Прогноз погоды для двоих - Рейчел Линн Соломон

class="p1">По пути в гримерку сталкиваюсь с Расселом. Он как раз выходит из «дагаута»[3] – так у нас называют кабинет спортивного отдела. Крис Торрес, ведущий утреннего эфира, однажды рассказал (не скрывая досады), что спортивным корреспондентам выделили отдельный кабинет после того, как они засветили кому-то по голове футбольным мячом. Наверняка это всего лишь офисная байка, тем не менее у них есть свой кабинет, и порой (как, например, сегодня) я по-черному им завидую.

В руках у Рассела пустая кружка.

– Отправляешься за молоком на место преступления? – интересуюсь я.

Рассел одет в серый пиджак, гармонирующий с мрачным небом за окном, и синюю рубашку. Он высокий, широкоплечий, с мягкими чертами лица и русыми волосами, которые обычно гладко зачесаны и уложены гелем, а сегодня почему-то немного растрепаны – наверное, попал под дождь по дороге на станцию.

– Я предупреждал! – откликается Рассел, глянув по сторонам, чтобы убедиться, что никто не подслушивает. – Очень плохо?

– Ведут себя как детсадовцы!.. Впрочем, нет, это несправедливо по отношению к детсадовцам.

Я останавливаюсь около объявления, напоминающего о необходимости отреагировать на приглашение по случаю рождественского корпоратива, который состоится в эту пятницу в модном загородном отеле. Я уже сделала это и теперь с ужасом представляю, каково мне там будет без пары.

– Думаю вот – не вылить ли остатки ее овсяного молока? – говорит Рассел.

– Она подумает, что это Сет.

– Оно и к лучшему! – заговорщицки ухмыляется Рассел. – Можно творить что угодно, а они будут винить в этом друг друга.

– Тогда ты их отвлечешь, а я вылью молоко.

– Идет! – Его голубые глаза за стеклами прямоугольных очков в черной оправе загораются энтузиазмом. Какие длинные ресницы!.. Будь у меня такие, не стать мне любимым покупателем в «Сефоре».

– Ну, вперед! – говорит Рассел и добавляет, слегка улыбнувшись: – Удачи!

– Спасибо, и тебе!

Нас объединяет убежденность в идиотизме поведения боссов, однако дальше этого общение не идет. Рассел проводит почти все время в «дагауте» с коллегами из спортивного отдела, а с остальными только обменивается вежливыми улыбками и ничего не значащими репликами: «Как выходные?» – «Отлично, спасибо, а у тебя?» На этом он любые разговоры заканчивает, и мне о нем толком ничего не известно. Но чутье подсказывает, что Рассел может быть несчастным не меньше моего, только у него в прямом смысле больше возможностей от этого отгородиться.

* * *

– Как видите, днем ожидается усиление ветра, – говорю я, проводя рукой вдоль зеленого полотна. На мониторе передо мной, как и на экранах телезрителей, отображается карта штата Вашингтон. – Ночью ожидаются дожди. Температура будет колебаться от четырех до семи градусов.

Большинство моих выходов в эфир ограничивается тридцатью секундами, но сейчас время развернутого прогноза, на который выделяют две минуты. За это время я стараюсь рассказать историю: начинаю со спутниковой карты региона, показывающей текущую погоду, потом говорю об атмосферных фронтах и давлении, а в завершение – несколько слов о предстоящей неделе.

– Завтра воздух прогреется до сорока пяти градусов благодаря теплому фронту. За ним, однако, следует холодный фронт. – График на экране иллюстрирует движение холодных воздушных масс с океана. – В среду он пройдет по западу штата и принесет усиление ветра с порывами до двадцати семи метров в секунду. Возможны обрывы линий электропередачи. Мы будем следить за изменениями – оставайтесь с нами, чтобы узнать самый точный прогноз.

На экране появляется погода на неделю.

– Перед вами прогноз на ближайшие семь дней. Как видите, погода не радует нас разнообразием: будет ветрено и сыро, с небольшой вероятностью прояснения в пятницу днем. Все-таки на северо-западном побережье декабрь! – Я сдерживаю улыбку, как всегда, заигрывая со зрителями. – Следующий понедельник тоже обещает быть дождливым и ветреным.

– И ты, судя по всему, безумно рада! – замечает ведущая Джиа Ди Анджело, когда я сажусь за стол рядом с ней.

– Что поделаешь, Джиа, я житель Сиэтла до мозга костей, – с усмешкой откликаюсь я, разводя руками. – В моих венах течет дождевая вода!

На станции любят шутить, что большинство метеорологов, да и просто нормальных людей, радуется солнечной погоде, а я наоборот. Вопреки распространенному мнению, льет в наших краях не так уж сильно – в Нью-Орлеане и Майами за год выпадает куда больше осадков, хотя на северо-западном побережье в среднем больше дождливых дней. Но несмотря на это, для меня дождь в Сиэтле остается романтическим событием.

Хихикнув, Джиа разворачивается к телесуфлеру.

– Уже скоро Ари вернется к нам с рассказом о том, как погода повлияет на предстоящие праздники, а пока перейдем к следующему сюжету. Жительница Сиэтла нашла дом своей мечты, однако в разгар ремонта явилась полиция: выяснилось, что дом ей не принадлежит! Подробнее – в репортаже Кайлы Сазерленд.

Начинается перерыв на рекламу. После прямого эфира в крови бурлит адреналин, и сейчас меня почти не печалит, что Торренс вспоминает обо мне только тогда, когда ей нужно подмениться. Нет бы хоть раз сказать: «Ари, хочу поручить тебе один интересный сюжет о погоде!»

– Всегда рада тебя видеть, даже когда ты даешь плохие прогнозы! – говорит Джиа, проверяя в карманное зеркальце, в порядке ли блестящие черные локоны.

– Дождь – не плохой прогноз! – возражаю я, отцепив от платья микрофон.

Впереди десять свободных минут, и я возвращаюсь в офис – попить воды. Торренс у себя в кабинете мстительно скармливает шредеру объявления Сета. Я расправляю плечи, отгоняя мрачные мысли о ее манерах, подхожу к стажерам, которые сидят на сквозняке в самом неуютном углу офиса, и сообщаю, что в КСИ им очень рады, а с любыми вопросами об эфире или о прогнозах погоды они могут обращаться ко мне. Стажеры явно озадачены заботой, ну и пусть – их недоуменные взгляды помогают забыть о позорном скандале наших начальников.

– Кто-нибудь умеет чинить шредеры? – кричит из своего кабинета Торренс.

Не зря люди советуют избегать личного знакомства с кумиром. А работы на кумира следует избегать вдвойне.

3. ПРОГНОЗ: остерегайтесь тайфуна Торренс

– Что ж… Попытка засчитана, – вздыхаю я.

– А по-моему, это не считается! – возражает Ханна Штерн, наша специалистка по новостям дорожного движения.

В задумчивости мы рассматриваем рождественскую елку, а точнее – елочное украшение в виде ханукии[4], прячущееся во всем своем сине-серебристом великолепии за спиной у Санта-Клауса с красным мешком (как по мне, старик с мешком – сомнительный способ доставки подарков, ну да ладно).

– Во всяком случае, на одно иудейское украшение больше, чем в прошлом году! – Как всегда, я стараюсь во всем искать положительные стороны и, поскольку комплимент – это лучший способ