Переплетение судеб - Екатерина Котлярова

Одно дело слышать о похождениях любимого человека из чужих уст, а другое дело увидеть это собственными глазами. Я так сильно сжала карандаш в руках, что он разломался на две части и порезал мне ладошку. 

Боль немного отрезвила и привела в чувства. Я опустила глаза на порез на ладошке. Бордовые капли выступили на маленькой неглубокой ранке. Я достала белый платок и промокнула.

— Убери руки! — угрожающий рык Гереха заставил встать все волоски на моём теле.

Его низкий, хриплый голос вызвал тянущее чувство внизу живота. 

Я вскинула глаза на разыгравшуюся драму и тихо хмыкнула.

— Но, Гер! Почему ты так холоден со мной? — Дилания вновь попыталась коснуться щеки парня рукой, но Мавр перехватил её за талию сзади и оттащил в сторону. — Отпусти меня, придурок, — закричала она, брыкаясь в руках парня. 

— Что ты унижаешься, как последняя дура? — спросил первый красавчик школы, который уже не раз пытался пригласить меня на свидание, но нарывался на категоричный отказ.

Не нравятся мне люди с завышенной самооценкой.

— Имей хоть каплю гордости. Зачем ты ноешь, как побитая дворняжка? Я тебя могу согреть этой ночью, — Мавр пошло усмехнулся и ладонью ударил девушку по ягодице. Класс взорвался хохотом. Парни свестели.

Дилания стала выворачиваться из  рук парня, что-то громко крича и проклиная всех.

— Слышь ты, придурок, — Дилания отвесила хлесткую пощечину. — Я тебе яд подолью, чтобы ты сдох, как последняя тварь. 

— Детка, — Мавр с силой притянул девушку к себе и оставил поцелуй на её шее, — не кипятись. Я подарю тебе невиданное наслаждение. Меня даже не придется уговаривать.

Дилания покраснела и открыла рот, чтобы что-то ответить, но дверь в класс открылась, заставив всех замолчать.

— Доброе утро, — разрядил накалённую до предела обстановку в классе учитель древнеэльфийского языка. — Сегодня мы продолжим изучать прошедшее время. Как вы все помните на прошлом занятии мы… — я уже не слышала голоса женщины, погрузившись полностью в свои тяжёлые и тревожные мысли.

Я пыталась проанализировать сложившуюся ситуацию, недоумевая, почему Герех так разозлился из-за моих слов. Почему он так смотрел на меня? Почему потерял над собой контроль? Его зацепили мои слова? Или моё пренебрежение?

Целый час занятия я ловила на себе нечитаемые взгляды Гера, которые заставляли меня отчаянно краснеть и трепетать.

Пытаясь отвлечься, достала свой дневник и быстрыми движениями стала набрасывать на бумагу портрет Гереха.

Я хотела запечатлеть Гера таким, каким я видела его всего несколько минут назад. Красивым и яростным. Штрих за штрихом и на бумаге появился портрет парня — всколоченные волосы, вытянутые зрачки серых глаз, напряжённые плечи и стиснутые кулаки.

Кончиками пальцев огладила контур такого любимого лица, будто успокаивая.

Будто убеждая его в том, что сказанные мною слова, ложь.

Будто даря ему свою ласку и любовь, которую я не могла подарить ему в жизни.

Слишком разные. Слишком гордые. Слишком чужие друг для друга.

Я подняла глаза, желая посмотреть на гордый профиль ещё раз, но снова наткнулась на внимательный взгляд серых глаз, в которых плясали чертенята.

Парень сидел вполоборота и неотрывно следил за мной. Я вздрогнула всем телом и опустила глаза на парту.

Такое внимание жутко смущало и выводило из равновесия. Заставляло сбросить маску невозмутимости. Показать свои эмоции, которые я до этого момента так умело скрывала.

Как только над головой прозвучал мелодичный сигнал, означающий конец занятия, я захлопнула дневник и стала торопливо и без разбора кидать вещи в свою сумку. Попрощавшись со своими одноклассниками и демонстративно не глядя на Гереха, поспешила домой.

Чтобы побыстрее оказаться за дверьми своей комнаты и слить воспоминания в кабакуму[1].

Чтобы вновь и вновь пережить момент, когда парень смотрел на меня своими потрясающими серыми глазами. Чтобы представить, что его взгляды что-то значили…                                                                                                                       

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

[1] Это сосуд любой геометрической формы, наполненный водой, в котором житель Нумии может увидеть своё истинное желание, которое исходит из самого сердца или же оставить ценное воспоминание в специальном сосуде и просмотреть его позже.                                                                                   

Глава 4

Меланья                                                                        

Я медленно брела по зелёному парку домой, разглядывая белые камушки под ногами и изредка пиная их носком туфли, отправляя их в краткий полёт.

В моей голове царил жуткий беспорядок, и мысли хаотично разбегались в стороны, оставляя лишь оглушительную пустоту. Я несколько раз глубоко вздохнула, вытянула свежий, чуть прохладный воздух и попыталась собрать свои мысли вместе. 

Сердце тревожно сжималось, будто предчувствуя что-то. Будто давая понять, что что-то скоро случиться. Что что-то неминуемо приближается. Как снежная лавина, от которой невозможно никуда скрыться. Но этот снежный ком вовсе не пугал. Совсем наоборот. Я чувствую, что это что-то невероятно хорошее и светлое.

Что-то такое, что непременно сделает меня счастливой. Чуство похожее на ожидание праздника. Как в детстве, когда ты не можешь заснуть накануне своего дня рождения и представляешь, как оно пройдёт. Представляешь, как завтра все будут тебя поздравлять. Представляешь, как слуги приготовят твой любимый пирог, который пекут только раз в год. Как папа принесёт подарок, едва я открою глаза. 

Я вновь и вновь прокручивала в голове разговор с Диланьей. Реакцию Гереха. Его неприкрытую ярость, причину которой я не могла определить. Его жаркие, пронизывающие взгляды. Смешинки в любимых серых глазах.

И почему-то счастливо улыбалась.           

Хихикала, как маленькая девочка, прикрывая рот ладошкой и жмурясь от бьющего в глаза осеннего солнышка.

Я уже почти дошла до высоких чёрных ворот своего