Мирра. Сердце Зорры - Александра Аливари

— Погодите изучать, профессор Линк. Сперва надо определиться, на какой факультет зачислить этот самый феномен, — строго одернула профессора высокая худосочная дама в маленьких очках-полумесяцах.

— Она определенно имеет склонности к иллюзорной магии. Но в ней прослеживается слабый неясный Талант.

— Он спрятан слишком глубоко. Боюсь, если мы начнем копать, можем нарушить баланс аур.

Я вертела головой и улавливала лишь малую толику смысла произносившихся слов. Решалась моя судьба, но я не ожидала, что решаться она будет с таким энтузиазмом со стороны преподавательского состава академии. Глухой протест начал подниматься в душе, но я изо всех сил пыталась не давать ему воли. Показывать свой характер было еще рано.

На данный момент больше всего меня волновала Из. Она не реагировала на мой зов и вела себя необычайно тихо. Я чувствовала ее присутствие, но не могла дотянуться мысленно. Это беспокоило, ведь я не хотела потерять ее. Без нее я почувствовала себя беззащитной. Несмотря на то, что присутствие Из в моей жизни вызывало определенные сложности, она уже стала неотъемлемой частью меня. Я не представляла свою жизнь без этого вредного, острого на язык альтер эго. Кто я без него?

Члены комиссии отошли в сторону и продолжили яростно спорить, решая, на какой факультет меня определить. Все, что я поняла из обрывков их фраз — сила моей магии гораздо выше среднего. Я не понимала, как такое возможно, моя магия никогда не была хоть сколько-нибудь выдающейся, и тем удивительнее была вся эта ситуация.

— Как вы? — хриплый голос выбил меня из глубокой задумчивости. Я недоуменно вскинула глаза и посмотрела на стоящего неподобающе близко мужчину. На миг дыхание сбилось, и я невольно сделала шаг назад.

— Не знаю. Я не ощущаю ничего, о чем можно было бы рассказать.

— Что вы сделали, когда коснулись артефакта?

— Ничего. С чего вы взяли, что я что-то сделала? — ощетинилась я в ответ.

— Камень Истины, хоть он и является самым древним артефактом в Зорринии, обычно так себя не ведет, — ответил он, — что бы вам ни говорили многоуважаемые профессора.

— Я прошу прощения, а кто вы, собственно, такой? — я начинала закипать и едва держала себя в руках. Этот человек одновременно пугал и раздражал. Он стоял слишком близко и внимательно рассматривал меня, словно я была какой-то неведомой зверушкой.

— Позвольте представить вам декана Дамиано, — сказал ректор. — Вы только что успешно поступили на его факультет, адептка Эштер! Добро пожаловать на факультет Иллюзий.

Я и тот, кого мне только что представили, уставились на довольно поглаживающего бороду магистра Арнольдса.

— Вот как… — тихо и довольно угрожающе проговорил декан Дамиано. Очевидно, его не устраивало сложившееся положение дел. Интересно, почему? Этот вопрос занял меня настолько, что я очнулась только когда чьи-то пальцы крепко схватили меня за локоть и потянули.

Вздрогнув от бесцеремонного вторжения в личное пространство, я недоуменно перевела взгляд ниже. Невысокий профессор Линкс рассматривал мою руку, поднеся ее к крохотным, сверкающим неподдельным любопытством глазам в круглых очках. Все в этом маленьком человечке было как будто взято у человека обычного размера и уменьшено раза в два. Он не был снорком, но и человеком в обычном понимании — тоже.

— Как же это произошло? — бормотал он, практически обнюхивая меня. — Откуда такая сила? Я определенно не чувствую ничего особенного.

— Профессор Линк, давайте оставим девушку в покое. На сегодня с нее достаточно потрясений. Ей нужно устроится в общежитии и получить учебники. — Мне на помощь поспешила та самая строгая женщина в очках-полумесяцах.

Она подхватила меня под руку и практически поволокла за собой. На приличной скорости мы покинули достопочтенное общество профессоров и направились по просторному коридору в сторону выхода.

— Меня зовут профессор Мевдис, — представилась женщина, продолжая набирать скорость. — Я куратор первого курса. Если у вас возникнут какие-нибудь вопросы — обращаться ко мне. Если возникнут проблемы — тоже ко мне. Если возникнет желание поплакать, пожаловаться, посетовать на тяжелую студенческую жизнь — это уже не ко мне, это к психологу на третьем этаже. Меня подобными глупостями утомлять не стоит.

— Я не собираюсь плакаться вам в жилетку, профессор.

— Ну вот и отлично. Предупрежден — значит вооружен, адептка Эштер! — довольно проговорила профессор Мевдис, так стремительно летя по коридору, что я еле поспевала за ней. — Сейчас я провожу вас в комнату. У вас есть следы Таланта, поэтому мы поселим вас в одноместную камор… комнату. Мы поселим вас в одноместную комнату.

Здание общежития находилось недалеко от главного корпуса академии. Оно состояло из семи башен, по одной на каждый факультет. Видневшаяся вдалеке башня факультета Иллюзий была самой высокой — к ней мы и направились.

Слушая профессора Мевдис, я уяснила, что этажи общежития делились на женский, мужской и преподавательский корпуса. Женский находился на втором этаже, но моя комната, по неизвестной мне пока причине, оказалась на третьем, преподавательском, в конце коридора.

Комнатка, дверь которой со скрипом отворила куратор, была крохотной и невероятно грязной. В ней явно давно никто не жил, и, по правде говоря, я понимала почему.

Стол, кровать и шкаф не оставляли пространства для маневра, а маленький свободный от мебели кусочек паркета был таким грязным, что пыль, наверное, можно было снять одним пластом, просто поддев краешек носком туфельки. Впрочем, пачкать единственную парадную пару туфелек о грязный пол вовсе не хотелось.

До приезда сюда я не питала никаких иллюзий насчет комнат в общежитии. Но суровая студенческая реальность меня ужаснула. Судя по всему, Из тоже впечатлилась. Вынырнув наконец из глубины моего сознания, она истошно завопила:

— Это что? Наша комната?!

Наверное, вид каморки снова отправил Из в бессознательное состояние, потому что поток ругательств в голове резко оборвался и сменился сердитым пыхтением. Мне тоже хотелось кричать и ругаться, как портовый грузчик, но не позволяло воспитание и природная сдержанность. Ожидая каких-либо объяснений, я медленно повернулась к профессору Мевдис.

— Ну что вы так на меня смотрите? — всплеснула руками женщина. — Я знаю, что вы аристократка и не привыкли к подобным условиям, но наличие у вас Таланта необходимо скрывать, пока мы не сможем определить его природу. Таковы указания ректора.

— Зачем это скрывать? — поинтересовалась я.

Я была вовсе не против сохранения Таланта в тайне ото всех, это было мне на руку, ведь мне не хотелось объяснять дяде, почему я скрыла от него настолько важную информацию. Но меня тревожили мотивы ректора.

— Затем, адептка Эштер, что обо всех Талантливых необходимо докладывать Правящим. Ведется строгий учет, а