Поспорь Со Мной - Элис Райт

Дело было летом, был адский ливень. Мы с мамой шли из магазина, где купили винил Guns N’ Roses для нашего проигрывателя. Они мне с самого детства нравились, если что. А мама, в свою очередь, поддерживала меня в моём увлечении музыкой. Папа, юрист по профессии, всегда говорил, что надо быть серьёзнее и музыка для мужчины – это отличное хобби. Я не питал особых надежд сделать карьеру музыканта, мне просто очень нравилась музыка, поэтому все были довольны и мы не спорили кем я стану, когда вырасту. Я хотел изучать историю искусства, либо стать архитектором. Серьёзно! Мне всегда было любопытно узнать откуда взялось то или иное направление в искусстве и как оно повлияло на человечество, равно как и интересно разглядывать разные сооружения и представлять, какие я мог бы самостоятельно спроектировать. Короче, в общем и целом, мне хотелось оставить свой след в истории, наверное. Но это не точно. Хотя…

Так вот, обсуждая как будем сейчас слушать мою любимую группу, мы собирались переходить дорогу, выглядывая из-под зонта. Навстречу шла пожилая женщина, которая уронила сумку с продуктами посреди дороги. Мама решила ей помочь. Я стоял рядом, когда увидел несущуюся машину. Дождь буквально лил стеной, я не знал, видел ли нас водитель. Я начал тащить маму в сторону, но она говорила, что он притормозит перед нами. Когда до нас оставалось метров десять, а скорость у него не падала, я заорал, что есть мочи, пытаясь сдвинуть маму, которая поднимала рассыпавшиеся яблоки, будь они не ладны. Мама, наконец, обратила внимание на автомобиль и в следующий миг вытолкнула меня с дороги. А машина налетела прямо на неё. До сих пор помню этот звук и свой то ли визг, то ли крик.

Мама спасла меня, а сама умерла. Моментально. Прямо посреди яблок этой пожилой женщины, которая, кстати, поспешно удалилась после аварии. Я остался наедине с водителем и мёртвой мамой, у которой местами торчали кости. Мне было тринадцать. Я был в шоке и оцепенении. Водитель что-то говорил, но я не помню. По-моему, что это моя мама виновата, а он просто не увидел или не справился с управлением. Потом он сел в автомобиль и уехал. Я так и сидел на дороге, прижимая маму к себе и умоляя её встать и пойти дальше. Спустя какое-то время другой автолюбитель остановился и вызвал «скорую». Но было уже поздно. Врачи сказали, что смерть была мгновенной. От удара её позвоночник был переломан в двух местах.

Впоследствии началось разбирательство и папа, подняв все свои связи, нашёл этого водителя. Его посадили за убийство по неосторожности вследствие превышения скоростного режима, а также дальнейшего бегства с места преступления. Вроде до сих пор сидит.

Но с тех пор моя жизнь изменилась. Какое-то время я не пел. Мне даже говорить было сложно. Я не смог оттащить свою маму с дороги. А она меня спасла, толкнув в сторону. Почему я тогда не спас её? Почему не схватил за руку и не оттащил, приложив больше силы? Я же видел, как он несётся на нас! Почему я тогда словно тормозной жидкости обожрался? Почему это всё произошло со мной? Почему мама была такая отзывчивая и решила помочь женщине, которая потом буквально сбежала с места преступления? Почему водитель жив, а моя мама нет?

Моя мама работала учительницей в школе, где я учился. Преподавала музыку. После этой трагедии папа сказал, что я там больше учится не буду, потому что это слишком для меня и перевёл в другую школу. Так я попал в класс к Майклу, Джею и Тайлеру.

Майк сразу же решил познакомиться поближе. Я особо не возражал, мне было одиноко. Он же мне тогда предложил начать играть в бейсбол, мол там весело и спортивные парни больше нравятся девчонкам. Не сразу, но всё же пошёл и втянулся. А Майк спустя год ушёл, сказав, что это не его. С Таем мы общались сначала только в классе, но потом начали и вне её стен пересекаться.

Но самую главную лепту в моё возрождение внёс, как ни странно, Джей.

Однажды, когда мне уже исполнилось четырнадцать, мы тусили у нашего знакомого перед Новым Годом и Джей решил поиграть на акустике. Я не знаю, что тогда двигало мной, на тот момент я не пел около полугода, но вдруг открыл рот и запел. До сих пор помню лицо Джея и остальных парней. Джей замер тогда и, в шоке повернувшись ко мне, сказал, что я: «Грёбаная будущая звезда и просто обязан петь». Я ничего не ответил. Но вы же знаете Джея. Если он что-то вбил себе в голову, то проще сразу сдаться. Но тогда я этого ещё не знал. С того дня он каждый день подходил ко мне и говорил: «Ты будешь грёбаным идиотом, если откажешься. Давай создадим группу. Не зарывай свой талант. Хотя бы попробуй».

Майк тоже наседал, но не так сильно. Он просто шутил, что я и спортсмен, и музыкант и, что отбираю у него всё женское внимание. Тай молчал и не лез ко мне. Этим он мне нравился ещё больше.

Спустя пару месяцев ежедневных приставаний Джея я сдался. Рассказал отцу, и он счёл это неплохой идеей. Нашёл нам репетиционную базу, мы нашли остальных ребят и начали играть. Репертуар у нас с первого дня был определён. Все хиты классического и хард-рока. Guns N’ Roses мы тоже пели. Мне было тяжело, но я через силу, закрыв глаза, пел и посвящал каждую песню моей маме, вспоминая, как я тогда стоял около дороги с их пластинкой в руках, видя, как она подлетела от удара. Но она любила эту группу. Я тоже. Поэтому по сей день пою их. Так она ближе ко мне. Так я чувствую её присутствие и поддержку.

На репетициях, кстати, всегда было очень весело. Майкл просто не давал нам спокойно играть и расходиться по домам. А в компании Алекса и Мэтта каждая наша встреча превращалась в спектакль с шутками, танцами и ором. Это было неплохо, правда. Благодаря этим придуркам я начал вновь улыбаться. До сих пор в памяти всплывает момент, когда я весь такой серьёзный пел песню Radio Ga Ga группы Queen, а Майк, придурок, начал танцевать ча-ча-ча, пытаясь перекричать меня. Ему эта песня в то время очень нравилась. Короче,