Согласие невесты не требуется - Анна Гале

Я собиралась высказаться погромче. «Только помолвка» меня категорически не устраивала. Я вообще ничем не хотела связывать себя с этим человеком. Однако не смогла произнести ни слова. Даже рта не получилось открыть. Правитель удовлетворённо улыбнулся и снова уставился на деда в синем балахоне.

Никогда не верила в магию, но приходится признать: в этом мире она существует. Меня только что заколдовали. Ничего, в какой-то момент обряда невеста должна будет сказать: «Да». И я при всех дам отрицательный ответ.

Рядом с костром прямо из каменного пола бил высокий фонтан, а местный жрец призывал теперь в свидетели помолвки ветер и землю. Ветер вихрем пронёсся по залу, растрепав мои распущенные волосы и прически дам, волосы мужчин встали дыбом. Земля ответила на призывы деда лёгким трясением каменного пола под нашими ногами. От неожиданности я машинально вцепилась в локоть Римера, однако быстро опомнилась и убрала руки от правителя подальше. Он покосился на меня и чуть заметно усмехнулся.

Удивительное дело, речь идёт о помолвке главы государства, а обо мне вообще не упоминают. Мне всегда казалось, что для помолвки нужны два человека, а не один.

— Боги говорят, что соединят вас брачными узами в ночь возрождения, — торжественно провозгласил жрец.

Наверное, хорошо, что я сейчас не могу высказать всё, что думаю. Затевать скандал с правителем во время местного религиозного обряда, да ещё и перед толпой его подданных, было бы ни к чему. Мне не нужно ссориться с Римером и жрецом, я хочу просто вернуться домой и забыть эту историю, как страшный сон. Меня не интересует, что это за ночь возрождения и кто у них тут будет возрождаться. А боги, которых якобы слышит дед в балахоне, пусть соединяют Римера с кем-нибудь другим. Например, с Риммой.

Раньше я даже не задумывалась, как кошмарно звучат слова «брачные узы». Мало того, что браком ничего хорошего обычно не называют, узы — это что-то совсем уж безрадостное, из жизни заключённых. И вообще, тут полно своих, местных женщин, причём есть и очень красивые. Зачем правителю понадобилась невеста непременно из нашего мира?

— Осени своим лучом… — не унимался жрец, теперь уже обращаясь к солнцу.

Яркий свет пробился через окно и ударил в глаза. Я машинально зажмурилась.

— Да будет созвучие ваших имён… — начал жрец.

— Этого не нужно, — тихо, но твёрдо остановил его правитель. — Имена не созвучны.

Я открыла глаза. Дед в балахоне кинул на нас удивлённый взгляд и скомканно закончил:

— Да будет благословенна богами Елинера ваша помолвка.

Я усмехнулась. Значит, все-таки наша, а не одного правителя Римера. Этот цирк надо заканчивать поскорее, а то меня ещё и обвенчают с хамоватым властелином по местным законам. И большой вопрос, как потом получить развод в этом странном мире.

Зрители вскинули вверх руки, и зал наполнился маленькими разноцветными огоньками. Они соединялись, образуя диковинные цветы, светящихся экзотических птиц, каких-то животных. Ко мне на плечо по-хозяйски уселась зеленая птичка размером с воробья — взъерошенная, с забавно торчащим красным хохолком и опасным на вид острым загнутым клювом. Откуда она взялась? Такое ощущение, что материализовалась прямо из воздуха. В отличие от остальных украшений в зале птица выглядела живой, настоящей. Правда, светилась так, словно ее перья обработали фосфором.

— Кыш, — я прищурила глаз — вдруг клюнет — и осторожно махнула рукой в её сторону.

Надо же, я и не заметила, когда вернулся дар речи. Всё логично, обряд завершён, и я уже не могу ничему помешать, так что можно возвращать мне способность говорить.

Диковинная птичка издала странный звук, напоминающий презрительное фырканье. В следующую секунду Ример с широкой показной улыбкой зацапал мои руки в свои и еле слышно сказал:

— С ума сошла? Оставь дуара в покое.

— А если ваш дуар выклюет мне глаз? — раздражённо прошипела я.

— Не выклюет, — пообещал Ример, всё так же растягивая губы в улыбке. — Сейчас пройдём в мои покои, там всё объясню.

Мы двинулись к выходу, толпа гостей потянулась за нами. Жрец остался колдовать у остатков костра и бьющего из камня фонтана, устроившего вокруг костра огромную лужу.

Ример под руку провел меня к двери, которую охранял уже знакомый мне змеелев. Каменный страж при виде нас тут же распахнул дверь.

— Поздравляю с помолвкой, — пророкотал змеелев.

— Было бы с чем поздравлять! — буркнула я себе под нос.

— Благодарю, — Ример кивнул статуе и шагнул вперёд, волоча меня за собой.

Круглая комната с парой мягких кресел, стеклянным столиком, большим зеркалом на гладкой светло-бежевой стене и пушистым белым ковром на полу оказалась сравнительно небольшой, но из неё куда-то вели ещё пять дверей.

— Ну а теперь поговорим, — спокойно произнёс Ример и кивнул на одно из кресел. — Присаживайся.

Глава 4

Я плюхнулась в кресло и покосилась на светящуюся зеленую птичку. Она осталась на моем плече и только чувствительно царапнула мне кожу коготками, когда я слишком резко села.

— Мы уже на ты? — хмуро уточнила я у правителя.

— После помолвки было бы странно продолжать общение в официальном тоне, — ответил он и уселся напротив меня.

— Не понимаю, зачем тебе нужна была помолвка, — я с трудом сдерживала раздражение и злость. — Ты знаешь, что я не Римма. Почему бы просто не отправить меня назад и не вызвать в Елинер настоящую невесту? И можно, в конце концов, убрать от меня этого дуара? — я нервно кивнула на птицу.

— Какая наглость, — скрипучим голосом отозвалась она. — "Убрать" меня! Это просто уму непостижимо!

Я вздрогнула от неожиданности. Мало того, что птица оказалась говорящей, так она ещё и обладает разумом, а не просто повторяет слова, как волнистый попугайчик. Что ж она ко мне пристала? Или это всем местным невестам полагается носить на плече зелёного хохлатого воробья?

Между тем птица продолжала высказываться:

— Иметь дуара — небывалая честь для простых смертных. Многие мечтают о таком спутнике, как я. Правитель Ример, это можно исправить? — капризным тоном спросила птица. — Я не хочу быть дуаром плохо воспитанной иномирянки! Она ведь не маг, она даже не оборотень, она… Она из тех, кого называют людьми.

— Никаким образом нельзя, — отрезал Ример. — Ты — дар богов Елинера, и только они решают, к кому тебя посылать. Значит,