Мама для чужой дочки - Ксения Богда

– Надо бы тебе ещё коляску приобрести. Совсем тяжело тебя вот так таскать, а тебе надо дышать воздухом. Да?

Лиза внимательно следит за моими губами. Но за эти два дня я даже привыкла к этому. Видимо, именно таким способом она пытается понять, что я ей говорю.

Не уверена, что в восемь месяцев это вообще возможно, но мне не мешает. Пусть смотрит и разглядывает. Главное, чтоб ей было комфортно и хорошо.

– Привет, Полин, – за спиной раздается уставший голос Олега.

Резко распрямляюсь и оборачиваюсь к бывшему. Он стоит недалеко от меня и переводит взгляд с моего лица на стоящую переноску. Под глазами черные круги, щетина темнеет.

– Привет, Олег, – добавляю в голос уверенности и бодрости.

– Ты все же её не сдала?

Выгибаю бровь. Его слова задевают меня за живое. Он так говорит, как будто Лиза не человек, а кукла. Никому не нужная кукла.

– Нет, не сдала. Более того, я решила её оставить.

Он дергается. Смотрит на меня как на сумасшедшую.

– Каким образом ты это провернешь?

– Это тебя не касается. Ты мне все предельно ясно сказал, и я тебя не собираюсь никак беспокоить. Можешь идти дальше, – показываю рукой на подъездную дверь.

Бывший недовольно хмурится.

– Давай помогу, – протягивает руку к пакету и получает по ней шлепок. – Эй, не драться! Я тоже могу, – он наклоняется поближе, а у меня внутри все сжимается от его близости.

Отшатываюсь от него.

– Я не такая слабая, Олег. Справлюсь сама. Мне не нужна твоя помощь.

Но кто бы меня послушал и услышал? Олег перехватывает пакет и молча идет к двери.

– Ребенка не беру, могу угробить случайно. Я с такими малышами не имел дела. Поэтому прости, – пожимает плечами.

Распахивает дверь и кивает мне.

Стискиваю пальцы на ручках переноски. Придется проглотить гордость и принять помощь. Не драться же сейчас с ним из-за этого злосчастного пакета. Это может напугать Лизу.

– Полин, – нажимает на кнопку лифта и опирается спиной на стену, – что ты собираешься делать с ребенком?

Кивок на ребенка. Лиза пригрелась и уже минут пять посапывает.

– Я уже говорила. Я позабочусь о ребенке.

Олег закатывает глаза и качает головой.

– Я вот не понимаю, как можно просто взять ребенка с улицы и оставить у себя? Объясни мне! – повышает голос.

Прижимаю к себе Лизу. Олег это замечает и затыкается.

– А я не могу понять, как можно быть таким черствым и бросать маленького ребенка на произвол судьбы? Мне казалось, что в тебе больше человечного. Ошиблась.

Жму на кнопку «Стоп». Олег успевает перехватить мою руку.

– Тихо, тихо, Поль, не бесись.

Но я не могу спокойно реагировать на такие вопросы. Хочется дать ему хорошего такого подзатыльника, чтобы мозги на место встали.

– А может, ты решила через ребенка меня вернуть?

Округляю глаза. Он реально это сказал? Мне не показалось?

Меня душит истерический смех.

– Ты идиот? Да единственное желание при виде тебя – это сбежать на другую планету и больше не видеть никогда в жизни.

Олег удивленно вскидывает брови.

– Серьезно? То есть это я во всем виноват, а ты у нас белая и пушистая?

Лифт тормозит на моем этаже. Вырываю пакет из рук Олега. Одна ручка рвется, но я не реагирую. Прижимаю сумку к боку и выхожу из кабины.

– Не приближайся ко мне! И к этому ребенку тоже! Возомнил себя центром вселенной. Вернуть я его захотела, – очередной смешок рвется из груди.

Олег хмурится. Как будто не понимает, почему я так реагирую. А меня до сих пор от воспоминаний, как он со мной поступил, бросает в дрожь и хочется взвыть от боли в груди.

– Поль, – Олег делает шаг ко мне.

Поднимаю руку, и это его останавливает.

– Никаких Поль! Мы друг другу никто, и наше прошлое осталось в этом гребаном прошлом! Не было ничего. Ошибка. И как только появится возможность, я свалю от тебя подальше, только бы не видеть твое предательское лицо!

Дверь перед носом Олега закрывается, и последнее, что я вижу, – его офигевший взгляд.

Закрываюсь в квартире и выдыхаю. Ставлю переноску на диванчик в коридоре и сползаю по двери на пол. Ударяюсь затылком, чтобы немного привести мысли в порядок.

Будь проклят тот день, когда я встретила его!

Глава 4

Восемь месяцев назад

Полина

В который раз дёргаю входную дверь. Ключ не желает поворачиваться в замочной скважине. От мороза начинает колотить, а зубы отстукивают чечетку.

– Да чтоб тебя, – от бессилия ударяю по двери и ещё раз пытаюсь открыть замок. Ключ жалобно скрипит и переламывается пополам.

– Вот блин!

Хлопаю глазами, смотря на огрызок в руке. Перевожу взгляд на дверь и закусываю губу. По телу растекается паника.

И что теперь делать? Меня Клим Альбертович по головке не погладит за то, что я вовремя не открыла детский садик и теперь родители не смогут попасть в помещение со своими чадами.

– Блин, блин, блин. Что делать? – скулю от страха.

Оглядываюсь по сторонам. На многоэтажке напротив во всю стену красуется баннер с изображением спасателя. Прищуриваюсь.

Кажется, я нахожу решение своей проблемы.

Набираю номер с баннера и нетерпеливо стучу ногой, чтобы хоть как-то согреться.

Мне отвечают на третьем гудке и обещают скоро прибыть. Придется выложить кругленькую сумму за такое спасение, но зато быстро и безболезненно.

И директор ничего мне не предъявит за косяк. А он любит выговаривать.

Через десять минут к посиневшей от холода мне подлетает пикап, и из него выскакивают два мужика внушительных размеров.

– Вам помощь нужна? – один выходит вперед.

Указываю на дверь и кратко доношу суть проблемы.

Парни переглядываются и хмыкают. Уверена, что они ментально обзывают меня идиоткой, но мне плевать.

Я их вижу первый и последний раз в жизни.

– Минут десять нам дайте, – один из спасателей не сводит с меня внимательного взгляда.

Хочется от него спрятаться. Вон в тот ближайший сугроб.

– К-к-к-конечно, – зубы продолжают стучать и не дают мне нормально разговаривать.

– У-у-у-у-у-у, мадам, вам бы погреться, – серые глаза второго спасателя недобро прищуриваются, и он делает шаг ко мне навстречу. – Димон, справишься? Я пока клиента в тепло отведу. А то надо будет и её ещё спасать от обморожения.

Тот самый Димон кивает, но продолжает следить за нами.

– Пойдемте? У нас там есть плед и кофе.

Нервно усмехаюсь. Я настолько замерзла, что его предложение вызывает восторг. И я готова забить на правило: не садиться