Обречённые на исцеление - Ирина Волохова

- Тогда позволь спросить – когда именно ты собираешься стать ренегатом? – он осторожно приблизился, так же склонившись к моему уху.

- Когда наши команды встретятся в колизее. Надеюсь всех удивить и неплохо развлечься.

- Откуда знаешь про колизей?

- Из истории о тебе. Я, в принципе, знаю, какие примерно события произойдут.

- Что, я стану Королём Шаманов? – его смешок защекотал кромку волос за ухом.

- Говорить, кто именно станет Королём, я не буду. Лишь дам совет – не теряй бдительности. Держись в стороне. Останься тайной для всех. Тогда шансов гораздо больше. И ещё одно – не забудь выпить кофе с братом. Он попытается научиться понимать тебя изнутри.

В этот миг я почувствовала его напряжение, но оно моментально схлынуло, будто ничего не было.

- Как твоё имя?

- Аи меня называй, как и моя хранительница. Настоящим именем мучить не стану, всё равно не выговоришь правильно. – я повернулась и мы почти соприкоснулись носами. Взгляд глаза в глаза. Распахиваю глаза чуть шире, чтобы лучше запомнить его. Сердце ухнуло вниз то ли от страха, то ли от восторга… а я, кажется, очень сильно покраснела.

- Увидимся, Аи.

- До встречи, Хао.

Он исчез, вспыхнув.

- Аса?

- М-м?

- У меня сейчас сердце из груди выскочит! И язык, как помело! – я осела на землю, – Он… он…

- Что случилось?

Но я закрыла лицо руками и тихо-тихо заревела.

====== Глава 2. Беседы о посредственном. ======

Поединки прошли без особых напрягов, да и интересного ничего не было. Мы с Асанохой просто уходили в глухую защиту, ожидая когда у оппонента кончится фурёку и развеется сверхдуша.

На собрании патчей ко мне прицепились трое девчонок, достаточно слабеньких. Было удивительным, как они вообще смогли пройти отбор. Все родом из Японии. Я запомнила только примерно их имена – Сацу, Казуми и “Жень-Шень”. У третьей имя в переводе означает цветок жень-шень, потому я решила, что и буду так её называть. Мне было до лампочки, кто они, насколько сильны, какие у них мотивы для участия в турнире. Со стороны они смотрелись спокойными и опрятными, я же среди них выглядела дикаркой со своей повязкой с оленьими рогами и бусами с перьями в волосах. Они особо не докучали, лишь спросили, насколько я сильна. Пришлось щелчком пальцев остановить сердце Казуми, а затем воскресить её. Да, я объяснила, что после этого она стала сильнее, но не на много. Больше девочки меня ни о чём не спрашивали и молча держались ещё ближе какое-то время. Косые взгляды индейцев их немного отпугнули, и единственными, кто поддерживал со мной связь, остались Казуми и Жень-Шень. Сацу резко слилась и отказалась участвовать в турнире, как поведала мне Шень.

Хром, Силва и Калим были всё так же рады кроличьему мясу и не хотели меня оставлять, сетуя на то, что я останусь без защиты. Я. Без защиты. Ага. Уж скорее вы, ребят. Их гипер-опека выбивала землю из-под ног, особенно после моей истерики в парке у пруда. Калим со своим сочувствием, ахами и вздохами, был вообще похож на курицу-несушку, трясущуюся над цыплёнком.

- Да хватит уже! – выкрикнула на английском, когда индейцы меня особенно достали, – Моей душе в два с лишним раза больше лет, чем тот возраст, на который я выгляжу! И вообще…

Но мне не было страшно тогда, рядом с Асахой, и патчи совсем этого не поняли или не хотели понять, или принять, как факт: продолжали сдувать с меня пылинки, оберегать от всего на свете. С Хао было максимально спокойно и комфортно – внутри мальчишки спрятался взрослый мужчина, как-никак. Меня напугало другое, как я и мой молодой организм отреагировали на то, что он находился так близко. Ещё никогда в своей жизни я не испытывала чего-то подобного – чтобы мальчик, молодой человек или мужчина завораживал одним только взглядом, да так, что жить после, не ощущая этот взгляд, будто страдать от постоянного удушья. И оно всё сильнее с каждой минутой.

Мы с лисой медленно брели вокруг пруда в парке, просто прогуливаясь и убивая время. Тогда я и захотела поделиться с ней накипевшим.

- Аса? – тихо окликаю лисицу.

- Ты две недели молчала. – она скосила на меня взгляд и усмехнулась, – Долго анализируешь. Я уже всё поняла.

- И что думаешь по этому поводу?

- Что ничего удивительного в том, что ты с первого взгляда в него влю…

- Это не любовь, Аса. – я отрицательно покачала головой, а голос прозвучал так обречённо, что сама не ожидала, – Это даже не влюблённость.

- А что же тогда? – она резко скакнула вперед, разворачиваясь и преграждая мне путь.

- Инфекция. Твой сын, как паразит, вгрызся мне под кожу одним взглядом и теперь ползёт под ней, поглощая меня изнутри. – я обняла себя за плечи до боли стиснув пальцами, – Я будто теряю саму себя. Вот что по настоящему страшно. Я больна им.

- Уверена?

- Прости, Аса. Я не знаю, как по другому это объяснить. Я бы отличила влюблённость и любовь. Так происходило в моей прошлой жизни с мужем – сначала интерес, потом бабочки в животе, а потом пришло ощущение защиты. А тут всё в обратной последовательности, начиная с чувства защищённости, только после бабочек мне стало страшно. Будто я сама себя предала собственными чувствами.

Я медленно обошла её и побрела дальше по тропинке, опустив голову и глядя под ноги. Так прошло несколько минут, прежде чем Асаноха нагнала меня.

- Прости, что посмеялась. Я и не догадывалась, что тебе может быть плохо. – она приноровилась к моему шагу и теперь кончиками шерсти касалась моего плеча, – Думала, что ты и правда влюбилась.

- Я влюбилась в него очень давно. Задолго до того, как встретила мужа. Может именно потому я и запаниковала, и расплакалась. Удивительно, что это чувство никуда не делось после стольких лет. – Мы дошли до очередной лавочки. Я направилась к ней и присела