Тело для попаданцев - Клара Эсла

— Диана, вы…

— Вы — это мы с бабой Шу? — перебила я.

— Нет, — сбился парень и привычно полез шестерней в шевелюру, — я хотел обратиться персонально.

— Тогда давай на ты, а то путаться буду.

Кир просиял. Не надумал бы чего лишнего. Глаза цвета хаки уставились на меня с незамутненным любопытством ученого. Наверно, с таким выражением препарируют лягушек и засекают по секундомеру, с какой скоростью сдохнет очередная лабораторная мышь.

Глава 4. Слушайте мой мир

Место, где я оказалась, называлось «Институтом Магических Исследований», и руководил им, понятное дело, профессор Гран. «Избранный» — это титул, дарованный императором вместе с должностью в Большой Пятерке (ближний круг, руководящий всеми аспектами жизни государства). Что-то вроде министра по науке и магии, насколько я поняла. Важная шишка, и очень самодовольная.

— Добавляй «сэр» в конце каждой фразы, и он будет к нам относиться помягче, — посоветовала Баба Шу.

Надо же, в каждом мире есть «сэры». На языке зеленых слово звучало иначе, я воспринимала его «перевод». Однако не всем понятиям находились аналоги: что такое «шкала Трубла» и сколько энергии в одном «груце», я не поняла бы при всем желании! Как и значения множества других терминов, которыми щедро осыпал меня Кир. И в своем-то мире не была сильна в физике, а уж тут…

С трудом прорвавшись через всяческие «корреляции», я все же разобралась, почему тело Эи лучше слушается меня, а не Бабу Шу, которая в нем уже обжилась: хоть и при различающемся количестве локтей и коленок, конечностей у меня в прежней жизни было четыре, а не десять, как у паука! Да и во всем остальном зеленое тело весьма походило на человеческое. Глаза побольше, вытянуты в длину — назовем это «миндалевидной формой». Смотреть ими было даже удобнее, больше угол обзора. Уши поменьше — но не торчком, не лопушком и не трубочкой, вполне аккуратные. Оставшись одна в своей комнате (кстати, очень уютная, без решеток на окнах), я обнаружила у себя тонкую талию и высокую девичью грудь. Изумрудную, чтоб ее… В зеркало посмотреть на «себя» не решилась.

По пути из сада к веранде я передала-таки управление телом Бабе Шу, выбор был невелик: либо унизительно спотыкаться, либо опереться о руку болотного Кира (да ни за что!). Предпочла довериться паучихе, она все же родная, в одной голове сидим… И каким удовольствием оказался обратный путь! Я будто плыла над дорожкой, покачиваясь на рессорах идеального экипажа — дополнительные суставы смягчали движения. Получалось так грациозно и плавно!

— А ты попробуй подергаться в паутине: либо запутаешься, либо порвешь, — усмехнулась в голове Баба Шу. — В моем мире приходится обучаться изяществу.

Что ж, и я научусь. Теперь поняла, к чему нужно стремиться.

Несколько следующих дней оказались спокойными: потерпев фиаско в «провоцировании» моей магии, лимонно-салатовый Гран на время исчез. Зато его ассистент так и крутился поблизости. И какой же заботливый, душа-парень! Понятно, решили поиграть в «доброго полицейского», раз «злому» не подфартило. Мне же лучше, долго придется стараться болотному: магии-то у меня нет!

— Такого не может быть, — щелкал Кир с фанатизмом ученого, называющего свою теорию «аксиомой». — Эя способна притянуть сквозь миры только существ с сильной магией. Другие не выдержат этот путь.

— Из каждого правила есть исключения, — парировала я. — И параллельные линии могут пересекаться!

— Да? — поразился болотный и уставился своими глазищами: — Расскажи.

И столь жадное любопытство во взгляде у парня, будто готов из собственного тела выпрыгнуть и к нам подселиться, четвертым!

Впрочем, мне как-то не верилось, что нас в теле трое. Присутствия Эи заметно не было. Баба Шу даже начала беспокоиться:

— Слишком долго молчит. Может быть, твоя личность ее подавляет?

А вот эта гипотеза мне не понравилась. Позволит ли господин Избранный подавлять собственную племянницу? Думаю, нет. Перекинут меня в неподвижный кристалл…

Тускло-желтое утро. Кир снова маячит на нашей веранде: принес свежевыжатый сок. Оставит без дела местных служанок, уволят бедняжек из-за него! Очень милые девушки. Если б не цвет… Как увижу зеленые лица — такая тоска разбирает!

— Кир, в вашем мире существуют цветные очки?

Глаза артефактора моментально зажглись азартом:

— А зачем нужны такие очки?

— Значит, не существуют, — я разочарованно отвернулась.

— Диана, ты объясни! Вдруг я смогу изготовить?

Ну, вот как ему объяснишь: «Не могу я смотреть на твою болотную рожу…»

«А ты, девонька, все же попробуй, — не стала молчать Баба Шу. — Мальчик готов для тебя постараться».

Ага, «мальчик». Хотя — пусть старается.

И я стала рассказывать, насколько чужим для меня выглядит новый мир. Желтое небо, зеленые люди… На собственные руки взглянуть не могу, плакать хочется!

— Какого же цвета должны быть руки?

Я огляделась — и ткнула пальцем в сторону сада.

— Ты хочешь быть похожей на траву? — поразился Кир. Уж кто бы говорил, от похожего на мох слышу… — А небо у вас голубое? Жуть какая!

— Это красиво, — обиделась я.

— Покажи, — решительно заявил Кир. — Обещаю, что сделаю нужные стекла, но я должен знать правильные цвета. Вдруг выйдет еще страшнее?

И он предложил мне отправиться в лабораторию. Удобно быть ассистентом директора, все оборудование доступно.

Очень не хотелось мне туда возвращаться…

— Диана, — глаза цвета хаки смотрели проникновенно, — клянусь, что не причиню тебе никакого вреда! Ты и в прошлый раз была в безопасности…

— Да?!

— Это всего лишь психологическое давление! Подумай, стал бы профессор Гран истязать родную племянницу?

— Ее сознание отключилось, она и не знает, что ее истязали! — тут меня поразила догадка: — А может быть, знает, и поэтому не возвращается в тело?

— Мы не монстры!

— С этим я бы поспорила. Знаешь, как было больно, когда вы меня жгли огнем?

Кир смутился:

— Да, профессор увлекся, следовало остановить стихийное тестирование раньше. — Он взглянул на меня с мольбой: — Диана, прости! И позволь сделать так, чтобы наш мир не казался тебе столь чудовищным. Так каким будет небо?

Не знаю, с чего я ему доверилась. Может, действовало на мозг настроение Бабы Шу? Отчего-то Кир был ей симпатичен. И вот он стоит возле «маго-машины», которую сам сконструировал, и излагает мне принципы ее действия.