Драконова воля. Книга вторая - Агата Грин

Вот тут-то я испугалась.

— Это связано с императором? — шепотом спросила я.

— Да. Ситуация такая, что на обсуждения нет времени. Вы… — молодой человек сбился и, поглядев снова на мой живот, продолжил: — Вы сейчас в особом положении. Эньор Гелл хочет обезопасить вас от любого риска. При мне деньги и нужные бумаги. Билеты я уже приобрел.

— Но что произошло? — не отставала я. — Что сказал император?

— Пожалуйста, эньора, не тратьте время. Собирайтесь.

Когда Нереза увидела гостя, ожидаемо рассердилась.

— Это еще что такое? — выдохнула она. — Что ты здесь делаешь, Вито? Эньора, зачем вы впустили его? Нельзя никого впускать!

— Вы меня с детства знаете, Нереза, — укоризненно протянул молодой человек.

— Вот-вот, знаю! Прохвост и бабник!

На лице «бабника» и «прохвоста» появилась проказливая улыбка, которая, впрочем, тут же пропала.

— Собирай вещи, Нереза. Твои господа уезжают.

— Как? Куда?

— Приказ владетеля.

Обычно, услышав эти два слова, имперцы не задают вопросов, но Нереза возмутилась так же, как и я:

— Что еще за шуточки? Никуда господа не поедут, не до этого им!

— Поедем, — сказала я, несказанно удивив служанку.

Она не раз была свидетельницей наших с Брадо споров о том, где и как подобает жить пладам, и знала, насколько мне нравится в Тихих огнях. Проницательная Нереза поняла, что все серьезно, и спросила:

— Сколько у нас времени?

— В восемь вечера отправление, — ответил Вито.

— Свои вещи мне тоже собрать?

— Да, — без раздумий сказала я; мне даже представить страшно, что я останусь без Нерезы хотя бы на день.

Кивнув, служанка ушла собирать вещи.

— Где ваш муж, эньора? — спросил Вито.

— На работе.

— Мне нужен адрес.

— Да постойте вы, — попросила я. — Вы выглядите ужасно уставшим. Вам нужно передохнуть и подкрепиться. Идемте на кухню.

— Вы очень добры, эньора, но ждать нельзя, и…

— Хотя бы чаю попейте с пирогом!

Вито сдался и ненадолго задержался в доме, чтобы перекусить и перевести дух. Естественно, я попыталась выпытать у него, что случилось, раз Брадо так скоропалительно решил переселить нас с Рензо, но Марино оказался крепким орешком.

Когда он ушел за Рензо, я стала помогать Нерезе.

— Страшно мне, — призналась женщина. — Да еще и Вито приехал…

— Вы ему не доверяете?

— Наоборот, он хороший мальчик. Будь я владетелем, именно его бы отправила по важному делу.

— Не переживай, Нереза. Я знала, что нечто подобное произойдет. Брадо, видимо, решился на серьезный шаг и перестраховывается. Как только все устаканится, мы сюда вернемся.

— Надо было предупредить. Разве можно пугать беременную женщину? Вам и так тяжко, а тут еще и это…

Я заверила Нерезу, что в этом нет ничего такого, и я ожидала подобного, но на самом деле опасения и мысли у меня были те же, что и у нее.

Что произошло? Где Брадо хочет нас спрятать и почему?

Ровно в восемь вечера поезд тронулся, и мы покинули Тихие огни. Несмотря на обстоятельства отъезда, я испытывала радостное возбуждение — первый раз на поезде еду! — и донимала спутников расспросами: «А что это, а что то?», «Когда у нас будут проверять билеты?», «Когда следующая остановка?» Рензо и Вито терпеливо отвечали, а вот Нереза сидела молча, вцепившись в свою сумочку — это было второе в ее жизни путешествие на поезде, и удовольствия оно ей совершенно не доставляло.

Паровоз набрал скорость, и пейзаж за окном превратился в темное смазанное пятно. Вагон качнуло; Нереза пробормотала молитву и закрыла глаза.

— Не бойтесь, Нереза, — сказал Рензо. — Поезд — надежный транспорт.

— Говорят, эти громадины взрываются…

— Да, бывало, что котел взрывался, но сейчас следят за техникой безопасности. Поезд, в котором мы едем, был разработан гениальным конструктором Ферсом Годажем, а значит, он идеален. Вот, например, знаете, какая технология используется для улучшения конденсации?

Я закатила глаза. О паровозах, паромобилях и прочем «паро» Рензо готов говорить часами, но не все готовы его слушать. Нереза, например, слышать о поездах и непонятных технологиях совсем не хочет… Я взяла ее за руку и легонько сжала. Служанка осмелилась открыть глаза и, посмотрев на меня, спросила:

— А вы-то сами как, эньора? Не страшно, что эта грохочущая махина взорвется?

— Абсолютно не страшно! Я тоже полностью доверяю поездам Годажа и не только поездам. Надеюсь, когда-нибудь в будущем у нас будет своя машина на паровом двигателе, да, Рензо?

— Да, — кивнул тот, — к старости как раз накопим на такую.

— Неужели автомобиль стоит так дорого?

— О-о-о да.

«Ничего, — поглаживая живот, подумала я. — Счастливый дедушка Брадо сделает нам такой подарок».

К слову о Брадо… Я снова попробовала узнать что-то о нем.

— Так что случилось, Вито? Объясните хотя бы в общих чертах, — попросила я.

Молодой человек покачал головой; вид у него по-прежнему был усталый, а во взгляде таилась тревога.

— Скажите хотя бы, куда мы едем?

— На юг.

— Куда именно?

— Узнаете.

Вздохнув недовольно, я опустила руку на живот и почувствовала, что хочу в туалет. Но вот беда: мы едем в вагоне каретного типа, не оборудованном туалетом. Особенно смелые пассажиры могут добраться на подножках до вагона-ресторана — там имеется туалет, но такой фокус в нынешнем положении уж точно не для меня, а до следующей остановки два с половиной часа.

Эти два с половиной часа дались мне нелегко, и я отвлекалась как могла: мысленно возвращалась в наш дом в Тихих огнях, который внезапно пришлось оставить; прикидывала, куда именно нас везет Вито; размышляла, не начал ли Брадо официальную процедуру развода.

Ко времени, когда поезд остановился на южной границе Тоглуаны, я уже ни о чем не могла думать, кроме как о посещении туалета; Нереза с Вито остались в купе, а мы с Рензо поспешили к заветному помещению на станции. Меня как беременную пропустили первой.

Испытав, наконец, облегчение, я вышла к Рензо и сразу поняла, что произошло что-то плохое. Юное лицо моего мужа побелело, а глаза потемнели; он заставил себя улыбнуться и проговорил искусственно беспечным голосом:

— Все хорошо?

— Да… — вымолвила я, впиваясь в Рензо взглядом.

Какая-то женщина в толпе пассажиров, заполнивших перрон, воскликнула:

— Ох, горе-то