Любовь и лёд - Lana Grech

Его молчание давило на нас обеих. Моя соперница, в отличии от меня, была на взводе, ожидая решения Виктора. Наконец, он заговорил:

― Ладно… решено. Завтра я создам программу для вас обеих на ту же музыку, которую я использовал для своей короткой программы…

Его предложение мы с моей тёзкой воспринято в штыки:

― На ту же музыку, что и у неё?! ― указав друг на друга ответили мы обе одновременно.

― Нет, у этой части есть несколько разных вариаций. Я пытался решить, какую использовать. Разумеется, для каждой из вас я придумаю свою программу. А раскрою программу через неделю, ― воскликнул он восторженно, ― Будете соревноваться в том, кто больше сможет удивить публику.

― Э-э-э ― воскликнули удивлённо в один голос.

― Так, давайте успокоимся, ― громко воскликнула я, ― эм… не хочу наказания за поражение…

― Виктор, сделает то, что скажет ему победитель! ― воскликнула россиянка, ― если так, то я за…

― Великолепно, ― ответил Виктор, ― условия приняты…

― Погодите минутку, ― вклинилась моя подруга вместе со своей младшей сестрой и своим супругом, ― позволите ли нам договориться с администрацией катка и организовать это событие. Соревнование между Анной из России и Анной из Великобритании?

― Конечно, ― ответил спокойно.

― Отлично, за дело, ― воскликнули они воодушевлённо и умчались в неизвестном направлении.

На следующий день во всех СМИ трубили о предстоящем через неделю соревновании между Шерман и Елисеевой.

Закончив тренировку все вместе отправились ко мне домой, на ночь глядя Елисеева вряд ли сможет так просто забронировать свободный номер в гостиницах Лондона.

Едва ли не с порога Аня Елисеева заявила:

― Где моя комната?

― Ты, остаёшься здесь, ― удивлённо воскликнула я, когда Елисеева спокойно уселась на кровать в моей комнате.

― Конечно! Ведь будет не честно, если ты заграбастаешь Виктора себе на всё время. Я останусь тут, поняла?

― Моё мнение, как я поняла, тебя мало интересует. Да, и к слову, свободных комнат нет, так что тебе придётся делить одну постель на двоих, ― ответила, коварно улыбнувшись, указывая на ту кровать, где сидела моя соперница.

― Ладно, ― вздохнула разочарованно Елисеева, ― и не плохо бы поесть. С утра маковой росинки во рту не было.

― Пошли, накормлю тебя, горе-соперница, ― ответила рассмеявшись, покидая свою комнату, добавила:

― Не хочу, чтобы ты упала в голодный обморок на нашем поединке, ― и обернувшись к стоящему у двери тренеру, произнесла:

― Виктор, тебя это тоже касается…

На кухне нас встретила моя мама и заметив незнакомую девушку поинтересовалась:

― Анна у нас ещё гости?

― Да, мама, извини. Это Анна Елисеева, она останется у нас на недельку до нашего с ней поединка.

― Приятно познакомиться… две Анны, как сложно, ― произнесла она задумчиво.

― Извините, что вот так навязываем вам своё присутствие, ― попытался извиниться и Виктор.

― Да, ничего страшного, чем больше людей, тем веселее, ― и обратившись к россиянке, сказала:

― Чтобы мне было легче вас различать, буду обращаться к тебе Аннет… ты же не против?

Мы с Виктором одновременно прыснули со смеху. Наверное, смешинка в рот попала.

― Не против, засмущавшись ответила теперь уже Аннет

― Вот и отлично, а теперь скорее садитесь ужинать, ― а обратившись ко мне попросила:

― Анна, сходи позови, отца, он работает в своём кабинете.

Кивнув, покинула кухню.

глава 6

Анна

Виктор, как и обещал потратив несколько часов своего драгоценного времени на создание коротких программ для нас с Елисеевой, представил их нам на следующий день, а не через неделю, как грозился.

Правда мы с Аннет ещё не знаем кому какая программа достанется, но интуиция подсказывает мне, что Виктор уже всё за нас решил и выбор нам предоставлен не будет. Вот так и случилось…

На катке в "Айс парке ― Лондон"…

― Сначала ты… Аннет. "О любви, любовь к ближнему", безоговорочная любовь, любовь бога, являющая собой самопожертвование и безвозмездность, ― сказал Виктор, выезжая на лёд.

"Мой тренер, как всегда не вероятен. Его пластика великолепна, и она полностью соответствовала той самой характеристике короткой программы, которую Виктор изложил перед прокатом". Откатав хореографию, обратился к своей землячке:

― Примерно так. Как тебе Аннет?

― Да, примерно поняла

― А?! Аннет поняла? ― воскликнула я удивлённо.

― Виктор, это было удивительно, ― произнесла восхищённо моя подруга, внезапно появившаяся рядом.

― Это ещё, кто? ― проворчала недовольно Аннет.

― А… это… моя подруга Дани, она работает здесь.

― Извините, что прервала вашу тренировку, но это было так восхитительно, что не смогла удержаться от аплодисментов, ― ответила Даниэль, глядя на Виктора с неподдельным восхищением.

― Следующая ты… Анна… начинай.

― Хорошо, ― ответила, нажимая номер музыкального трека на пульте, лежащем на бортике.

"Сейчас я увижу хореографию, которую Виктор сделал лишь для меня".

― О любви ― Эрос. Сексуальная любовь. Наслаждение, идущее за наслаждением. Человек тонет в них…

Он потрясающий. Этот соблазнительный взгляд и томное выражение лица, всё это дополняет невероятная пластика тела, через которую он открыто выражает все свои чувства. Я, женщина, но мне далеко до его уровня.

"А… я… смогу такое повторить?! Что-то я совершенно в этом не уверена".

― Анна… ну, как… тебе понравилось?

Я инстинктивно дернулась назад.

" Боже! Да от него за версту веет соблазном. Он похож на змея искусителя". Я вряд ли так смогу. Просто я совершенно не уверена в себе.

― А… э… ма… Эрос великолепен, ― выпалила я на одном дыхании.

― Правда?! А, касательно программы. Какие прыжки ты сможешь выполнить?

― Эм… тулуп и на тренировке могу выполнить тройной Сальхов, но на соревнованиях не смогла.

Он изучающе посмотрел на меня

― Но… если попрактикуюсь, то обязательно смогу… ― пообещала я.

― Ладно… тогда… попрактикуйся в основах. Сперва, я буду учить Аннет.

― А?!

― Сейчас, я не буду учить тебя тому, что ты не сможешь исполнить, ― сказал он назидательно, ― Ну… сколько раз ты ошиблась во время соревнований? У тебя же есть навыки для победы. Так почему ты не победила?

― Эм… ну… скорее всего… от нехватки веры в себя, ― ответила смущённо.

― Верно…