Рука и сердце Ее Высочества - Аманда Франкон

Глава 3

Лучиана

Утро после бала не задалось: как всегда после шумной музыки и вин болела голова, да ещё и дождь барабанил по окнам, так что я даже не могла прогуляться по саду, чтобы освежиться.

Вместо отдыха, которым сегодня и в ближайшие три дня мне полагалось наслаждаться, я шла в малую гостиную, где мы с графом Наварро договорились встретиться, чтобы ещё раз обсудить план конкурса. Как по мне – пустая трата времени, программу развлечений мы с ним перепроверили уже вдоль и поперёк, и далеко не единожды, но он настаивал, а я не нашла подходящих аргументов, чтобы отказать.

– Кто из принцев вам понравился больше? – сопровождавшая меня фрейлина, Изабелла, взглядом наивных глаз могла покорить любого мужчину, но, так как объектов для охоты в округе не наблюдалось, держалась спокойно и даже по-деловому.

– Понравился? – удивлённо переспросила я, покосившись на спутницу. – Как мужчина или как король?

Настал черёд Изабеллы удивляться. Она сделала со лба вьющийся локон каштановых волос и сжала пышные губы, отчего они стали выглядеть ещё более привлекательно. Объективно выглядела фрейлина эффектнее меня – миндалевидный разрез глаз, тонкий носик, изящные линии бровей. Я бы не взяла ее в свиту – слишком уж проигрышно смотрюсь рядом с ней без косметики – если бы не её циничный ум и зоркий глаз, способный подмечать интересные детали.

– Как будущий муж, – уточнила Изабелла, и я усмехнулась.

– Никто. Пока. А ты что думаешь о них? – я специально замедлилась, оттягивая неприятный момент встречи с Армандо. Подождёт, с него не убудет.

– Карим – типичный торговец, у него на лбу написано, – принялась перечислять фрейлина, кокетливо загибая тонкие пальчики.

– Он – второй по старшинству сын, его готовили к роли управителя торговыми делами. И он этой роли вполне соответствует, – тихо сказала я и посмотрела в окно.

За стеклом ветви деревьев гнулись от сильного ливня, и я остановилась, чтобы хоть недолго посмотреть, как потоки воды скатываются с крупных листьев на потемневшую от влаги траву. До малой гостиной оставалась всего пара шагов, и чем ближе к ней я подходила, тем меньше мне хотелось видеть первого советника: интуиция подсказывала, что меня ждёт крайне неприятный разговор.

– Принца Лайонела раскусить нелегко: он либо профессиональный интриган и великолепный актер, либо всего лишь хороший кавалер и примерный сын своего отца, – продолжила Изабелла, загибая второй палец.

«Раскусить»… Я посмотрела на отражение фрейлины в стекле, но как всегда не нашла ни одного изъяна. Однако жаргонные фразы, которые она бросала время от времени, часто настораживали меня. Я много раз перечитывала её идеальную родословную, характеристику от её гувернанток, опрашивала других дам, но ни разу не находила ничего подозрительного. Ни одного замечания, порочащего ее честь.

«Благородная девица с безупречным воспитанием из хорошей семьи» – других слов о ней я ни разу не слышала. Похоже, она немного расслаблялась только в моём присутствии, что странно, ибо опасно. Или специально давала мне ключи к тайне, которую я не особенно стремилась разгадать?

– Вождь Бранн, по-моему, хороший человек, – слова Изабеллы на этот раз ввели меня в ступор. Я повернулась к ней и с сомнении посмотрела на красавицу.

– Ты никогда не говорила лестных слов даже в адрес лучших кавалеров Таорани, а тут – такой щедрый комплимент. И кому? Северному варвару! – я придала голосу шутливой театральности, и Изабелла на миг смутилась, но тут же справилась с собой и широко улыбнулась.

– Бранн простой. Каким кажется, таков и есть, – пояснила фрейлина сдержанно. – Среди местных аристократов таких людей не встретишь.

Я кивнула и отвернулась от окна. Оставшиеся несколько шагов до двери в гостиную проделала медленно и с неохотой, обдумывая попутно слова Изабеллы. В целом наши с ней выводы совпадали почти во всём, кроме оценки Бранна. Я иррационально его опасалась, и по напряжённой фигуре, по проницательным глазам и сильному телу сделать вывод о том, хорош он или плох как человек и как король – не получалось.

Дверь с тихим шорохом отворил слуга, который уже давно ждал нас, и я первой шагнула на мягкий ковёр, к одному из глубоких кресел в центре комнаты. Служанка засуетилась, разливая чай. Я обвела взглядом комнату и нашла Армандо у окна, он разглядывал какие-то записи.

– Ваше Высочество, – заметив меня, граф поклонился и протянул мне листы, которые показались смутно знакомыми.

Я подошла и взяла записи, а взглянув, обнаружила, что держу в руках план расселения по комнатам принцев и их свиты. Не взглядывая особенно в текст, я вопросительно посмотрела на советника.

– Как вам известно, между гостями возник небольшой конфликт по поводу одной из комнат. Я прекрасно понимаю, что вам ежедневно приходится заботиться обо многих вещах, но всё же хочу обратить ваше внимание на этот проблемный пункт, – граф Наварро с невозмутимым видом указал на одну из комнат.

Наглец, ещё смеет отчитывать меня в присутствии слуг и фрейлин!

– План был составлен с учётом количества гостей и их пожеланий, а с мелкими дрязгами слуг должна была справиться и ключница, – так же невозмутимо ответила я, но все же поднесла бумаги к глазам.

И замерла. В них появились несколько торопливых правок, а строки, вписанные моим аккуратным почерком, оказался нагло перечеркнуты.

– Кто посмел? – мой риторический вопрос повис в комнате, я подняла взгляд на Армандо, который не скрывал удивления. – Я лично расписала назначения комнат и не распоряжалась о внесении правок.

Несколько мгновений мы с Армандо боролись взглядами. Он явно не верил мне, но пускаться в унизительные доказательства, объясняя, что почерк исправлений не мой, да и перечеркивать собственные слова так грязно я бы не позволила, я не могла. Наконец, граф сдался, и я вернула ему бумаги.

– Выясните, кому и по какой причине вздумалось измерить установленный мной порядок. И доложите мне, когда всё станет ясно.

Настроение, и так с утра не слишком хорошее, испортилось окончательно. Но вид я привычно сохраняла равнодушный – так проще всего.

– Как прикажете, Ваше Высочество, – граф поклонился ещё раз.

Вот, так-то лучше. Хороший мальчик, и впредь не гавкай на меня. Или хотя бы подумай, прежде чем попытаться.

Уладив