Эйва. Дочь северного ветра - Юлия Арниева

— Я вижу, отвар тебе уже не нужен, — произнесла как можно равнодушнее, делая глоток из кружки, предназначенной для мужа.

— Ты слишком долго, — усмехнулся Агнар, затолкав в рот последнюю оладушку, — вкусно, слишком сладко, но вкусно. Ты хорошо готовишь, не думал, что грозная и беспощадная Эйва умеет это делать.

— Рада, что тебе понравилось, — натянуто улыбнулась, игнорируя его замечание, сказала, — запомню, что ты не любишь сладкое.

— И предпочитаю отвар без ягод, — добавил Агнар, поднимаясь из-за стола, в два шага преодолев разделяющее нас расстояние, больно схватил меня за плечи, расплескав горячий отвар в моей руке, прорычал, — я не доверяю тебе.

— А я не доверяю тебе, — процедила сквозь зубы, стараясь скрыть страх в своём голосе.

— Тебе стоит смириться со своей участью.

— С какой? Быть пленницей в твоём доме? Или быть убитой, стоит мне только покинуть избушку ведуньи? — отчаянно выкрикнула, сердито передёрнув плечами, сжала зубы до скрежета и замолчала. Тотчас возникла напряжённая пауза, но мужчина продолжал безмолвствовать. Его пронзительный взгляд пугал до судорог, но я что есть сил боролась с подступающей паникой, лихорадочно перебирая правильные слова, чтобы Агнар согласился на мои условия. Наконец, глубоко вздохнув, стараясь успокоится, судорожно сжимая и разжимая кулаки, я произнесла:

— Я твоя жена! Боги одобрили наш союз, и я не посмею нарушить их волю. Я стану преданной тебе, буду неотступно следовать нашим традициям. Буду заботиться и защищать наш клан. Буду уважать тебя и твои решения! Но я требую того же уважения, преданности, защиты от тебя. Мы равны, я дочь вождя! Я никогда не стану пленницей в твоём доме — лучше смерть! Обещай, что люди клана Кархайг не нанесут мне, а значит, и тебе оскорбление и не причинят мне зла. Ты принял решение за меня, взяв в жены ту, что считаешь своим врагом, значит несёшь ответственность за свой поступок…

И снова это нагоняющее жути молчание, сердце болезненно сжималось, дыхание перехватило, и я отвела свой взгляд, чтобы не видеть прожигающий Агнара. Но сильные пальцы тотчас ухватили меня за подбородок и вздёрнули голову вверх, заставляя смотреть прямо в горящие серебром глаза.

— Я всегда защищаю своих людей, теперь ты одна из них, — хриплым голосом проговорил Агнар, закрывая мой рот требовательным, агрессивным, жарким, жадным поцелуем.

Попытка отстраниться не увенчалась успехом, он мне не позволил. Стальные руки обхватили меня, крепко прижали к мускулистому телу, лишая возможности пошевелиться. Отвар давно расплескался по полу, пустая кружка выпала из моей руки, со звонким звуком разбиваясь о пол. Но Агнар словно не заметил этого, продолжая сминать мои губы собственническим, яростным поцелуем.

Я никогда не чувствовала ничего подобного, не думала, что такое возможно… Меня затопила волна ощущений: властная хватка его рук, мужской запах, лёгкое царапанье его щетины. Казалось, жидкое пламя, опалив губы, проникало всё дальше и дальше. Это захватывало, соблазняло, возбуждало…

— Отпусти меня немедленно, — твёрдо произнесла, уперев ладони в грудь Агнара, быстро придя в себя, стоило почувствовать, как руки мужа скользнули по моим бёдрам. Моё сердце неистово билось, дыхание перехватило и кружилась голова, но я упорно пыталась оттолкнуть его, хотя с тем же успехом я могла спихнуть гору. Вскинув голову, сердито нахмурив брови, грозным взглядом посмотрела на мужа, но его, казалось, лишь веселило моё сопротивление.

— Ты моя, — уверенно заявил Агнар, его низкий глубокий голос, с едва заметными рычащими звуками странно взволновал меня.

— Я не…

— Моя, — прервал меня мужчина, мягко сжал горячими чуть шершавыми пальцами, мой подбородок, приподнял и снова прильнул к губам, касаясь лёгким почти невесомым поцелуем… резко отстранился, подхватив пустое ведро, в одно мгновение оставляя меня в душевном раздрае и одиночестве.

Глава 5

Глава 5

Воду принёс Орт, буркнув: «Сюда поставлю», он, расплескал её у порога, поспешил покинуть избу ведуньи. Тяжело вздохнув, прихватила с собой тряпку, отправилась протирать испачканный пол, сетуя, что на двери нет засова, это бы избавило меня от нежелательных гостей.

Когда с уборкой было покончено, я налила в большой котёл воды, поставила его на печь. Раз уж воды теперь больше чем нам требуется, можно устроить внеочередную помывку и, наконец, привести себя в порядок. При Мораг делать это было стеснительно и надо пользоваться моментом.

Дожидаясь, пока вода нагреется до нужной температуры, заглянула в холодный угол. Там в небольшом ящике, сколоченном из потемневших от времени досок, стены которого были покрыты белой изморосью, хранились скоропортящиеся продукты. Вытащив из него ещё замороженный кусок мяса и остатки топленого жира. Заглянула в корзину, выбрала пару клубней картофеля, морковь, лук, приступила к приготовлению обеда, надеясь, что в этот раз сюда никто не заявится и не слопает всё в одну морду.

— Вождь велел принести, — раздался детский мальчишечий голос, прерывая меня на самом интересном деле: накромсать на мелкие кубики ни в чём не повинный кусок мяса. Пришлось отложить нож и повернуться к выходу, чтобы увидеть, как в чуть приоткрытую дверь просунулась ручка с мешком, аккуратно поставила его на пол и тут же скрылась.

— Спасибо, — поблагодарила уже закрытую дверь, направилась к выходу, сердито пробурчав, — чего ему от меня надо.

Мешок оказался довольно тяжёлым и пухлым. Поставив его на стол, развязала не слишком туго затянутую верёвку, я с удивлением и необъяснимой радостью принялась доставать из него гостинцы. Горшок с рассыпчатым, зернистым творогом. Завёрнутый в несколько слоёв ткани свежий сыр. Три шарика сливочного масла ярко-жёлтого цвета. Пара свежеиспечённых и ещё горячих булок хлеба. Около десятка яиц, тушка птицы, кусок мяса и небольшой туесок с ароматным мёдом. Но самым невероятным и приятным угощением была миска с замороженной лесной клубникой. Ягода уже начала подтаивать, и её сладкий запах кружил голову, даря капельку лета.

— Неожиданно, — растерянно проговорила, оглядывая заставленный стол, уверенная, что это всё для меня, радостно улыбнулась.

Разложить продукты не составило большого труда и управившись, я вернулась к приготовлению обеда. К этому времени мясо окончательно оттаяло и нарезать его на нужные по размеру кусочки удалось быстро. Морковь и лук давно накрошены и уже скворчали в небольшом котелке, распространяя аппетитный аромат по всей избушке. Чуть позже к нему добавился аромат жарившегося мяса.

Довольно оглядев бурлящее на огне подобие рагу. Я с трудом сняла с печи котёл с водой, притащила деревянную лохань поближе к очагу. Нашла кусок пахнущего травами мыла, отрез ткани, заменявший