе не для того, чтобы остановиться в вашей дурацкой гостинице, – отрезала она, – и должна вам сказать, она не произвела на меня сильного впечатления, раз уж у нее двери даже без щеколды!

Джеймс засмеялся.

– Что ж, если вы приехали не для того, чтобы насладиться сомнительным гостеприимством «Грин мэн», как же вы здесь оказались?

– Приехала в гости к своему дяде. Вчера почтовая карета добралась сюда слишком поздно, и я сочла невежливым являться к нему ночью.

Джеймс отлично знал всех людей в округе, но не слышал, чтобы у кого-нибудь из них была племянница в Америке.

– Приехали к дяде? И кто же это?

– Граф Уэстбрук.

Джеймс удивленно вытаращил глаза:

– Уэстбрук – ваш дядя?

– Ну да.

В светло-карих глазах девушки Джеймс увидел вспыхнувшие огоньки достоинства.

– Меня зовут Сара Гамильтон, и мой отец был младшим сыном графа.

– Дэвид! Да, да, он ведь уехал в Америку, – вспомнил Джеймс. – Значит, вы прибыли навестить графа Уэстбрука...

Он улыбнулся, потом у него вырвался короткий смех, а в следующее мгновение он рухнул спиной на подушку и разразился неудержимым хохотом.

– Ой, не могу! Господи! – задыхаясь от смеха, выговорил он. – Граф Уэстбрук! Поверить не могу!

Крепко прижимая к себе одеяло, Сара во все глаза смотрела на человека, который содрогался от хохота. Что за странное утро! А если он сумасшедший? Хотя она и была совсем голой, ей все же следовало броситься к тем пожилым леди и просить у них защиты, а теперь она упустила эту возможность.

– Не понимаю, что здесь смешного!

– Откуда вам это понять! – Мужчина сел в кровати, все еще усмехаясь. – По сути дела, я должен был бы плакать, а не смеяться. Но не думайте, я вовсе не расстроен. Этот необычный инцидент может оказаться самым замечательным из всего, что случилось со мной за долгое время.